В тени умелой обезьяны - Павел Владимирович Волков

интерпретацией рисунков в пещерах не возникло никаких сложностей. Согласно их вероучению, все, что мы находим в земле, — есть результат деятельности наших примитивных обезьяноподобных предков, ничего возвышенного которым не присуще по определению. Альтамира — не исключение. Все нарисованное там — работа аутиста, человека с нарушением работы головного мозга, но имеющего гипертрофированные способности к рисованию. Никаких идей или мыслей в эти краски вложено не было, потому как этого не может быть.

В этом нет ничего странного, потому что в науке всегда есть люди, для которых в мире нет ничего таинственного и практически на любой вопрос о мироздании у них есть четкий и ясный ответ.

Анри Брёйль все понимал иначе: если рисунки в пещерах не могут не порождать в зрителях мистических переживаний, то они не могли быть сотворены без аналогичных чувств художника. Пещеры с рисунками Брёйль воспринимал как древние святилища. Процесс нанесения изображения — как магическое, религиозное действо. Сами рисунки — как символы, прочтение которых должно открыть нам душевные переживания наших предков.

Как понять изобразительный язык прошлого? Через изучение аналогов у современных, еще не тронутых цивилизацией народов. Надо ехать к африканским племенам Сахары, к эскимосам, к аборигенам Австралии. Надо работать, думать, ожидать озарения... В общем, как утверждают оппоненты, обычная для «клерикалов» мистика.

Наука тогда могла бы пойти и иным путем. Ну а пока.

Брёйль предложил археологам сложную схему эволюции культур каменного века. В палеолите (древнекаменном веке) он предположил две линии их развития. Изучив огромный массив данных, Брёйль выделил два ряда археологических культур.

Некоторую преемственность и влияние на Европу со стороны не исключил, но в начале истории у нас, похоже, было два параллельных пути. Для библейского прочтения древнейшей истории человека — это очень важный момент.

У Анри Брёйля был огромный авторитет в науке. Многие считают его «отцом археологии Запада». Им разработан метод археолого-этнографического анализа, исследовано огромное количество археологических памятников, написано более восьми сотен статей, три десятка монографий, но... жил он, похоже, не ради этого.

Когда через двадцать с лишним лет после открытия Альтамиры Анри Брёйль приехал к Марии, дочери покойного Саутуолы, она сообщила ему, что живущий по соседству школьный учитель хочет показать археологам еще одну пещеру с рисунками.

— Почему же он не сказал об этом раньше?

— Он не хотел повторить судьбу моего отца.

Страшный ответ.

Вот такая бывает иной раз наука.

* * *

Аббат Анри, послуживший Богу, умер в маленьком городке с весьма примечательным названием — L'Isle-Adam.

Ничто в мире не бывает случайным.

.......................

Жак Буше де Перт (Jacques Boucher de Crèvecœur de Perthes) (1788–1868). Человек, открывший первые следы работы наших предков

Тот самый «каменный топор», который нашел Буше де Перт и который демонстрировался на Международной выставке в Париже в 1867 году как первое орудие человека. На современном языке — «ашельский бифас». Вид с двух сторон. Сохранились даже наклеенные Буше де Пертом этикетки

Марселино Санс де Саутуола (Marcelino Sanz e Sautuola) (1831–1888). Исследователь пещеры Альтамира, первооткрыватель наскального искусства каменного века

Бизон с потолка пещеры Альтамира

Источник изображения: Kühn Herbert. Die Malerei der Eiszeit. München: Delphin-Verlag, 1923

Аббат Анри Брёйль (1877–1961).

Мы уже знакомы с ним по истории с синантропом. Обратите, кстати, внимание на размер палеолитического рубила (крайнее слева). Именно такие гиганты можно найти на распаханных полях близ городка Сент-Ашель

Два таланта — два пути

Андре Леруа-Гуран вырос свободным человеком.

Место и характер образования с юных лет избирал самостоятельно. В дальнейшем поминал это как признак своей независимости от научных школ, разнообразных мэтров и учреждений.

Одарен был чрезвычайно.

В начале 1930-х Андре Леруа-Гуран оканчивает курс в Школе восточных языков при Сорбонне (китайский и русский). Его любовь носить черкеску и играть на балалайке, похоже, были «закономерны».

В 37-м уезжает с женой на три года в Японию, изучает культуру айнов, овладевает японским, защищает диссертацию по археологии северного побережья Тихого океана. Позже, в 54-м — еще одну диссертацию на степень доктора естественных наук.

Участвовал в Движении Сопротивления, за что был награжден Военным крестом, Медалью Сопротивления и Орденом Почетного легиона.

Работал в Британском музее, в Национальном музее азиатского искусства, Музее человека в Париже.

Профессор университета в Леоне, с 1956 года — профессор Сорбонны, 1963 — директор Института этнологии, 1969 по 1982 гг. — профессор в Коллеж де Франс.

Он не делал себе карьеру — ему было некогда. Она сама еле успевала за ним.

С 1935 года Леруа-Гуран стал собирать материал по технологии расщепления камня в палеолите. Через четыре года эта база данных состояла уже из 40 тысяч учетных карточек.

Сортировать каменные артефакты по их внешнему виду казалось ему неверным. Форма первобытных изделий часто зависела от множества «посторонних факторов». Собрался, например, наш предок изготовить любимый археологами бифас. Взял привычные для работы инструменты: пару отбойников, которыми будет наносить удары по камню, два-три изделия из рога — ретушеры (для детальной отделки) — и приступил к работе.

Все поначалу шло по плану, но в камне обнаружилась изначально невидимая трещинка, и вместо острия на бифасе пришлось делать овальное окончание. В использовании бифаса как орудия — это не помеха. Разве что не так красив, как хотелось. А вот для археолога — проблема: изволь обозначить его как особый тип, а так как при столь индивидуальной, поистине творческой работе как расщепление камня, абсолютно одинаковых изделий не бывает — количество «типов» может стать бесконечным.

Ладно бы только трещины в сырье, пустоты или посторонние включения... камень идеальным бывает редко. На результат расщепления кремня влияет его плотность, зернистость, степень влажности и многое другое. Да и само понятие «кремень» в археологии довольно условное. Специалист в минералогии даст для камней, что для нас одинаковы, десяток-полтора своих определений и будет прав — не бывает абсолютно одинакового сырья, как не бывает формально одинаковых изделий у первобытного работника.

Типология артефактов по их форме (морфология) неизбежно ведет субъективному описанию археологических коллекций, что исключает их сравнительный анализ как занятие, не имеющее смысла.

Тупик?

Леруа-Гуран находит простое и красивое решение.

Типологию артефактов делать не по форме изделий, а по их технологическим характеристикам. Ключевое понятие — «операционная цепочка» (chaîne opératoire). Под этим термином