Заключительное ненаучное послесловие к «Философским крохам» - Серен Кьеркегор

113

В этом отношении Крохи могли бы так же успешно выдвинуть противоположную проблему: каким образом историческое может стать решающим для вечного неблаженства? В этом случае человеческая смышленость определенно нашла бы, что здесь есть о чем спрашивать, ибо на это невозможно было бы ответить.

114

В датском языке здесь другой фразеологический оборот: at slaae sig selv paa Munden — бить самого себя по губам.

115

Доказательства, которыми благочестивая ортодоксия намеревалась обеспечить догму о вечности адских наказаний, должны рассматриваться как недоразумение. Однако же способ ее действия совсем иного свойства, нежели способ действия спекуляции; ибо, поскольку сама догма действительно коренится в дизъюнкции, любое доказательство оказывается излишеством.

116

См. прим. 10.

117

«Однако, если они лишь настолько же достоверны, почему же вдруг ими пользуются так, как если бы они были бесконечно достовернее?» (нем.).

118

«Однако, кто бы захотел, полагаясь на эту веру, рискнуть чем-то великим и продолжительным, потеря чего была бы невозместима?» (нем.).

119

Здесь читатель, вероятно, все-таки вспомнит то, что было сказано в Крохах насчет невозможности стать современником (в непосредственном смысле) парадокса, а также насчет того, что разница между учеником-современником и позднейшим учеником исчезла.

120

В связи с такой постановкой вопроса достаточно ясно, что Крохи, собственно говоря, борются с Лессингом, поскольку он утвердил преимущество одновременности, в отрицании которого заключается подлинная диалектическая проблема, и тем самым решение проблемы Лессинга получает другое значение.

121

«Случайные исторические истины никогда не могут стать доказательством необходимых истин разума» (нем.).

122

Что касается этого систематического выверта, читатель, возможно, вспомнит то, что было особо подчеркнуто в Крохах: ничто не возникает с необходимостью (поскольку становление и необходимость противоречат друг другу), и поэтому нечто, возникнув, становится необходимым в еще меньшей степени, так как необходимое — это по необходимости единственное, чем невозможно стать, поскольку таковое неизбежно предполагает бытие.

123

Переход в другой род (познания) (греч.). — См.: Аристотель, Вторая аналитика, 75b.

124

«Что я никак не могу преодолеть, так это мерзкую широкую могилу, сколь бы часто, преисполнившись серьезности, я ни пытался перепрыгнуть через нее» (нем.).

125

Широкий (нем.).

126

Серьезно (нем.). В приведенном выше переводе — «преисполнившись серьезности».

127

Ср.: Fr. Н. Jacobis, Ges. Werke, 4 Bd. I. Abth., p. 74.

128

«Хорошо, очень хорошо! Я тоже могу все это использовать, но я не могу вместе с тем делать то же самое. Мне вообще по нраву Ваше Salto mortale, и я понимаю, как человек с головой может вот так кувырнуться вниз головой, чтобы сдвинуться с места; возьмите меня с собой, если на то пошло» (нем.).

129

«Возьмите меня с собой, если на то пошло» (нем.).

130

«Если Вы только пожелаете заступить на пружинящее место, которое подбрасывает меня дальше, все пойдет само собой» (нем.).

131

«Это тоже предполагает прыжок, на который я больше не смею рассчитывать со своими старыми ногами и тяжелой головой» (нем.).

132

См.: Платон, Горгий, 490c-d.

133

Это было счастьем для Лессинга, что он не жил в такое серьезное столетие, каким является подлинно-спекулятивно-догматическое девятнадцатое столетие; ему, возможно, пришлось бы пережить нечто особенное, когда в высшей степени серьезный человек, который действительно не понимает шуток, совершенно серьезно заявил бы, что Лессингу следует снова посещать пасторские уроки конфирмации, дабы научиться серьезности.

134

Непереводимая игра с предлогами касается двух слов: наседать (traеnger раа) и нуждаться (trasnger til).

135

Разговор, состоявшийся между Якоби и Лессингом, был описан в письме Якоби к Мендельсону, посланном через Элизу Раймарус (которую Якоби зовет Эмили), дочку Германа Самуеля Раймару-са, две работы которого были изданы Лессингом.

136

Диалектически эта путаница не так-то легко распутывается. В Крохах я напоминал о том, как она возникает, и еще напоминал о том. как самопознание Сократа потерпело крушение на удивительно странном месте: на том, что он не знал с определенностью, был ли он человеком или же более сложным зверем, чем Тифон.

137

См.: Платон, Федр, 229d-230а.

138

«Сам он был, возможно, наивысшим существом и при этом в крайне концентрированном состоянии» (нем.).

139

Johann Wilhelm Ludwig Gleim (1719-1803) — немецкий поэт.

140

«Якоби, Вы знаете, что вполне возможно это делаю я» (нем.).

141

Само собой разумеется, что я говорю исключительно о мышлении, которое протекает в субъективном экзистирующем мыслителе; я никогда не был в состоянии понять, каким образом человек становится спекуляцией, объективной спекуляцией и чистым бытием. Человек много кем может стать в мире, как говорится в стихотворении, он может стать Edelmann, Bettelmann, Doctor, Pastor, Schuster, Schneider... — насколько я понимаю немцев. Он может стать также мыслителем или болваном, но стать спекуляцией — это самое непостижимое из всех чудес. Ср.: Jacobi, Ges. Werke, 4. Bd., 1. Abth., p. 110.

142

Дворянином, нищим, доктором, пастором, сапожником, портным... (нем.)—детская игра-считалочка, подобно нашей считалочке: «На золотом крыльце сидели: царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной...».

143

«Сомневаться в том, нет ли чего-то такого, что не только превосходит все понятия, но лежит совершенно вне понятия, — это я называю прыгнуть выше самого себя» (нем.).

144

Cp.: Jacobi, Ges. Werke, 4. Bd., 1. Abth., p. 110.

145

Работа Страх и трепет тоже принадлежит Киркегору. Она увидела свет в 1843 году. Silentio в имени псевдонима