Псих. Расплата. - Павел Барчук

А вот Дроздов… Я повнимательнее пригляделся к владельцу корпорации «Дроздов-Траст».

Выглядит он старше своих коллег. Сухой, сгорбленный, сидит с прозрачной штукой в ухе и половину разговора переспрашивает у соседа. Пожалуй, этому реально больше восьмидесяти, и он соответствует своему возрасту.

Дрянь в его дымке ползала медленно. Устало, что ли. Она словно была такой же старой, как её носитель.

Я начал считать, пытаясь подстроить своё дыхание под ритм ауры Дроздова.

Раз. Два, три. Пауза. Раз. Два, три.

На четвёртом круге сошлось.

Ощущение оказалось странным до чёртиков. Будто идёшь рядом с кем-то по коридору и без всяких усилий попадаешь в его шаг. Само собой выходит.

Никакой боли. Вообще ничего. Просто ровное медленное движение, в которое я вписался как родной.

Хрена себе. Так это работает.

«Молодец, — с одобрением заметил Мозгоед. — А теперь отваливай».

«Погоди, я только…»

«Псих. Правило три. Уходишь до того, как…»

«Ладно, ладно!»

Я моргнул и отвёл взгляд. Ровно на секунду. Потом снова глянул на дымку Дроздова и просто охренел.

Ритм движения поменялся.

Раз-два, пауза. Раз-два.

Дрянь в его ауре теперь ползала медленнее. Ровно настолько, чтобы мне было удобно за ней успевать.

Не только я подстроился под неё, но и она уловила моё дыхание.

«А я тебе говорил, — захихикал Мозгоед. — Ты же никогда меня не слушаешь. Их ауры чувствуют телепата, кретин. Кстати, насчёт кретина. А ты на хрена сказал, что не умеешь бить по мозгам?»

Переход был такой резкий и неожиданный, что я не сразу понял, о чём он вообще спрашивает. Сообразил через пару секунд.

«Потому что так они верят, будто у меня только идёт переход с первой на вторую ступень».

«О господи… Псих… ты и правда кретин…»

«В смысле? Почему кретин? Старейшие хотели знать, могу ли я больше, чем мне положено в новом статусе. Я сказал, что не могу, потому что если пацан с недельным Даром способен бить по мозгам…»

Я не договорил. Меня буквально пронзила мысль, от которой стало очень хреново. А вернее, не мысль. Воспоминание.

Бункер. Восемь инквизиторов. Четверо мёртвых, четверо превратились в овощей. По любому их нашли и всё зафиксировали. А потом подали отчёт Совету.

Твою мать. Реально кретин…

«Ага, — оживился Мозгоед. — Дошло. Быстро соображаешь, аж горжусь».

«Куликов спрашивал не просто так? Не ради того, чтобы выяснить, на что я способен, а на что нет. Они и так знают, верно?»

«Куликов вообще ничего не делает просто так, Псих. Ни один Старейший не делает. Ты думаешь, они смогли бы подмять всю Конфедерацию под себя, если бы были идиотами? Куликову велели спросить — он спросил. А орал, багровел и лез в бутылку, чтобы ты видел перед собой дурака с раздутым эго. Дураков недооценивают».

Я откинулся на спинку кресла. Обвёл взглядом Старейших. Теперь даже Дроздов, похожий на человека с альцгеймером, вовсе не казался мне таким уж дряхлым и болезным. Вполне возможно, это только маска.

Весь разговор с Советом, кстати, тоже выглядел иначе. Они ехали сюда, уже понимая мои возможности, но хотели проверить, скажу я правду или нет. Если скажу — всё нормально. Просто у пацана слишком резко проявился Дар, он ещё не умеет им управлять. Случайно грохнул четверых инквизиторов и столько же покалечил.

Если совру — всё серьёзнее. Значит, мои действия были продуманными и новоявленный телепать представляет угрозу.

Я соврал.

«Доказательств у них нет, Мозгоед. Свидетелей не осталось. Может, это вообще кто-то другой угондошил их цепных псов».

«Конечно. У нас же телепаты по стране бегают толпами. Псих, ты сам дал им подтверждение и доказательства. Своей ложью».

«Твою мать… А ты⁈ Какого хрена промолчал? Почему не одёрнул меня?»

Мозгоед выдержал паузу ровно настолько, чтобы я успел разозлиться как следует, потом ехидно ответил:

«Так ты же не слушаешь. Какой смысл? Только сегодня утром послал меня дважды. Прямым текстом. Помнишь?»

Я скрипнул зубами. Вектор снова покосился в мою сторону, но сразу же отвёл взгляд.

«То есть ты обиделся. И из-за этого позволил мне совершить глупость?»

«Я не обижаюсь, Псих, а делаю выводы. Ты сказал, что справишься сам. Ну вот, справился».

Мне пришлось отвлечься от беседы с телепатом на самом интересном месте. Потому что обсуждение моей персоны резко завершилось.

— Полагаю, вопрос исчерпан, — произнесла Лозинская, глядя на предводителя Девятки. — Виктор Рубин остаётся в Авангарде. Наставником назначается Аркадий Воронцов. Программа обучения на его усмотрение, отчёт Совету раз в семь дней.

Решение, принятое Советом было настолько совпадающим с интересами Апогея, что это даже выглядело как-то неприлично.

Куликов немедленно заворочался в кресле, демонстрируя недовольство.

— Я не согласен, — буркнул он. — Пацана надо изучать, а вы ему сразу красивую жизнь на блюдечке с голубой каёмочкой подсовываете. не заслужил еще.

— Степан Григорьевич… Не начинай, — осекла Медведя Лозинская.

— А я не начинаю, — упрямо ответил Куликов. — Говорю, отдаём непонятно что непонятно кому.

Берг снял очки, покачал головой. Шейн что-то тихо произнёс себе под нос. Дроздов снова принялся расспрашивать остальных интересуясь, что он упустил.

Теперь вся эта возня Старейших казалась мне слишком подозрительной.

И только Апогей сиял как начищенная медь. Мне интересно, он реально не чувствует во всем этом подвоха?

— Обещаю, вы не пожалеете, — заявил Воронцов с максимально серьёзной физиономией. — Из парня выйдет толк.

Я еле сдержал смех. Это просто какой-то цирк, честное слово. Причем цирк с хреновыми клоунами.

Куликов возмущается, Берг качает головой, но молчит, Шейн бурчит в сторону. Ни один из них не сказал «я против» так, чтобы это реально звучало категорично и непоколебимо.

При этом решение объявила Лозинская. Не Раменский. То есть председатель Совета вообще не стал озвучивать вердикт лично, а спихнул это на неё. Будто вопрос настолько мелкий, что не стоит особого внимания.

А по итогу меня вообще передали с рук на руки Апогею, который мечтает свергнуть Совет с его пьедестала.

Весь прикол в том, что Старейшие развели не только меня. Их спектакль предназначался в том числе и для Апогея. Думаю, Совет прекрасно знает, что задумал Воронцов. Не в деталях, конечно, но общий замысел — как минимум. Иначе Лозинская вчера на сцене не намекала бы ему на плохое поведение.

Но вместо того чтобы ударить предводителя Девятки по рукам и сказать ему, что им известно о заговоре, они сами