Альмодовар: автопортрет в семи фильмах - Джеймс Миллер

Пабло как режиссер может быть хладнокровным манипулятором и полностью контролировать ситуацию – это заставляет задуматься, не способен ли вымышленный режиссер каким-либо другим способом принудить другого человека чувствовать себя желанным настолько, насколько, по его мнению, он заслуживает того, чтобы его желали – безгранично.

В любом случае Альмодовар тогда предположил, что именно это для него лежит в основе комедии – и трагедии – человеческого существования: «Абсолютная необходимость быть желанным и тот факт, что во взаимодействии страстей редко встречаются два желания, которые соответствуют друг другу».

Другими словами, каждый человек желает быть желанным безоговорочно, и это врожденное желание настолько сильно, что иногда принимает форму всепоглощающей страсти, которая пересиливает все остальные желания, не говоря уже о благоразумных личных интересах.

К сожалению, лишь немногие счастливчики становятся желанными именно так, как им больше всего хочется, потому что закон желания, присущий каждому, может быть реализован только во взаимодействии с другими людьми и при различных институциональных ограничениях, которые часто делают стремление к главной страсти болезненным, разочаровывающим источником повторяющихся проблем, заставляющих негодовать. (В царстве эроса, не ограниченном законом, условностями, правом или рациональным стремлением к счастью, нет справедливости.)

* * *

Неудивительно, что Пабло кажется таким жалким, когда мы наблюдаем, как он изо всех сил старается подавить свои желания. На экране он – существо, обуреваемое пугающе сильными страстями, которые он с трудом сдерживает из-за выбранной им профессии режиссера, воплощая их в своих историях. В снятых им фильмах он делится множеством различных желаний, но в эротических приключениях за кадром, за которыми мы наблюдаем, Пабло так же одинок и несчастлив, как персонаж Моники Витти в фильме Микеланджело Антониони «Приключение».

Является ли эрос благословением для Пабло? Или это болезнь, которую Антониони хотел показать в своем фильме? Трудно сказать.

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Так заканчивается первая осознанная попытка Педро Альмодовара реализовать свое категорическое желание – стать одним из величайших режиссеров в истории кинематографа.

«Это ключевой фильм в моей карьере, – сказал Альмодовар. – И первый фильм, который создавался кинокомпанией El Deseo. Мы рисковали всем. Я не знал, что снимать фильм самостоятельно так сложно. Это была ставка «все или ничего». Но я поверил в него и пошел ва-банк. Вот почему этот фильм действительно ключевой для моей карьеры».

Глава 5. «Цветок моей тайны»

Мильтон, написавший «Потерянный рай» и получивший за него 5 ф. ст., был непроизводительным работником. Напротив, писатель, работающий для своего книготорговца на фабричный манер, является производительным работником. Мильтон создавал «Потерянный рай» с той же необходимостью, с какой шелковичный червь производит шелк. Это было действенное проявление его натуры. Потом он продал свое произведение за 5 ф. ст.

Карл Маркс. Капитал[78]

К 1995 году Педро Альмодовар оказался на перепутье. Будучи самым известным кинорежиссером Испании, он также стал, пожалуй, самым признанным автором своего поколения, во многом благодаря популярности фильма «Женщины на грани нервного срыва», его сумасбродной комедии 1988 года, снятой в нетипичном для него стиле по мотивам «Человеческого голоса» Кокто, с Кармен Маурой в главной роли. Этот фильм на сегодняшний день остается самым популярным среди его работ. (Именно эта кинокартина принесла ему известность в Соединенных Штатах.)

Много лет спустя Альмодовар объяснял: «Этим фильмом я непреднамеренно сделал рывок в массовый прокат. Я думаю, все дело в том, что это истерическая комедия, которая развивается с головокружительной скоростью.

В последующие годы Альмодовар с переменным успехом пытался создать столь же комические вариации на тему своих самых личных тревог. Например, «Свяжи меня», вышедший на экраны в 1990 году, был фильмом об изнасиловании, которое, как бы невероятно ни звучало, привело к настоящей любви по обоюдному согласию. Три года спустя фильм «Кика»[79] подвергся всеобщей критике, отчасти из-за того, что в нем была еще более продолжительная сцена изнасилования, на этот раз включенная в историю в основном для смеха.

Острое чувство юмора, зачастую черного, останется отличительной чертой творчества Альмодовара. Но, как и в случае с Билли Уайлдером, одним из его кумиров, комедия как жанр могла передать только одну сторону личного опыта, который он использовал в своих сценариях; и, как показали последующие фильмы, юмор стал лишь одним из аспектов, с которыми он мог работать (как демонстрировал «Закон желания») – отныне он будет пытаться передать на пленке весь спектр базовых человеческих эмоций, не только счастье и отвращение, но гнев и печаль.

«Цветок моей тайны», одиннадцатый полнометражный фильм режиссера, знаменует собой начало нового серьезного этапа в карьере Альмодовара. «Мне неприятно говорить, что это зрелый фильм, – пошутил он тогда, – но это очевидно, а что я могу поделать? Возможно, только гении никогда не взрослеют».

* * *

В основе «Цветка моей тайны» лежит история о двух профессиональных писателях, которые обнаруживают, что они родственные души в том смысле, который Платон описывает в знаменитом отрывке из «Пира»: «Любовь врождена взаимно людям, соединяет древнюю их природу и старается создать единое из двух и тем самым уврачевать природу человеческую. Каждый из нас является „маркою” человека, так как он, подобно камбале, рассечен на двое из единого, и каждый постоянно ищет свою „марку”».

Оба персонажа Альмодовара – профессиональные писатели, влюбленные в слова, способные укладываться в сроки выполнения работы. Леокадия «Лео» Масиас создала невероятно успешную серию любовных романов под псевдонимом Аманда Грис (по-английски «Грей») для мадридского издательства массовой бульварной литературы. Это женщина средних лет, замужняя, без детей, и она частично использует свои гонорары, чтобы помочь сестре и матери, которые, как и сама Лео, перебрались из маленькой деревушки в Ла-Манче.

Лео назвали в честь знаменитой испанской святой, которая родилась рабыней, а затем была подвергнута пыткам и заключена римлянами в тюрьму за отказ отречься от своей христианской веры; после ее мученической смерти в Толедо расцвел популярный религиозный культ, посвященный Леокадии. Редактор Анхель, чье символическое имя, связанное с Леокадией, говорит само за себя, курирует книжные обзоры в El País, одной из самых престижных ежедневных газет Испании. Он тоже немолод, не женат и, как можно было бы предположить, является «убежденным холостяком», однако он влюбляется в Лео с первого взгляда и, как выясняется, уже влюблен в автора под псевдонимом Аманда Грис, чьи романтические истории превратили ее в