Дверь в дверь. Как нацисты и евреи оказались соседями по эмиграции в Аргентине - Ариэль Магнус

а также писал для других авторов – в том числе его перу принадлежат рассказы летчика-штурмовика Ханса-Ульриха Руделя, высокопоставленного солдата Гитлера, основавшего в Аргентине камераденверк («Товарищество») с целью оказания нацистам финансовой и юридической помощи. Это начинание, впрочем, оставалось «каплей в море – с учетом того, сколько всего необходимо было сделать», как сетовал сам Рудель в автобиографии «Между Германией и Аргентиной». И далее:

Мне часто приходило на ум сравнение с нашей борьбой против русских танков в последние месяцы войны: это была отчаянная попытка устоять небольшим числом перед волной прибоя. Но, как и тогда, сегодня в нашем товариществе важно не столько количество собранных денег и число отправленных посылок, сколько сам факт, что кто-то по-прежнему хранит верность брошенным всеми товарищам и их близким.

К так называемому «кружку Дюрера» принадлежал и немецкоязычный журнал «Путь. Ежемесячник по вопросам сохранения культуры и восстановления» (Der Weg. Monatshefte zur Kulturpflege und zum Aufbau)[21], основанный в середине 1947 года в пригороде Оливос (Рудель публиковался и там). Годом раньше в Берлине вышел первый номер одноименной еженедельной газеты, однако это было издание «по вопросам еврейства», выпускавшееся Еврейской общиной Берлина. Я очень сомневаюсь, что аргентинский «Путь» был аллюзией или даже провокацией, но совпадение, конечно, поразительное.

Авторы нацистского «Пути» – а в их числе были правые публицисты из нацистской Германии и других стран (по имеющимся сведениям, издание даже поддерживало контакты с Кнутом Гамсуном и Эзрой Паундом) – организовали консультационную службу для немецких эмигрантов. К тому же они добивались создания лояльного Гитлеру правительства за пределами Германии. В 1952 году, незадолго до выборов в Бундестаг, на которых Ханс-Ульрих Рудель баллотировался как главный кандидат Немецкой имперской партии против Аденауэра, журнал провел среди читателей опрос: считают ли они какую-либо часть Германии преемницей Третьего рейха и не лучше ли учредить единое правительство для ФРГ и ГДР где-нибудь за рубежом – например, в Буэнос-Айресе. Результаты, правда, оказались весьма отрезвляющими.

Вплоть до 1949 года издатели журнала, свободно продававшегося «во всех немецких книжных магазинах» Буэнос-Айреса (но в основном распространявшегося по подписке), старались сдерживать свойственный ему антисемитизм и, по всей видимости, даже пользовались поддержкой Аденауэра: «Продолжайте в том же духе! Вы нужны нам там»,– цитирует канцлера политический редактор Хуан Малер (бывший офицер СС, настоящее имя – Райнхард Копс). Все изменилось с постепенным прибытием «героев» проигранной войны, таких как Ханс-Ульрих Рудель или озлобленный антисемит Иоганн фон Леерс[22], чьи статьи под различными псевдонимами порой заполняли добрую половину номера. Главным редактором журнала стал бывший руководитель Гитлерюгенда Эберхард Фрич.

В автобиографии «Мир, война и так называемый „мир“», изданной в 1989 году в его собственном издательстве, Хуан Малер писал:

Однажды поздним вечером я сел и написал пространный очерк о германо-еврейских отношениях… Я отвергал в нем политику Третьего рейха в отношении евреев и ратовал за сближение на основе того, что действительно произошло… Дословно там говорилось: «Большая ошибка – указывать на послевоенные преступления союзников с целью скрыть преступления, совершенные представителями нашего народа, и по возможности предать их забвению…» Ответом стала телеграмма об увольнении от господина [директора Эберхарда] Фрича. Мне вменили вероломство по отношению к моему работодателю и на этом основании отказали в праве на законную компенсацию.

Этот разворот даже стал поводом для небольшого скандала: журнал был запрещен в американской оккупационной зоне и привлек внимание спецслужб, а распространение в Германии ограничилось узким кругом, в котором никто не знал более одного человека: типичная партизанская тактика. Тем не менее к 1953 году «Путь» насчитывал около шести тысяч подписчиков только в Германии и почти вдвое больше по всему миру. На предпоследней странице перечислялись люди, книжные магазины и заведения, у которых можно было приобрести журнал – от Бразилии до Южной Африки (где продавалось до 2500 экземпляров из тиража) и даже в Тибете. По мнению исследователя Хольгера Мединга, это дает основания считать журнал важнейшим немецкоязычным нацистским изданием в период непосредственно после войны.

В Германии журнал так и не был запрещен лишь потому, что прекратил свое существование к тому моменту, когда до него дошли руки властей. В Аргентине же он продолжал выходить даже после свержения Перо на вплоть до 1958 года, когда издание пришлось закрыть из-за финансовых трудностей.

Ни цифры, ни общее описание не способны по-настоящему передать градус борьбы авторов против евреев и за «Германию превыше всего» – как будто ничего не случилось. Чтобы это понять, нужно только читать, причем не только отдельные заголовки вроде статьи, посвященной «лжи о шести миллионах». Нет: нужно прочитать целиком любой рядовой номер. Поскольку требовать этого от разумного человека невозможно, я взял эту грязную работу на себя – в том числе чтобы прочувствовать ярость и бессилие, которые должны были испытывать аргентинские евреи, глядя на переполненные злобой нацистские журнальчики.

Было несложно решить, какой из более чем ста номеров взять в работу: тот, что есть у меня дома. Это первый выпуск девятого года издания за январь 1955 года, на который я обратил внимание благодаря своему букинисту, специализирующемуся на иностранных книгах. Англичанин Дэниэл Захария не так давно приобрел Librería Henschel, книжный магазин отца моего лучшего школьного друга и по совместительству последнюю сохранившуюся немецкую антикварную лавку в стране. Хеншель был йекке, а отец Дэниэла – евреем-сефардом из Индии, и тем не менее он сделал мне весьма ощутимую скидку: с целых пятидесяти долларов США сбросил почти до пяти, причем без какого-либо торга с моей стороны.

«Я лучше продам это нацистское дерьмо тебе, чем старым нацистам, которых среди моих клиентов, к сожалению, немало», – объяснил свое решение Дэниел. Если мне когда-нибудь попадется полная коллекция, я обязательно ее куплю, даже если цена будет астрономической: тут не до политкорректности.

Итак, поехали! Людям с тонкой душевной организацией рекомендую пойти в обход этого пути и встретиться снова в главе 15.

14. «Путь», шаг за шагом

На первых же страницах журнала в формате ин-октаво[23] мы видим сразу несколько напечатанных жирным шрифтом легко читаемых строф нацистского писателя-пропагандиста Рудольфа Биндинга, который призывает народ к кровавому восстанию против «удобства, сытости и высокомерия». Вновь проникшись довоенной атмосферой, мы переходим к единственной испаноязычной странице всего журнала (вероятно, уступка аргентинской цензуре). Там Биллем Сассен отдает дань памяти покойному Энрике П. Осесу, выпускавшему, помимо всего прочего, нацистскую газету Е1 Pampero, которая финансировалась немецким посольством. Прямо напротив располагается передовица, подписанная именами бывшего учителя физкультуры школы «Фридерикус» Эберхарда Фрича, основателя издательства Dürer и директора журнала. По сути, это не что иное, как призыв к восстановлению Германского рейха: «Наша любовь к вечной Германии должна выражаться в деятельном