Очерки истории кельтской книжности - Ольга Александровна Кухтенкова

(«Дарем-эхтернахский каллиграф»), разница между изображением человека и животных еще очевиднее. Одеяние на портрете (символе) св. Матфея состоит из четырех каплевидных элементов, расположенных друг над другом, руки изогнуты в виде сердца, сложенные на уровне груди кисти держат открытую книгу. Св. Матфей «сидит» на троне, но соответствующих изгибов фигуры нет, это представлено условно. Трон тоже прорисован весьма просто: две вертикальные линии с загнутыми сверху концами, и три горизонтальные, обозначающие спинку, сиденье и подножье, внизу — маленькие полукруглые ножки.

Изображения животных, например льва (Марк) и орла (Иоанн), заметно более реалистичны. Лев показан в прыжке, с поднятыми передними лапами. Его грива и шерсть прорисованы многочисленными мелкими локонами. Краски — желтая и коричневато-оранжевая — очень яркие, бросающиеся в глаза. В изображении орла кельтская условность и орнаментальность совсем уходит: птица стоит и, вытянув шею, смотрит вправо. Ее перья прорисованы мелкими, бледно-коричневыми и желтыми штрихами. Здесь уже вовсе отсутствуют спирали и завитки.

Весьма необычно оформление фона миниатюр с евангелистами в Эхтернахских Евангелиях — он украшен ломаными яркими линиями, формирующими прямоугольники, кресты и более сложные геометрические фигуры.

В Ирландии не был выработан единый стиль изображения евангелистов, и от манускрипта к манускрипту они очень сильно различаются. В более поздних книгах, как правило, евангелисты (люди) изображаются на тронах или креслах, с книгами в руках, весьма редко — с нимбами. Иногда в руках у них есть скипетр (Евангелиарий св. Чада).

Евангелистов изображали и через устоявшиеся символы — льва, тельца, орла и человека (Откр. 4:7), при этом встречаются и их смешения. В Книге из Дарроу на одной странице мы видим тельца (св. Лука) с телом орла (св. Иоанн), а на другой — с телом льва (св. Марк). Исследовательница Э. Хоуи видит в этом явлении не только художественный поиск и указание на связи между Евангелиями, но и отголосок кельтского взгляда на животный мир: грань между человеком и животным, а также между одним животным и другим настолько тонка, что одно может вполне перетекать в другое. Возможно, что здесь имеет место творческий подход художника — традиционные образы не были им восприняты буквально. Можно предположить, что изображения евангелистов в виде животных, но без книг и нимбов в Книге из Дарроу и Евангелиях св. Виллиброрда являются не символами, а персонификациями[36].

Эхтернахские Евангелия.

Евангелист Матфей

Если в Книге из Дарроу и Эхтернахских Евангелиях евангелисты изображались как их животные-символы (кроме, конечно, св. Матфея), то в Евангелиях св. Чада и Евангелиях из Линдисфарна мы видим уже всех четырех евангелистов в «человеческом облике», с нимбами и книгами. А уже этим изображениям иногда сопутствуют символы, помещенные в верхней части страницы. Здесь же присутствует прорисовка одежд и поз.

Внешний вид изображаемых людей в этих и более поздних манускриптах зависит скорее от желания мастера или облика модели, если таковая есть, нежели чем от каких-то канонов или влияний континентального искусства. Все персонажи чаще всего изображаются светловолосыми, с бородой или без нее. Фигуры людей достаточно условны, статичны, скрыты одеждой. Однако очень живо прорисовываются глаза.

Движения также доведены до своего рода символов, на рисунке это лишь обозначение движения или события. Это упрощает прочтение миниатюры и выделение в ней главного. Художники передавали иерархию сюжетных персонажей через величину их фигур. Самый крупный — Христос, окружающие Его люди, бесы или ангелы — меньше. Фигурки, показывающие нам мастеров или обитателей монастыря, в котором сделана книга (если таковые имеются), — самые маленькие. Все эти условности и приемы позволяют не заострять внимания на внешнем, а погрузиться в священный текст. Скорее всего, художники намеренно упрощали изображения людей и окружающую их среду, сводя ее к символам и узорам, дабы создать впечатление не телесного, а неземного, духовного, святого. Они рисовали символ, образ, который, не отвлекая глаз натурализмом, заставлял человека проникать вглубь смысла, а не скользить глазами по поверхности.

Линдисфарнские Евангелия

Евангелия из Линдисфарна по характеру изображений людей выделяются из общей традиции. Оформление текста и орнамент здесь кельтские, со следами влияния англосаксонского и континентального книжного искусства. Иллюстрации и портреты евангелистов схожи с миниатюрами таких англосаксонских манускриптов, как Веспасианская псалтирь и Кодекс Ауреус.

Евангелия из Линдисфарна были созданы примерно в 710–721 гг. Сделанная в X в. надпись гласит: «Эдфрит, епископ Линдисфарна, написал эту книгу во имя Бога и в честь св. Кутберта и всех святых, чьи мощи покоятся на острове». Автором надписи был Алдред, монах из общины Линдисфарна, уже переселившейся (спасаясь от викингов) в Честер-ле-Стрит, этот же монах выполнил подстрочный перевод текстов Евангелиария на англосаксонский — самый первый в истории. Где находилась Книга между X и XVII вв., точно сказать нельзя: различные записи и хроники упоминают «книгу св. Кутберта» и как Евангелиарий, перевезенный в Дарем (отсюда второе название — Книга из Дарема), и как трофей Генриха VIII, упразднявшего монастыри. Но название «книга св. Кутберта» могло обозначать и другие манускрипты, с которыми связывают его имя. В XVII в. ее владельцем был коллекционер Роберт Боуэр, а после него — сэр Роберт Коттон, и вместе с его коллекцией Линдисфарнские Евангелия перешли в собственность Британского музея в 1753 г.

Линдисфарнские Евангелия — чрезвычайно богатый и самый эклектичный по оформлению кельтский манускрипт. Влияние континентальных образцов на искусство британских кельтов и англосаксов вообще очень заметно в этот период — после синода в Уитби, принятия римского исчисления Пасхи (Линдисфарн перешел на новое исчисление в 700 г.) и последовавших за этим изменений в обрядах, внешнем облике священников и т. д.

Есть один важнейший аспект, необходимый для понимания Книги из Линдисфарна: эта Книга была творением одного человека, а не группы, она была результатом не менее чем десятилетнего труда. Удивительной особенностью Евангелиария является использование свинцового карандаша, предшественника грифельного, для разлиновки и нанесения рисунков — за 400 лет до того, как свинцовый карандаш стал использоваться в Европе. Наличие этого инструмента открыло перед художником широкие возможности для создания тонкого подробного предварительного рисунка, а также позволяло не портить миниатюры традиционной разлиновкой стилом, оставляющим бороздки (бороздки, сделанные на одном обороте для надписи, выступали с другой стороны, на которой была миниатюра).

Линдисфарнские Евангелия. Инициал

Евангелия из Линдисфарна — выдающийся памятник кельтского книжного искусства VIII в. и — после Книги из Келлса — второе по уровню мастерства произведение среди всего пантеона кельтских и англосаксонских памятников. Как и другие наиболее богато иллюминированные кельтские Евангелиарии, Книга из Линдисфарна не предназначалась для постоянного (а может быть, и торжественного) чтения