Большая игра - Питер Хопкирк

сломить. В крепости осталось более 300 убитых и раненых защитников, которые сражались до последнего. Остальные сбежали через известные им тайные ходы или спустились со стен по веревкам. Британские потери составили 4 человека убитыми и 30 ранеными. Гранта — единственного из участников тибетского похода — позднее представили к кресту Виктории.

Когда весть о падении Гьянгдзе достигла Лхасы, там началась общая паника. Древнее поверье гласило: если крепость попадет в руки захватчиков, страна обречена. И вот это произошло. Преодолев последний рубеж обороны тибетцев, британцы вышли к берегу широкой и быстрой реки Цангпо[164], единственного препятствия между ними и Лхасой. Переправа с использованием брезентовых лодок продолжалась целых пять дней, офицер и два гуркха утонули. Но дорога к тибетской столице, столь долго спрятанной от внешнего мира, была открыта. Через два дня, 2 августа 1904 года, англичане впервые увидели священный город с вершины соседней горы. Обернувшись в седле к своему офицеру разведки, Янгхасбенд сказал: «Ну, О’Коннор, вот и она». Пятнадцать лет назад он, юный младший офицер, под видом торговца из Яркенда мечтал проникнуть в Лхасу, но начальство отвергло эту идею как слишком рискованную. Сюда пробовали добраться многие европейские путешественники, но все неизменно поворачивали обратно. На следующий день, с несколькими солдатами и при полных дипломатических регалиях, Янгхасбенд въехал в священный город.

Глава 37. Эндшпиль

Тем временем война на Востоке складывалась для русских скверно. Когда семь месяцев назад японцы напали на Порт-Артур, это стало полной неожиданностью, но лишь немногие полагали, что японцы в состоянии одолеть устрашающую мощь царской армии. В дополнение к могучему Тихоокеанскому флоту Россия обладала регулярной армией численностью в миллион штыков, за спиной которой стояло вдвое большее число резервистов, а у Японии насчитывалось всего 270 000 регулярных войск и 530 000 резервистов. Поэтому русские были уверены, что смогут быстро сокрушить азиатских выскочек — «желтых макак», как они называли японцев. В конце концов, Россия располагала огромным опытом войны в Азии, и там никто не сумел ей противостоять.

Напав на крупную российскую военно-морскую базу в Порт-Артуре, японцы явно надеялись уничтожить весь русский флот (как через тридцать семь лет проделали с американским Тихоокеанским флотом в Перл-Харборе). Но в результате десять японских миноносцев сумели повредить лишь три стоявших на рейде броненосца (один пострадал серьезно). В ходе второй атаки несколько часов спустя были повреждены три крейсера и броненосец, а у побережья Кореи затопили еще один крейсер и канонерскую лодку[165]. Несмотря на заградительный огонь российских береговых батарей, японские военные корабли под командованием блестящего тактика адмирала Того отделались незначительными повреждениями. Пускай им не удалось потопить российский Тихоокеанский флот, они серьезно подорвали боевой дух русских моряков. На следующий день оба правительства объявили друг другу войну. Конфликт длился восемнадцать месяцев и косвенным образом способствовал падению российской монархии тринадцать лет спустя.

Последующие события тоже не сулили русским ничего хорошего. Сначала они потеряли своего главнокомандующего и флагманский броненосец[166], который наткнулся на мину, поставленную японцами на подступах к Порт-Артуру. Вскоре русских фактически заперли в хорошо укрепленной гавани, а японцы благодаря лучшей тактике и умелому командованию стали хозяевами окрестных морей. На суше они тоже быстро добились преимущества, нанеся русским череду поражений, хотя иногда победы доставались ценой тяжких потерь. В мае русские потерпели поражение на реке Ялу, а в следующем месяце японцы заняли торговый порт Дальний (Далянь) всего в двадцати милях от Порт-Артура. Санкт-Петербург предпринял отчаянную попытку освободить осажденный Порт-Артур, отправив на Дальний Восток, через полмира, эскадру российского Балтийского флота.

Именно в этом легендарном походе российские военные корабли оказались вовлеченными в международный инцидент, который разогрел русофобию в Великобритании до уровня лихорадки и едва не привел к войне между двумя державами. Из-за ошибки дозорных, общей нервозности и неопытности штурманов русские в тумане обстреляли в Северном море флотилию рыболовных судов, принятых, как ни удивительно, за японские миноносцы. В панике военные корабли стреляли даже друг по другу. Затем, убежденные, что успешно отразили японское нападение, они продолжили путь. В итоге, пока Лондон выражал решительный протест Санкт-Петербургу по поводу инцидента — как его впоследствии стали называть, на Доггер-банке[167], — четыре британских крейсера следовали по Бискайскому заливу по пятам за российской эскадрой, а крупные британские военно-морские силы поспешно готовились к возможным боевым действиям. На Трафальгарской площади и возле Даунинг-стрит состоялись антироссийские демонстрации, а когда граф Бенкендорф[168] выходил из посольства, его освистали. В итоге раздражение британцев удалось утихомирить униженным извинением царя Николая и обещанием щедрой компенсации; войну предотвратили. Таково было зловещее начало пути для крупномасштабной российской экспедиции, предпринятой с целью снятия морской блокады Порт-Артура.

Между тем на суше началось жестокое сражение за военно-морскую базу. Первую атаку японцев отбили с немалыми потерями. За ней последовали еще два штурма, которые также удалось отразить. Но постепенно японские войска приближались, привлекая саперов для прокладки туннелей под защитными сооружениями и наблюдателей на аэростатах для выявления слабых мест обороны. Захват господствующей над Порт-Артуром горы позволил обрушить на защитников крепости убийственный огонь артиллерии. Когда потери убитыми и ранеными составили почти половину численности гарнизона, а надежда на то, что помощь подоспеет вовремя, совсем иссякла, боевой дух нижних чинов упал до предела. Хотя многие русские офицеры хотели сражаться до победного конца, комендант крепости, опасаясь мятежа, начал с японским командующим переговоры о капитуляции. 2 января 1905 года после осады, продолжавшейся 154 дня, Порт-Артур пал. Перед этим комендант отправил последнее донесение царю Николаю: «Ваше величество, простите нас. Мы сделали все, что в человеческих силах. Судите нас, но судите милостиво, так как почти одиннадцать месяцев непрерывных боев исчерпали наши силы»[169].

Поражение от «желтых макак» и утрата восточной цитадели стали страшным ударом по российскому престижу во всем мире, особенно же в Азии. Это поражение ознаменовало собой вереницу унижений Санкт-Петербурга перед Японией. 18 февраля началась самая большая и кровавая битва этой войны — за хорошо укрепленный железнодорожный узел Мукден, ныне Шэньян, расположенный в 250 милях к северу от Порт-Артура. Российские военные эксперты считали его оборонительные сооружения неуязвимыми. Хотя численность войск с обеих сторон была приблизительно одинаковой — около 300 000 человек, — японцы обладали рядом преимуществ. Во-первых, их войска только что одержали блестящую победу. Несмотря на тяжелые потери, они были решительно настроены снова разгромить русских, против которых фанатически храбро бились в ближнем бою штыками и гранатами. При этом никто не подвергал сомнению храбрость и отвагу русских войск, несмотря