Детройтская история. Становление неформальных отношений собственности в депрессивном городе - Клэр Херберт

Поскольку процесс упадка городов происходит неравномерно, таким же качеством обладают и пространства, на которых могут возникать неформальные отношения собственности. В масштабах всего города единицей, в рамках которой формируются разные репутации территорий по таким критериям, как уровень устойчивости и наличие пустующих помещений, выступает «район» (neighborhood). Однако жители, давая собственную оценку места своего проживания, часто используют в качестве такой единицы «квартал» (block). В одном квартале может располагаться аккуратный ряд больших представительных домов, на первый взгляд, полностью обитаемых, пусть и немного замшелых по краям, в другом – несколько пустующих участков и ветшающих брошенных домов, между которыми находятся заселенные дома, а в следующих двух кварталах осталось всего каких-то два дома.

Детройт нельзя считать исключительно неформальным или формальным городом – в нем одновременно присутствует и то и другое. В той ситуации, в которой оказался Детройт, неформальность собственности представляет собой один из аспектов приобретения городом своего особого облика (form). Официальное городское планирование в Детройте по-прежнему функционирует, причем, возможно, даже в более интенсивном виде, чем в растущих городах, поскольку власти разворачивают различные подходы к «исправлению» города – одна волна их усилий сменяет другую35. В последние годы в попытках различными способами улучшить состояние города в Детройте внедрялись новые законы и регулирующие нормы в имущественной сфере, стратегические планы и постановления о зонировании. Таким образом, взаимодействие между неформальностью и новыми формальными схемами регулирования отношений собственности по принципу «сверху вниз» не менее важно. Между новыми правилами и сохраняющимися устойчивыми модусами неформальности возникают напряженность и конфликты. Это взаимодействие формирует опыт жителей, динамику районов города и – что, возможно, наиболее важно – способ развития и трансформации давно сложившихся разновидностей неравенства. Взаимодействия между формальным и неформальным происходят даже в том случае, когда городские власти в принципе не признают эти категории, однако на практике эти взаимодействия имеют далеко идущие и значительные последствия, в особенности для благосостояния бедных горожан.

В контексте городов Глобального Юга, утверждает Ананья Рой, неформальность можно рассматривать как некий особый способ городского планирования, поскольку законодательство и политика здесь обретают свой облик в качестве реакции на неформальность и под ее влиянием [Roy 2005]. Однако у нас еще нет такого объема сведений о неформальности в городах США и других странах Глобального Севера, чтобы мы могли судить о том, как взаимодействие между формальными и неформальными акторами способно создавать последним проблемы или приносить им выгоды. Представляется, что в случае США важнейшей мерой для решения проблемы неформальности является обеспечение соблюдения уже существующих законов и регулирующих норм. Впрочем, такой подход, скорее всего, создаст риски для неформальных акторов, отличающиеся от ряда случаев Глобального Юга, где пробелы в правовой базе или различные законы о собственности могут по меньшей мере создавать определенные возможности, а не выступать в качестве запретов. Различные политические реакции на городскую неформальность и связанные с ней проблемы и возможности уже описаны в многочисленных исследованиях36. Но детали того, как в конкретном месте правоприменение осуществляется, не осуществляется или осуществляется при определенных условиях, имеют большое значение для развития и сохранения неформальности еще до появления «новых» ответов на неформальные практики [Fairbanks 2009].

Для ограничения неформальных отношений собственности в Детройте не обязательно разрабатывать новые законы или регуляторные меры – нужно просто применять уже существующие и обеспечивать их соблюдение. Такая постановка вопроса может выступать обоснованием отсутствия необходимости в изучении неформальности в США, однако я придерживаюсь иного мнения: именно такая возможность определяет еще большую актуальность исследования неформальности в американском «автограде». Правовая база для пресечения подобных практик уже существует, и в силу этого городские власти при желании могут подавлять проявления неформальных отношений собственности, что потенциально способно повлечь драматические последствия для благосостояния горожан.

