Оправдание черновиков - Георгий Викторович Адамович

“Ахматова в своем тексте не только женщина, но и «дама»: умная, душевно сложная, избалованная, своевольная, гордая, одним словом, типичная петербургская декадентка начала века, мечтательная и опустошенная… Беру, конечно, текст вне ритма, лишь в смысловом его значении.

В подлинной же своей поэзии, поддержанной и углубленной напевом, Ахматова – явление гораздо более значительное, несущее на себе, как и Некрасов, печать какого-то невыраженного трагизма. Оттого над ее книгами и плачут, что в них поет «печаль мира», уловленная чутким слухом, хоть и не совсем уложившаяся в слова… Ахматова возвышает и возвеличивает мелкие любовные случаи, ею описанные, она оплетает их музыкой, наделяет их каким-то неведомым тяжким богатством”.

Другая статья – отклик на кончину (Памяти Анны Ахматовой // Русская мысль. 1966. 12 марта. № 2437. С. 1). Некоторые реплики из нее перешли в эти воспоминания.

Не могу точно вспомнить, когда я впервые увидел Анну Андреевну. – См. комментарий к воспоминаниям о Н. С. Гумилеве.

…а заодно и местом встречи первых формалистов… – многие русские формалисты прошли через Петербургский университет: Виктор Максимович Жирмунский (1891–1971), Юрий Николаевич Тынянов (1894–1943), Виктор Борисович Шкловский (1893–1984), Борис Михайлович Эйхенбаум (1886–1959).

…разрабатывавших свои теории скорей по отталкиванию от всякого рода нео-Скабичевских… – Александр Михайлович Скабичевский (1838–1911) – литературный критик, историк русской литературы, по своим воззрениям – либерал-народник.

Однажды К. В. Мочульский, мой будущий близкий парижский друг… – Константин Васильевич Мочульский (1892–1948) – критик, историк литературы, профессор Свято-Сергиевского богословского православного института, один из руководителей “Православного дела” во Франции. Автор монографий о Гоголе, Владимире Соловьеве, Достоевском, Блоке, Белом, Брюсове. Вместе с Адамовичем Мочульский работал в редакции парижского “Звена” (1923–1928), позже – печатался в газете “Последние новости”, где Адамович был ведущим критиком. В 1920-е гг. написал несколько статей об Ахматовой.

Я была, как и ты, свободной… – из стихотворения Ахматовой “Хорони, хорони меня, ветер!” (1909).

…по отношению к Виллье де Лиль Адану… – Филипп Огюст Матиас Виллье де Лиль Адан (1838–1889) – граф, французский прозаик и драматург, автор мрачной мистической и гротесково-сатирической прозы.

Гумилев, ее муж, на первых порах относился к стихам Анны Андреевны резко отрицательно… – В очерке о Гумилеве 1931 г. Адамович объяснил причину такого отношения: “Первые стихи Ахматовой, попавшие в печать, сразу всех очаровали. Но Гумилев пожимал плечами, хмурился… Лишь много позднее, после общего признания, признал Ахматову и он. Это тем более удивительно, что на стихи у Гумилева был, так сказать, абсолютный слух: он разбирался в них безошибочно, сразу видя все слабости, сразу определяя достоинства, «как Бонапарт над военной диспозицией», по выражению одного из его друзей. Все, знавшие Гумилева, в этом согласны. Внутренно, про себя, он, конечно, раньше других оценил и Ахматову. Но его отталкивал «пронзительно унылый», уводящий от жизни, тоскующий тон ее стихов и в особенности их иронический психологизм. Ахматова разлагала сознания. Этого было достаточно, чтобы Гумилев отнесся к ней недоверчиво” (Адамович Г. Памяти Гумилева (к десятилетию со дня смерти) // Последние новости. 1931. 30 августа. № 3812. С. 3).

А “вывел ее в люди”… Кузмин… – Михаил Алексеевич Кузмин (1875–1936) – известный поэт, прозаик, критик, эссеист, был автором предисловия к первой книге А. А. Ахматовой “Вечер” (1912).

