«Особый театр» как жизненный путь - Андрей Борисович Афонин

Часто человеческая трагедия разворачивается там и тогда, когда игру начинают использовать, то есть кто-то, притворяясь, что он играет в одну игру, играет совсем в другую, это – шулер. Играющим с детьми известно, что в среде детей не любят шулера, но знают его. Хуже, когда тот, кто призван хранить и поддерживать правила игры, становится шулером и навязывает свою собственную интерпретацию. Как правило, эта проблема часто возникает в педагогической среде. Чтобы снизить риск этого, мы прибегаем к традиционным играм. Мы играем в народные игры, имея в виду их социальное значение и значение в качестве стимулятора развития.

Народные игры – своего рода осколки древних ритуалов. Это части ритуальных действий, выделившиеся из общего целого, сохранившие определенный смысл в абстрактном виде и обретшие новую целостность. Игра – это или борьба за что-то, или представление чего-либо.

Можно говорить о понимании игры и принятии ее. Каждому уровню развития человека (способу познания, уровню телесно-аффективной регуляции) соответствуют определенные игры и игровые ситуации. Правила игры – это правила взаимодействия в определенном сообществе. Если человек пребывает в культурном сообществе, является носителем культурных ценностей, знает правила общения, то он может свободно принимать игровые правила – он их понимает и принимает. Что дает ему игра? Народная игра дает представление об основных принципах «игрового». Современное мышление страдает от доминанты логического левого полушария. Мы привыкли ориентироваться на логику, смысл, речь. Народная игра (так называемая «игра по правилам») требует «одномоментного установления многочисленных связей между предметами и явлениями»[22], то есть побуждает человека к творческому осмыслению реальности. Народная игра обогащает наше представление о целостности. Целостности подвластны разные уровни. Можно говорить о минимальных условиях существования игры, тогда разговор выйдет на принципы театральной импровизации. И это будет разговор о морфологии игры. Можно говорить об уровнях социального взаимодействия, тогда это разговор о возрастной периодизации и связанной с ней формами игровой и театральной деятельности. Можно говорить об индивидуальном развитии, тогда это разговор о формах игрового напряжения в контексте возрастной периодизации развития. По определению игры как свободного действия ребенок либо свободно включается в нее, либо, если он не понимает части или целого, не может играть. Игра является способом включения в сообщество. Тогда мы говорим о возможности самоидентификации через принадлежность к определенной группе[23].

«Ощущение человеком независимости достигается… пробуждением трех способностей: „включенности в настоящее“, „спонтанности“ и „близости“[24]». Близость возможно сравнить с ощущением животного страха и переживанием агрессии в животной среде при приближении другой особи и особенно при тесном контакте[25]. Непосредственность ощущений может быть пробуждена игрой. Игра непосредственно включает в настоящее, обостряя чувствительность. Игровой элемент может возникнуть там, где есть напряжение. «Спонтанность» позволяет в любой момент времени выбрать правильные ориентиры для решения тех или иных задач, основываясь на оценке текущей ситуации, а не на выученных ранее схемах.

Игра – метод передачи знания, в этом ее педагогический потенциал. Любая педагогическая деятельность может и должна носить игровой характер по своей сути. Скорее всего, так и происходит на самом деле, но не всегда осознается, кто и во что играет. Педагог должен знать свои возможности относительно игры. Задать себе вопрос: что я чувствую, переживаю в связи с той или иной игрой? И не спешить с ответом. Театр изначально – сакральная игра.

Путь к искусству

Мы занимаемся развитием человека в процессе творческой деятельности, направленной на создание произведений искусства. При этом развитие предполагает:

• воспитательную составляющую, которая помогает человеку развивать свои телесные, душевные и духовные качества, проявляющиеся в его способности к продуктивной социальной деятельности;

• образовательную составляющую, которая формирует навыки деятельности человека в том или ином виде творческой деятельности.

Ориентир на продукт творчества помогает нам выстроить переменную траекторию развития. При этом мы всегда учитываем сферу настоящего развития человека и зону его ближайшего развития, являющиеся естественными ограничениями для создания тех или иных произведений искусства. Например, если человек не слышит музыку, мы не будем с ним ставить музыкальный спектакль, но, возможно, начнем развивать его музыкальный слух. Чтобы поставить пластический спектакль, мы будем не просто смотреть на естественную гибкость человека, но формировать его пластическую выразительность, связанную как с его телесным опытом, так и с формированием художественного пластического языка спектакля. Одновременно с этим мы учитываем личностный план развития и самого человека, и всего коллектива в целом, думаем над темой произведения, которое планируем вместе создать, учитывая потребности и интересы как каждого человека, так и группы. Одновременно мы сообразуемся также с современным театральным контекстом, который в свою очередь учитывает и потребности зрителя.

«Особый» театральный коллектив предполагает наличие в нем участников с разным уровнем социальной компетентности, телесно-аффективной регуляции, интеллектуального развития. Это значит, что и развитие их внутри группы идет неравномерно. Что делать? Стоит ли ждать отстающих? Или идти за лидерами? Специалисту приходится, учитывая каждого, вести весь коллектив к той или иной творческой цели. При этом нужно понимать, что, возможно, на данном этапе индивидуальные задачи каждого не удастся совместить при решении общей творческой задачи. А это значит, что кто-то из участников не будет участвовать в данном проекте. При этом он не должен ощущать свою неуспешность, но, наоборот, это должно стать для него стимулом к росту. Часто именно успех похожего на меня человека – например, имеющего такой же, как у меня, синдром Дауна, расстройство аутистического спектра, нарушение опорно-двигательного аппарата, – стимулирует меня к развитию. «Мне хочется быть не хуже». И этот важный момент внутренней мотивации к развитию нельзя не учитывать. Часто приходится встречаться с завышенной, неадекватной оценкой деятельности ребят с особенностями развития. К сожалению, это ведет к воспитанию у них неадекватности, что в конечном счете закрывает им путь в социум. Никто из нас не хочет общаться с неадекватными людьми. Но общество воспитывает их неадекватность часто с завидным упорством.

Подводя итог сказанному, можно говорить о том, что мы работаем над достижением общих творческих задач с теми членами коллектива, которых на сегодняшний день большинство и уровень социальной и профессиональной компетентности которых позволяет решать данные творческие задачи.

Развитие социальности

Как правило, современное общество в силу стереотипов восприятия человека с особенностями развития не делегирует ему ответственность ни по одному из обычных для членов общества направлений деятельности. В связи с этим у него не формируются ни воля, ни мышление, ни социальная компетентность. Лишь делегировав