***

В дальнейшем мы увидим, что жители Детройта не сталкиваются с большими рисками, присваивая недвижимость, на которую у них нет законных прав, а неформальность собственности, вопреки кажущейся оскорбительности по отношению к закону, способна приходить на помощь отдельным людям и сообществам. У жителей Детройта имеются разные мотивации для использования в своих интересах доступной им недвижимости и извлечения из этого выгод. Для кого-то это способ справиться с такими проблемами, как безработица и бедность: для таких людей чужая собственность превращается в крышу над головой или становится источником заработка. Другие детройтские старожилы, недовольные тем, что городские власти предоставляют жителям все меньше услуг, своими руками заколачивают или сносят окружающие их постройки либо используют пустующие земли в новых целях. В детройтских пригородах живет множество разочарованных миллениалов, пытающихся справиться с растущими расходами на жилье, гигантскими образовательными кредитами и недружественной экономической средой, в которой им не найти приличной работы даже после получения высшего образования. Многие из этих молодых людей мечтают жить какой-то другой жизнью, и такая возможность появляется у них благодаря доступу к «бесплатной» недвижимости. Принимая во внимание сочетание этих условий в Детройте и других депрессивных городах, более уместно не задуматься о том, почему мы наблюдаем сам феномен неформальных отношений собственности, а поставить другой вопрос: почему мы не наблюдаем его расширения? Вполне возможно, так происходит – по крайней мере пока – потому, что мы просто не пытаемся эту неформальность обнаружить. Если мы будем фокусироваться на легальных занятиях горожан, то действительно можно упустить из виду неформальность – один из наиболее заметных способов преодоления ограничений депрессивных городов и использования их возможностей. При помощи таких категорий, как «законное» и «незаконное», и связанных с ними нормативных и негативных коннотаций невозможно дать точное определение неформальности, которая является нарушением закона, но обретает легитимность. Как выразился по этому поводу детройтец Генри, разбивший огород на брошенной земле, «здесь ни у кого нет ощущения, что законы работают… А поскольку никто не ощущает закон, все эти занятия не выглядят незаконными… Это просто еще одна возможность что-то сделать».

Глава 2. Регуляторная политика и правоприменение

Локальные условия и неформальность находятся в динамичной взаимосвязи, поскольку горожане по-разному используют эти условия для удовлетворения собственных потребностей и устремлений. Например, в Лос-Анджелесе – городе с высокой стоимостью жизни – неформальное жилье «нависает» над сложившейся застройкой, поскольку здания и земельные участки делятся на части, что позволяет удовлетворять спрос на недорогое жилье (см. [Mukhija 2014], [Wegmann 2015]). В расползающемся городе Финикс (штат Аризона) жители с низким уровнем дохода, не имеющие машин и достаточных средств, прибегают к неформальным стратегиям обустройства мест проживания, делая пригородную застройку более соответствующей их потребностям [Kamel 2014]. В Техасе земля на окраинах городов делится на участки и продается семьям для самостоятельного строительства жилья [Ward 1999]. Состояние упадка способствуют появлению особой — неформальной – разновидности имущественных отношений, которой посвящена эта книга, предполагающей, что преодоление формальных прав частной собственности происходит посредством незаконного присвоения.

Детройт и другие депрессивные города часто определяются как гетто, хронически обделенные инвестициями [Massey and Denton 1993], или как территории концентрированного неблагополучия (см. [Wilson 1987], [Krivo et al. 1998]). В то же время следует учесть, что «точки обновления крупных городов нередко появляются там же, где происходит их деградация» [Holston and Caldeira 2008: 18]. Присутствие неформальных отношений собственности в депрессивных городах идеально обретает смысл в тот момент, когда все части общей картины оказываются на своем месте. Локальные пространственные, экономические и политические условия складываются таким образом, что неформальность собственности становится не просто возможной, но и зачастую выгодной для отдельных людей и сообществ. Результатом нескольких десятилетий сокращения численности населения стало появление огромного