Мёд полыни - Екатерина Сергеевна Кожевникова

по лавкам после долгого трудового дня, молодежь хихикала по углам. Люди явно старались одеться приличнее: парни были в чистых рубахах, девушки – с украшениями. На длинный стол, устланный красивой вышитой скатертью, входящие ставили угощения, в воздухе разливались восхитительные запахи выпечки и пряных напитков. Весняна привычным движением пересыпала в большую миску пирожки, а Стожар, не придумав ничего другого, достал из сумки маленькую крынку с медом – такую они с отцом везде носили с собой – вдруг пчел в опустевших бортиях придется подкармливать.

Когда они прошли мимо лавок в дальний угол, деревенские девушки покосились на них, зашептались и хихикнули. Дорогу вдруг перегородил рослый парень с квадратным веснушчатым лицом и вытянутым, как у рыбы, ртом.

– Это кто наших девок охаживает? – недружелюбно уставился он на Стожара, глядя сверху вниз и демонстративно расправляя плечи. Другие парни с любопытством наблюдали за происходящим.

– А что, у вас гостей привечать не принято? – ответил ему Стожар таким же угрюмым взглядом, ничуть не испугавшись.

– Гостей-то принято, но ты на чужое позарился.

– Гордыня, уйди восвояси, это я его позвала, – попыталась встать между ними Весняна.

– Правда, друг, чего взъелся? Любопытно же на пришлого посмотреть, может, тоже что-то поведает, – добродушно пробасил один из парней, здоровый, как медведь, косая сажень в плечах.

– Может, – недовольно согласился Гордыня и отошел, постоянно оглядываясь.

Сидевшая в самом центре комнаты у стола старушка хлопнула в ладоши, все сразу замолкли и тихо расселись по лавкам. Громким скрипучим голосом она завела сказ о далеких землях и невиданно богатых купцах, страшных чудовищах и дивных богатствах. Люди слушали ее завороженно, некоторые девушки сидели под лучиной и вышивали, но тоже напряженно вслушивались. Стожар украдкой оглядывался, рассматривая деревянную избу и жителей, когда заметил над печкой движение: крошечный Домовой с лицом, будто вырезанным из деревяшки, свесился из-за трубы и слушал рассказчицу с открытым ртом. Бортник едва заметно улыбнулся: люди Домовенка не замечали, смотрели сквозь него, поэтому тот даже не пытался скрываться.

Когда старинщица[21] завершила байку и замолкла, люди одобрительно зашептались. Стожар посмотрел на сидевшую рядом Весняну, перехватив его взгляд, она наклонилась и зашептала:

– Мы так собираемся иногда по вечерам и праздникам, задабриваем духов, чтобы они людям не пакостили и жить не мешали. Их истории завлекают.

– И их, и людей, – отметил Стожар, разглядывая засыпающего на печи Домового.

– А пусть пришлый теперь байку поведает, – вдруг поднялся с лавки Гордыня, с вызовом глядя прямо на Стожара и закатывая рукава вышитой рубахи. Вокруг поднялся одобрительный гул любопытствующих.

– Правду говорят, что бортники за медом в Навь ходят, за границу мира мертвых? – вдруг разнесся голос из толпы, где сидели хихикающие девушки.

– Чушь, – отрезал Стожар.

– А почему тогда вы в лесу живете, а не со всеми в деревне?

– Без колдовства тут уж точно не обходится, – послышался неодобрительный шепот за спиной Стожара.

– Раз в лесу, то, небось, русалок видели? – посыпались вдруг со всех сторон вопросы и любопытные взгляды.

– Русалок – бывает. Только им лучше не попадаться – защекочут насмерть, а детей и разорвать могут, – осторожно ответил Стожар, не понимая, с какой стороны задали вопрос.

– А они страшные?

– Да просто скользкая водяная нежить. Ежели не присматриваться, то издалека почти как люди, а вблизи видно, что мертвяки, – пожал плечами Стожар. Люди вокруг затихли и переглянулись – все русалок боялись, но никто не мог похвастаться, что действительно их видел.

– Тебе откуда это знать? Баек наслушался али видел чего? – с подозрением спросил кто-то из старших.

– А ведьмы по лесу часто гуляют?

– Среди нас ведьмы тоже есть? – дернула Стожара за рукав маленькая девчушка, которая до этого пряталась за матерью.

– Не знаю, – развел руками Стожар.

– Конечно, есть, – вдруг встала с лавки одна из девушек и подбоченилась. – Вон, финка – чужеродная, на платье своем и поясе птиц носит железных. Это ж амулеты, чтобы порчу наводить, – вокруг зачинщицы сразу подобострастно захихикали три подружки.

– Хватит языком молоть! – Весняна вскочила, щеки у нее запылали так, что даже в полутемной избе теплее стало, а в светлых глазах мелькнули гневные искорки. Она сильно сжала кулаки и закусила губу, чтобы не начать ругань. Девушки продолжали смотреть в ее сторону и хихикать, остальные пытались их осадить или переглядывались с осуждением. Стожар поднялся с лавки и сжал плечи Весняны, стараясь ее успокоить, но она раздраженно отмахнулась.

Домовой, проснувшийся от споров, неодобрительно посмотрел на Стожара, слишком много рассуждавшего о нечисти. Заметив это, бортник осторожно перехватил под локоть расстроенную подругу и потянул ее к выходу из избы – еще не хватало на себя гнев местного духа-стража навлечь.

– Хороша парочка – пришлый колдун и чужеродная ведьма, – потешалась главная зачинщица, бросая колкости в спину. С лавки вскочил Гордыня, чтобы угомонить ехидную девушку, а старшие принялись утихомиривать всех. Не позволяя Весняне остановиться и ответить, Стожар развернул ее за плечи и вывел из избы.

– Ты слышал эту ехидну? Вечно она про нас с матушкой гадости говорит. Птицы – вовсе не колдовские амулеты. Вепсы верят, что не будь первых птиц – то и жизни не земле не появилось бы, потому почитают их, – пытаясь незаметно вытереть слезы злости, быстрым шагом уходила к краю деревни Весняна.

– Но не все же так себя ведут?

– Нет. Только эта девушка и подружки ее, чтоб им плохо было, – ругалась Весняна.

– А другие вашу семью любят: с твоим отцом на рынке общаются уважительно, к братьям прислушиваются, да и с тобой сегодня по-доброму здоровались. Особенно Гордыня.

– Ты когда это все приметить успел? – удивленно покосилась Весняна на бортника, но слезы у нее быстро просохли.

– Наблюдаю по привычке.

– Ты на Гордыню внимания не обращай – он плохого не сделает, просто всякие глупости повторяет, о себе мнит слишком много, – виновато вздохнула Весняна.

– Оно и видно, – хмыкнул Стожар. – Правда, с остальными не проще: видела, как все косились? Будто к ним зверюшка диковинная из лесу вышла.

– Да они не со зла, просто непонятно им, каково это – жить вдали от людей, в опасном лесу, – оправдывалась девушка.

– Как по мне, среди людей жить страшнее, – проворчал Стожар, обходя последний дом в деревне. Дальше простирался луг, а за ним – темный ночной лес, откуда раздавалось совиное уханье. Весняна замерла, не решаясь выйти за границу деревни, и бортник тоже остановился. Девушка потерянно переминалась с ноги на ногу, кидая на него виноватые взгляды.

– Прости. Я не думала, что они станут так себя вести. Хотела как лучше, познакомить тебя, показать старинщицу…

– Байка была интересной, –