…как уловил это и Георгий Чулков… – В заметке “Георгий Чулков”, подписанной инициалом “А.”, Адамович писал об отношении Чулкова к Ахматовой: “Он сам гордился тем, что «открыл» Анну Ахматову, и это совершеннейшая правда: Ахматову убедил дать стихи в печать именно Чулков, хотя в то время она уже была женой Гумилева. Но муж, обычно так чудесно, почти безошибочно разбиравшийся в поэзии, на этот раз оказался слеп и глух – и настойчиво утверждал, что ни малейшего дарования у Ахматовой нет. Он чуть ли не топал ногами, едва она принималась читать вслух свои стихи. Первым оценил эти стихи Чулков и, захлебываясь от восторга, «носился» с ними по литературному Петербургу, пока не обезоружил всех, даже и самого Гумилева” (Последние новости. 1939. 19 января. № 6506. С. 3. Подп.: А.). Георгий Иванович Чулков (1879–1939) – поэт, прозаик, переводчик, литературный критик, создатель теории “мистического анархизма”, хороший знакомый А. А. Блока.

…Георгий Чулков… когда-то рассмешивший пол-России вступительной фразой к большой, программной статье: “Настоящий поэт не может не быть анархистом – потому что как же иначе?” – Фраза цитируется по памяти. На самом деле это статья Сергея Митрофановича Городецкого (1884–1967) “На светлом пути” с подзаголовком: “Поэзия Федора Сологуба с точки зрения мистического анархизма”. Она начиналась словами: “Всякий поэт должен быть анархистом. Потому что как же иначе?..” Сходным образом звучала первая фраза второго абзаца: “Всякий поэт должен быть мистиком-анархистом, потому что как же иначе?..” (Факелы. Кн. 2. СПб., 1907. С. 193).

Помню надпись, сделанную Ахматовой уже после революции на “Подорожнике” или, может быть, на “Анно Домини”… – Четвертый и пятый сборники стихов Анны Ахматовой “Подорожник” (Пг., 1921) и “Anno Domini MCMXXI” (с лат. – “В лето Господне 1921”) (Пг., 1921).

…обозначился оттенок трагический: Рашель в “Федре”… – Знаменитая французская актриса Элиза Рашель Феликс (1821–1858) в трагедии “Федра” (1677) французского драматурга-классика Жана-Батиста Расина (1639–1699).

…как в известном восьмистишии сказал Осип Мандельштам… – Имеется в виду стихотворение О. Э. Мандельштама “Ахматова” (1914).

…после одного из чтений в “Бродячей собаке”… – “Бродячая собака” – известное литературно-художественное кабаре в подвале дома № 5 по Михайловской площади (ныне – площадь Искусств) Петрограда. Действовало с декабря 1911-го по 3 марта 1915 г., было закрыто за несоблюдение сухого закона, введенного во время Первой мировой войны. На смену “Собаке” пришел “Привал комедиантов”, который находился на углу Марсова поля и набережной Мойки (действовал с 18 апреля 1916-го по апрель 1919 г.).

…когда она, стоя на эстраде, со своей “ложно-классической”, “спадавшей с плеч” шалью… – Отсылка к тому же стихотворению О. Э. Мандельштама “Ахматова” (1914).

…весело и лукаво перешептывалась с Михаилом Леонидовичем Лозинским… – Михаил Леонидович Лозинский (1886–1955) – поэт, известнейший переводчик, друг Гумилева, Ахматовой, Мандельштама.

…как Ахматова на склоне лет сама себя охарактеризовала в “Реквиеме”… – Первое издание “Реквиема” Ахматовой вышло за границей (Мюнхен, 1964). Адамович знал это издание. В России первая полная публикация произведения появилась только в 1987 г., в журналах “Октябрь” (№ 3) и “Нева” (№ 6).

…с росписью Судейкина на стенах… – Сергей Юрьевич Судейкин (1882–1946) – театральный художник, живописец, график. Участвовал в оформлении помещений “Бродячей собаки” и “Привала комедиантов”, пришедшего на смену этому кабаре.

Ахматова посвятила ему два стихотворения: “Все мы бражники здесь, блудницы” и “Да,