Воспитание, основанное на психологии ребенка - Поль Лакомб

Говорят, что для моей школы понадобятся учителя с исключительными умственными способностями, а мне кажется, что при теперешней постановке дела требуются способности несравненно более исключительные для достижения каких-нибудь результатов. Ясно, что при системе образования, сообразующейся с вкусами и склонностями ребенка, даже посредственный учитель может добиться хоть какого-нибудь успеха, между тем при системе принудительной с ее тошнотворными уроками он ровно ничего не добьется.

Разумеется, наши будущие учителя должны иметь подготовку, но весьма отличную от практикуемой в настоящее время, когда слишком много возлагают надежд на их способность поглощать бесчисленное количество знаний и очень мало заботятся о развитии того специального уменья, которое требуется для передачи знаний другим, потому молодые учителя часто выходят образованными людьми, но очень посредственными или даже никуда негодными преподавателями. Еще говорят, будто моя система требует учителей с природным педагогическим дарованием, особенно талантливых. Мне кажется, что всякая способность может быть вызвана соответственным упражнением и что врожденный педагогический талант встречается чаще, чем думают, только он мало ценится и плохо поощряется. Но главным образом я утверждаю, что не только моя система, а даже некоторые ослабления школьного режима потребуют от учителя меньше талантливости, чем ему требуется теперь. Ежедневное зубрение уроков, обязательные письменные работы, неподвижное сиденье в классе по целым часам, — все это создает для ребенка своего рода каторгу, вызывающую в нем чувство отвращения и глухого протеста, часто ведущего к непобедимому упорству. Вот, чтобы добиться чего-нибудь от такого ученика, нужен поистине громадный талант. Теперь представим себе ка-кой-нибудь наличный состав обыкновенных преподавателей, вводящих в занятия с новыми учениками приемы, подобные тем, о которых я говорил, т.-е. изустное преподавание, освобождение от заданных уроков и письменных работ, некоторую свободу и внимание к вкусам учеников, побольше чтения в классе, — и повторяю, я вполне уверен, что те же самые учителя получили бы совершенно другие результаты. Пусть даже некоторые из принципов, мною поставленных, например, принцип многостороннего образования, приноровленного к вкусам каждого, не могут быть практически осуществлены с желательной полнотой, но из этого не следует, что их сразу же надо отбросить и не возвращаться к ним.

Достаточно проникнуться горячим желанием их осуществления и приступить к опыту. Он один имеет право дать ответ о степени их применимости к жизни.

13

Тысячу раз мне попадалась фраза: «необходимо создавать людей, обладающих волей». Не вижу ничего особенно поучительного в этой мысли, так как никто никогда не утверждал, что следует создавать людей безвольных. Притом, обыкновенно, не указывают пути, следуя которому можно привести данный совет в исполнение, потому мысль эта сама по себе представляется слишком скудной и, кроме того, страдает некоторой узостью. Недостаточно обладать сильной волей. Разве мы не видим людей, развитая энергия которых приносила много вреда другим, а в конце-концов и им самим. Обладать сильной волей — одно, а обладать волей хорошо направленной — другое; к сожалению, оба эти условия не всегда совпадают, между тем такое совпадение есть дело первой важности.

Таким образом, к вопросу о воле приходится подходить, по крайней мере, с двух сторон.

Взглянем на волю со стороны проявления энергии. До очевидности ясно, что никто не делает волевых усилий ради этих самых усилий; они делаются или для достижения какого-либо блага или для избежания зла. Вне нас всегда имеется нечто такое, что возбуждает наши положительные или отрицательные стремления. Школа представляет из себя среду исключительную, ограниченную, а ребенок существо несложившееся, вследствие чего внешние возбудители не действуют на его волю, педагогическое искусство, бессильно их заменить. Например, у ребенка не может быть побудительных причин к стремлению разбогатеть, он не может волноваться страхом голодной смерти, и я не вижу средств, при помощи которых мы, учителя, могли бы предоставить детей влиянию такого могучего мирового двигателя, как экономический интерес.

Однако школа все-таки не совсем лишена возможности содействовать развитию воли, что мы сейчас и увидим. Прежде чем желать какого-либо предмета или опасаться его, необходимо иметь о нем представление. То обстоятельство, каким именно образом мы представляем себе предметы, часто удаленные от нас в пространстве и времени, имеет громадное значение. Полное и отчетливое представление действует несравненно сильнее на наши чувства, чем представление смутное. Но такая полнота и отчетливость, очевидно, находятся в зависимости от умственной культуры, а хорошая умеренная культура зависит от правильно поставленного образования. Далее, воля наша укрепляется по мере того, как не только цель наших стремлений, но и пути, к ней ведущие, все более и более выясняются перед нашим умственным взором.

Положим, человек поставил себе цель и не видит никаких средств к ее достижению, бесплодно ищет дороги и ни одной не находит. В этом случае самое пылкое его стремление неизбежно должно заглохнуть, он кончит тем, что отступит перед неосуществимым и покорится. С другой стороны, возможность предвидеть пути, постепенно все более и более их выясняя и приходя к убеждению в их несомненной верности, — такая возможность способна превратить даже слабое желание в твердое стремление и непреклонную волю.

Истинное образование, помогая находить средства, пригодные для достижения намеченной цели, и укрепляя в доверии к ним, содействует развитию воли, потому мы видим, что, во-первых, между воспитанием и образованием имеется тесная связь и, во-вторых, что существуют такие приемы в деле образования, которые обладают большой воспитательной силой.

14

Физическое состояние организма, в свою очередь, сильно влияет на волевую энергию, которая обыкновенно ослабляется у людей болезненных, часто сохраняющих в то же время полную ясность ума. Но отсутствие какого-либо физического страдания еще не есть здоровье; здоровым надо признать человека, когда он ощущает крепость и бодрость всего организма, когда мускулы его действуют легко, быстро и сильно. Ручной труд и разного рода физические упражнения, требующие сами по себе некоторых усилий воли, предрасполагают к ее проявлению в других, более высоких областях.

Вот почему, мне кажется, наставники должны бы серьезно позаботиться о развитии у детей силы, ловкости и особенно выносливости, которая не только позволяла бы легко переносить усиленную ходьбу, дождь, холод и зной, но, главным образом, давала бы возможность заниматься одним и тем же физическим трудом в течение более или менее продолжительного времени.

Я считаю существенно необходимым, чтобы дети в школе упражнялись в ручном труде, который было бы желательно ввести в обиход школьной жизни на разных правах с трудом умственным. Физический труд вносит равновесие в нашу нервную систему и благотворно действует на весь организм. Он поддерживает доверие к своим