Я, Азимов. Мемуары - Айзек Азимов

– Ну ладно, – сказал я, – но если я ее напишу, то четко укажу, что нет никаких доказательств существования НЛО и инопланетных кораблей, и подчеркну, что с этой темой связано много мистификаций и иллюзий.

– Вперед, – сказал Гарет, и я так и сделал.

159. Недавние романы

После «Основания и Земли» я встал в тупик. По своему обыкновению я оставляю в конце один неразрешенный вопрос – на крайне вероятный случай, если захочу продолжить историю. В конце предыдущего романа, «Край Основания», я даже написал: «Конец (пока что)». Джанет это категорически не одобрила – мол, я вынуждаю читателей ждать, хотя сам могу добираться до продолжения много лет.

Продолжение-то я написал быстро, но последний абзац в «Основании и Земле» явно намекает, что существующие осложнения можно разрешить только в другой книге, а я не знал как. Не знаю до сих пор, хоть с завершения работы и прошло пять лет.

Возможно, это одна из причин, почему я написал «Фантастическое путешествие II» – чтобы отложить дальнейшие исследование вселенной «Основания». Но что мне было делать после «Путешествия»?

Так вышло, что однажды я поднимался на лифте в своем доме, и там молодой человек мне сказал, что прочитал цикл «Основание», и всегда хотел знать, что случилось с Гэри Селдоном в молодости и как он изобрел психоисторию (это вымышленная наука, лежащая в основе цикла).

Я ухватился за это и, когда пришла пора подписывать контракты на новые романы, предложил отправиться назад во времени и написать «Прелюдию к Основанию», чтобы рассказать о происходившем за пятьдесят лет до событий первой книги цикла – о Гэри Селдоне и о создании психоистории.

Дженнифер Брель тут же согласилась и, почувствовав мою усталость от «Основания», предложила не включать роман ни в этот цикл, ни в цикл о роботах, а сделать независимым продуктом с новым оформлением.

Я согласился и начал писать «Прелюдию к Основанию» 12 февраля 1987 года. Книга была закончена спустя девять месяцев и вышла в 1988-м. В мягкой обложке она появилась в 1989-м – как первый том новой линейки в мягкой обложке от Doubleday/Bantam, названной «Основание» в мою честь.

Затем 3 февраля 1988-го я приступил к «Немезиде». В ней действие происходит ближе к нашему времени, чем в романах о роботах или в «Основании». В книге рассказывается о колонизации спутника у планеты типа Юпитера, которая, в свою очередь, вращается вокруг красного карлика. Моим протагонистом стала девочка-подросток, также я добавил еще двух сильных женщин. В этом романе куда больше эмоциональности, чем я обычно себе позволяю.

Мне понравилось писать этот роман, но на него ушло тринадцать месяцев вместо обычных девяти – по причинам, которые я скоро объясню. Книгу выпустили осенью 1989 года, и она довольно успешно разошлась.

160. Обратно к нехудожественной литературе

Работая над романами 1980-х, я не забросил нон-фикшн. Я писал большое количество статей и публиковал их в сборниках. Это «Так далеко, как может видеть глаз человека» («Far as the Human Eye Could See», Doubleday, 1987) и «Относительность неправильного» («The Relativity of Wrong», Doubleday, 1988), два сборника статей из F&SF. А также несколько книг из серии «Как мы узнали?..» для Walker и, конечно же, книги по астрономии для Гарета Стивенса.

Однако я не писал нон-фикшн для взрослых, не считая «В начале» («Beginnings», Walker, 1987) – моего рассказа об эволюции Вселенной, Земли и человека в обратном порядке, – и примечания к Гилберту и Салливану.

Меня так и подмывало что-нибудь написать, и больше всего я скучал по своим историческим книгам для Houghton Miflfin. Шестнадцатой и последней (после чего издательство закрыло серию) стала «Золотая дверь», четвертый том по истории Соединенных Штатов, вышедший в 1977-м.

С тех пор я не опубликовал ни единой книги по истории и целых десять лет страдал от исторического голода.

Вы можете спросить, почему я не продолжил серию в другом издательстве. Такая мысль меня, конечно, посещала, но проблема почему-то вдруг разрослась. Я вбил себе в голову, что должен написать историю мира с самого начала, охватив все возможные народы. Я рассказал бы ее по-своему, со старомодным акцентом на войне и политике.

Я знал, что куда важнее говорить о социологии, экономике и культурных событиях, и собирался вставлять подобный материал как можно чаще. И все же то, что ныне считается сутью истории, – скучно, а мне хотелось, чтобы книга читалась интересно. Меня не волновало, что скажут критики; я собирался писать себе в удовольствие и вставлять всяческие волнительные события и драму. А значит, войну и политику. В конце концов, раз уж я пишу старомодную фантастику и еще более старомодные детективы, почему бы не написать и старомодную книгу по истории?

Я уговорил Уокера ее опубликовать, он предложил контракт с авансом в тысячу долларов. (Аванс меня ничуть не волновал – главное, выпустить книгу.) Я начал в январе 1979-го и работал урывками больше года, написав почти полмиллиона слов и дойдя до 1850 года. Но тут снова переключился на романы, и к тому же стало ясно, что последние век с четвертью потребуют еще как минимум полмиллиона слов, поэтому я забросил проект.

Мысли о проделанной впустую работе раздражали, поскольку я люблю хвастаться, что никогда не писал зря и так или иначе опубликовал все, над чем трудился, но эта книга меня одолела. Я, конечно, не считал поражение бесповоротным, так как на протяжении многих лет чувствовал, что когда-нибудь непременно вернусь и закончу ее, но все не заканчивал и не заканчивал.

(И это даже не первый случай провала моих грандиозных задумок. Во время Второй мировой я записывал все происходящее, причем в невероятных количествах, поскольку намеревался написать историю войны, когда та закончится. Так и не написал. Даже не начинал.)

Пока я работал над романами, самые разные издательства подкидывали мне непростые идеи. Даже в Doubleday просили рассказать о достижениях науки в форме вопросов и ответов, и я даже начал и немного сделал, но и эта книга скончалась под давлением романов. Я вернул Doubleday довольно значительный аванс.

Затем в Harper & Row попросили написать историю науки по годам. Я согласился без особого энтузиазма, предчувствуя, что романы все равно подкосят любое серьезное нехудожественное начинание. Но тут мне сделали новое предложение: включить в каждый год и события вне науки. И вот