Чиновник особых поручений Андрей Заблоцкий-Десятовский - Элина Олеговна Захарова

решений для важнейших вопросов[287]. Здесь же Заблоцкий излагает и свои взгляды на историю возникновения науки в стране, её особенности. Говоря о появлении статистики, автор вновь высказал мысль, что Петр I – создатель русского государства – и расширил её до идеи, что вслед за преобразованиями Петра I появилась и наука: «Петр Великий преобразовал, или лучше создал новую Россию. Важнейшим подвигом его гения без сомнения было то, что он внес в Россию идею Государства; в этой идее, как в едином лоне, начало всех его преобразований. Вместе с этой идеей явилась потребность науки, знания государства»[288].

Воспринимая статистику как вспомогательный инструмент для знакомства с государством и народом, Заблоцкий выделят три основных способа познания государства: с помощью правильной административной отчётности; учёные путешествия; опубликование «людьми практическими» накопленных, в результате путешествий, сведений[289]. Последние два тезиса очень схожи с теми, что были изложены в докладе П.Д. Киселёву, о котором говорилось выше.

Занимаясь статистикой как чиновник МГИ, и как член РГО, Заблоцкий опубликует ещё ряд статистических работ, также активно привлекая статистические данные и в других своих статьях. Но как он сам отмечал: «Как ни важны для статистики числа, они далеко не составляют ни единственного её содержания, ни главного средства к достижению цели статистических исследований, состоящей в определении развития государства в данное время; статистика анализирует совокупность фактов, количественных и качественных; и последние не только весьма часто гораздо более объясняют положение дела, но служат с тем вместе поверкой данных количественных и даже без помощи их указывают верно на положение исследуемого предмета»[290].

В этих произведениях рассматривались вопросы сельскохозяйственной статистики: о видах и количестве домашнего скота, о внутреннем устройстве иностранных колоний. В статье «Материалы для хозяйственной статистики в России» Заблоцкий сделал обзор о домашнем скоте и условиях его содержания в разных местностях страны, обратив особое внимание на описание пород домашнего рогатого скота[291]. В работе «Статистические заметки о состоянии скотоводства» он пытался разрешить вопросы: «До какой степени настоящее состояние скотоводства удовлетворяет разным хозяйственным целям в той или другой полосе Империи; В чем состоят существенно причины упадка или вообще недостаточного состояния нашего скотоводства»[292]. Автор пришёл к выводу, что улучшение состояния скотоводства зависит прямо от улучшения земли: «Увеличение числа скота и улучшение земли могут идти только параллельно, и одно не может перегонять другое. Нельзя улучшить земли, не увеличивая числа скота, но нельзя увеличить количество скота не улучшая земли, иначе земля будет не в состоянии его содержать»[293]. Понимая сложность этой идеи, так как она показывала взаимозависимость между проблемами увеличения скота и улучшения земли, Заблоцкий, не предлагая конкретного решения ограничился общей фразой: «препятствия могут быть побеждены только последовательно, постоянством мер, стремящихся к привидению производительных сил человека и земли в гармоническое соотношение»[294].

В статьях «Статистические сведения об иностранных поселениях» и «Описание меннонистских колоний» подробно рассмотрено хозяйственное устройство колоний: основные предметы занятий, виды промышленности, приведены таблицы о количестве податей и пошлин, выплачиваемых колонистами. В устройстве и хозяйственном положении колоний Заблоцкий не видел ничего неприятного, неустроенного, не делал никаких отрицательных замечаний, а, напротив, старался показать каким продуктивным может быть сельское хозяйство если заниматься им с умом и прилежанием, как делают поселенцы[295].

Ещё одна работа посвящена рассмотрению Заблоцким результатов деятельности конгресса статистиков в Брюсселе[296].

В статье «Движение народонаселения в России» Заблоцкий прибегнул только к помощи статистических данных, чтобы без лишних комментариев показать процесс движения народонаселения[297]. Он свёл данные по православному и иностранным вероисповеданиям в несколько таблиц: об общем числе браков по православному исповеданию, числу родившихся и умерших по каждому иностранному вероисповеданию и т. п. Но вместо итогового заключения Андрей Парфёнович обозначил пункты, по которым выводы могли сделать читатели, проанализировав представленные сведения: общее число родившихся и умерших за 10 лет, число браков, приращение населения и т. д. Таким образом, автор опять предоставлял публике право самой подвести итоги, но указав предварительно на какие моменты ей должно обратить внимание.

В 1840 г. Заблоцкий назначен редактором Журнала Министерства Государственных Имуществ – первого ведомственного издания, начавшего выходить с 1841 г.[298]С редакционной работой, Заблоцкий был уже знаком, и отличие здесь в том, что журнал пришлось создавать «с нуля». Также, как и в Журнале Министерства внутренних дел, редакция подчинялась директору департамента (в данном случае главе Третьего департамента Министерства государственных имуществ), а редактор назначался самими министром «из благонадежных и сведущих в государственном хозяйстве чиновников»[299]. Редактору не полагалось отдельного жалованья[300]. Но по уставу Журнала в его ведении находилась особая сумма, состоящая из сумм, выданных ведомством и денег, получаемых от подписчиков, которой он мог распоряжаться по своему усмотрению, а также редактор получал все деньги, оставшиеся после издержек на издание[301]. Таким образом, без заработка Заблоцкий не оставался, что было немаловажно бедному чиновнику, но представить суммы его дохода невозможно. В руках Заблоцкого сосредотачивалась не только практическая сторона, но и финансовая сторона издания, отдавая ему в руки почти полный контроль над всем процессом создания журнала – от составления программы каждой книжки до выплаты зарплат сотрудникам. В руководство Заблоцкому были даны высочайше одобренные документы – общая программа издания и инструкция для редакции[302]. Помощником редактора, по выбору Андрея Парфёновича, стал К.С. Веселовский[303]. По его воспоминаниям, редакция состояла только из двух лиц – Заблоцкого и его самого. Всю работу, по его уверениям, он делал сам, а начальник (Заблоцкий. – Э.З.) только забирал себе деньги[304]. Возможно, на первых порах в редакции работало действительно два человека, в дальнейшем редакция была значительно расширена. Так одним из приглашенных сотрудников Журнала стал кн. В.Ф. Одоевский – член Ученого комитета министерства.

Касаясь принципов редакторской деятельности Заблоцкого, Веселовский отметил: «Заблоцкий, человек крайне осторожный, даже мнительный, был строже самой «чуткой» цензуры. Он смотрел, как говорится «в оба», не только на прямой смысл излагаемого, но и то, к каким толкованиям оно могло бы подать повод»[305]. Это замечание характеризует все работы Заблоцкого. Он всегда был чрезвычайно осторожен в высказываниях и суждениях, что составляло неотъемлемое свойство его личности. Несмотря на серьёзную «внутреннюю» цензуру, журнал, как и любое издание подвергалось общей цензуре, но даже «во время придавленности печати, «ЖМГИ» по общему признанию был лучшим из серьезных журналов и был одной из лучших мер МГИ для распространения сельскохозяйственных знаний»[306]. Передовое положение издания отмечал Н.М. Дружинин: «Журнал выделялся большей содержательностью