Демонология в древнерусской литературе - Федор Алексеевич Рязановский

года днем и ночью на одном месте лицом к востоку и непрестанно повторять по сто раз: Боже, помилуй меня, древнюю злобу! затем: Боже, помилуй меня, мерзость запустения! и наконец: Боже, спаси меня, помраченную прелесть! Если он согласится, то Бог вновь приметь его в число ангелов, но древнее зло новым добром быть не может. Когда на следующий день Зерефер вновь пришел к старцу и тот сообщил ему ответ Бога, он, как и говорил ангел, ответил на это:

«аз аще бых хотел нарещи себе древнюю злобу и мерзость запустениа и помраченную прелесть, преже и от начала се хотел сотворити и спастися: ныне же древнее зло не буди то аз, и кто се глаголет? Аз бо даже и до ныне дивен и славен бех, и вси бо аще повинуются мне, и аз сам себе нареку мерзость запустения и помраченную прелесть! Никако, калучере! не буди то яко да аз в таковое безстудие себе всажу»[168],

и с этими словами исчез.

Бесы представляются существами общественными, имеющими правильное политическое устройство. В Евангелии Сатана представляется как царь в своем царстве (Мф. 12, 22–28), как Бог представляется главой царства Божия; как Бог окружен верными слугами – ангелами, так и дьявол окружен своими ангелами (Mф. 25, 41). Поэтому он называется еще князем бесовским (МФ. 9, 34; 12, 24) и князем власти воздушные (Еф. 2,2); говорится и о престоле Сатаны (Откр. 2, 13). Ап. Павел указывает, кажется, определенную иерархию между злыми духами (Еф. 6, 12; ср. Колос. 2, 15). Эти представления встречаем в художественной обработке в повести о Месите-чародее, по-видимому, византийского происхождения[169], а еще ярче в повести о Савве Грудцыне.

Бес, побратившийся с Саввой, предложил ему посмотреть царство его отца «и приведе его в пусто место (Мф. 12, 43), на некий холм (Мф. 4, 8) и показа ему в некоем раздоле град вельми славен; стены и покровы и помосты все от злата чиста блистахуся». Бес предложил Савве поклониться его отцу, и, когда они вошли в городские ворота, встретили их юноши «темнообразнии, ризами и поясы златыми украшены, и со тщанием покланяющеся, честь воздающе сыну цареву, паче же рещи диаволу».

Toже было при входе во двор царев и в царский дворец. Сын царя представил Савву пред лицом князя тьмы.

«Той же седя на престоле высоце, камением драгим и златым преукрашенном, сам же той славою велиею и одеянием блистаяся, окрест же престола его… множество юнош крилатых стоящих, лица же их овых сини, овых багряны, иным же яко смола черны»[170].

Бесы, подчиняясь Сатане, стараются угодить ему всеми силами. В апокрифическом Никитином мучении бес, прельщавший святого, так объясняет ему свое поведение: «святче бжˉий. якоже ты тщишися венец прияти такоже и мы тщимся да благодарственно, от отца нанашего Сатаны примем»[171].

В «Слове св. Нифонта» бесы несут отцу своему Сатане Сребреницу, полученную скоморохами порадовать его[172]. С другой стороны, и Сатана награждает и повышает в чине подчиненных ему бесов. В «Легенде о происхождении винокурения» Сатана награждает «пианаго» беса, сажая его на своем престоле, возлагая на голову его свой венец и порфиру на плечи, дает ему «власть пианственную» и несколько других бесов в подчинение[173].

В отношениях между собою бесы наблюдают братство. В повести о Соломонии они наблюдают на пирушке порядок мест, «друг друга честию больша себе творяще», пьют из круговой чаши. У них есть и религия. Они убеждают Соломонию и пытками добиваются от нее, чтобы она веровала в них и в отца их Сатану[174].

Что же делают бесы?

Бесы-мучители

Деятельность бесов среди людей в древней Руси была живым ощущением, заставлявшим напрягать нравственную энергию до высокой степени. Злая деятельность их среди людей, прежде всего, проявляется в причинении болезней.

Еще в Евангелии болезни производятся от действия дьявола. При рассказе об исцелении скорченной женщины сказано, что эту дочь Авраамову связал Сатана (Лук. 13, 16).

По изгнании беса из бесноватаго-немого, немой заговорил (Мф. 9, 32) и проч. Так, собственно, и должно представлять болезнь при библейском миросозерцании, по которому болезни появились только после грехопадения (Быт. 3, 1–15). Верование в происхождение болезней от демонов было всеобщее и в первохристианстве и отразилось в творениях апологетов. В их воззрениях на болезни отражается, кажется, и верование всякой опимистической языческой религии, что болезнь – дух, вселяющийся в тело, которого посредством чар можно вселить в тело другого человека и изгнать оттуда.

В них (т. е., в демонах), говорит Тертуллиан, заключается причина болезней и несчастных случаев всякого рода и, в особенности, внезапных и чрезвычайных потрясений, сильно ослабляющих душу. При этих нападениях на душу и тело нужно отметить их тонкость и легкость. Будучи невидимы и недоступны наблюдению, эти духи дают себя знать, правда, не в самом действии, но в последствиях его, когда, напр., необъяснимое, лежащее в воздухе зло повреждает древесные и полевые растения в самом их цвете, уничтожает их в зародыше и губит во время созревания, или когда испорченный по неизвестной причине воздух извергает приносящее заразу испарение. С такой же таинственностью заразы дыхание демонов и ангелов производит различные болезни духа посредством умоисступления, сумашествия и позорных и ужасных пожеланий[175].

Достойный всякого удивления Иустин, сообщает Тациан, сказал, что демоны подобны разбойникам: как последние берут живыми некоторых людей, а потом за выкуп возвращают их родным, так и они – демоны, которых почитают за богов, вселясь в тело каких-либо людей и потом посредством сновидений внушивши мысль о своем присутствии, велят таким людям выйти на народ и, насытившись мирскими веществами в виду всех, отлетают от больных и возвращают им прежнее здоровье, уничтожив болезнь, которую они сами произвели[176].

Богомилы, если им, действительно, принадлежит «Сказание, како сотвори Бог Адама», также производили болезни от Сатанаила и именно от того, что он «взял древо и истыка всего человека Адама и сотвори ему в нем 70 недугов»[177]. От них же из Болгарии перешли «молитвы составленныя от трясавицы лживыя: седящу святому отцу Сисинию на горе Синайстей и виде из моря седмь (вариант: 12) жен исходящ»[178] – заговор от лихорадки, где эта болезнь представлена в виде «12 жен простовласых окаяннии диаволе видение»; при чем каждая из этих жен изображает определенный фазис болезни[179].

Верование в происхождение