Паутина - Беки Сейтаков

— Это чревато некоторыми осложнениями, — усмехнулся Шагельдыев. — До вас у меня один товарищ работал. Настолько предприимчивый и самостоятельный товарищ, что пришлось даже посоветовать ему приискать должность, более соответствующую его задаткам. Так что не огорчайтесь. Сообщать вам, что нужно на сегодняшний день для института, мне не так уж сложно. А постепенно войдете в курс дела.

После этого разговора Искандеров взял за правило каждое утро являться к директору института и тщательно записывать все, что тот говорил. Хозяйство института было большое, требовалось многое, однако хватало и подсобных рабочих и транспорта. Искандеров легко выполнял все, что ему поручали.

Если на работе все устраивалось как нельзя лучше, то это совсем не значило, что Искандерову не о чем было беспокоиться. Во-первых, он обратил внимание на жильца из соседнего подъезда. Может быть, этот вежливый, густобровый, с вьющейся шевелюрой парень и не заслуживал особого внимания. Он всегда предупредительно улыбался, первым говорил «доброе утро», справлялся о здоровье, но на знакомство не навязывался и вообще держался особняком. Однако Искандерову показалось как-то, что парень посмотрел на него особенно пристально, и он сразу насторожился. Насторожился настолько, что даже хотел сделать глупость: самому напроситься в гости к соседу и завести с ним дружбу, чтобы выпытать за стаканом вина, кто он и что. Зачем он поселился рядом? Почему так посмотрел?

Однако при трезвом размышлении Искандеров вспомнил пословицу, что укушенный змеей боится веревки, и немного успокоился. Сейчас во всех кварталах новоселье идет, парень мог поселиться где угодно, так почему бы ему отказать в праве жить в этом доме? А что посмотрел пристально — тоже ничего в этом особенного нет. Один человек может посмотреть на другого как ему вздумается. Не пугаться же каждого взгляда. А вообще-то познакомиться не мешает, при случае парень может оказаться полезным. Особенно, если учесть, что он работает в аптеке. Исходя из последнего разговора с Маргарет, тут явно напрашивается знакомства. А разговор был такой.

Однажды Искандеров пришел позднее обычного часа на два. Маргарет сидела в кресле и читала.

— Что задержался? — спросила она.

— Ты знаешь, новые детали для корабля пришли, — с воодушевлением сказал Искандеров, сбрасывая у порога ботинки, — ну, пока получал их, пока то да сё… Такая штучка, этот корабль, я тебе доложу!

— А из тебя вроде энтузиаст настоящий получается, — сказала Маргарет.

— Разумеется! Не мог же я уйти, если начальник не ушел!

Маргарет закрыла книгу, бросила ее на край стола.

— Каковы дела?

— С деньгами — плохо, — сказал Искандеров. — Все суммы я получаю в бухгалтерии, но они невелики. Говорят, что у Шагельдыева хранится где-то неприкосновенный фонд. Где он его хранит, сам черт не знает.

Маргарет сощурилась зло и настороженно.

— Мой милый Микель, когда я шла с тобой на дело, я знала, что ты не очень умен. Но нельзя же быть такой безнадежной пробкой! В конце концов я могу плюнуть и «сделать дяде ручкой», справлюсь и без тебя.

— Ругаться мы все умеем, — недобро сказал Искандеров.

— Время, Микель, идет, как текучая вода, прохлаждаться нам не к чему, — примирительно улыбнулась Маргарет.

— Только в текучей воде и прохлаждаться!

— Надо приложить все усилия к тому, чтобы быстрее завершить начатое. Последнее время мне кусок в горло не лезет, только и прислушиваюсь к шагам — не за нами ли.

— А чего бояться? Мы прочно стоим ногами на земле…

— Смотри, как бы руками не встать!.. Ты, милый, на попугая похож, который одно и то же долбит все время. Что сделано, то сделано. Мы же не затем сюда приехали, чтобы ты, угождая Шагельдыеву, пропитывался ароматным потом?

— Дело серьезное. Его сразу не сделаешь.

Маргарет вдруг осенило.

— Послушай, у Шагельдыева, есть, конечно, секретарша?

— Есть. А что?

— Понимаешь, мне в голову пришла оригинальная мысль.

* * *

Джамал пригласила заведующего коммунальным хозяйством города Моргунова. Аккуратный, чисто выбритый, он вошел и остановился у порога, блестя чуть иронической улыбкой и маленькой, симпатичной лысинкой на макушке.

Джамал встала ему навстречу.

— Я, товарищ Моргунов, хочу проехать по городу. У вас время свободное есть?

— Помилуйте! — воскликнул Моргунов и даже прижал руку к груди. — О каком времени может идти речь, когда начальник желает осмотреть свои владения! Это моя давняя и, к сожалению, до сих пор неосуществленная мечта — покатать по городу руководство. Своими глазами все увидите — скорее помощь окажете.

Джамал предупреждали, что Моргунов — человек насмешливый, не очень считающийся с самолюбием начальства, но в то же время работник отменных деловых качеств. Поэтому она не рассердилась и только сказала:

— О помощи, товарищ Моргунов, говорить пока рано. Посмотрим ваше хозяйство, а там — видно будет.

— Слепой сказал: «Посмотрим!»

— Это кто же из нас слепой — я или вы?

— Это я вроде присловия… А посмотреть, конечно, надо. Говорят: десять раз услышать — один раз увидеть.

— В таком случае, если вас не затруднит, попросите машину к подъезду. Я через минуту освобожусь.

— Затруднений нет, — Моргунов сверкнул зубами, — святая обязанность подчиненного — угождать начальству.

Зеленая исполкомовская «Волга» прошла по центральной магистрали. Как будто не так давно посадили здесь первые деревья, а они уже вымахали на три метра. Недавно по улице прошла поливочная машина, листья деревьев были все в мелких капельках воды, и солнечные лучи зажигали в каплях тысячи маленьких радуг.

Неторопливо и плавно, словно женщина, несущая на коромысле воду, шли двухэтажные троллейбусы, поддерживая своей широкой спиной токоприемные дуги. Их обгоняли автобусы. Шипящими молниями пролетали легковые автомашины. В бледно-синем небе с добродушной деловитостью стрекотали вертолеты, а по тенистым аллеям в собственном транспорте, приводимом в движение энергией бабушек, совершали свой моцион самые младшие нуранинцы, пока еще чуждые большинства человеческих забот и треволнений.

— Вы хорошо водите машину, — сказал Моргунов. — Приятно иметь начальника, который хорошо водит машину.

Джамал поняла второй смысл фразы и усмехнулась в душе: погоди, товарищ льстец, посмотрим, как тебе будет приятно, когда нахлобучку за беспорядки получишь.

— Давайте выйдем, — сказала она, останавливая «Волгу» у высокого ажурного моста через канал, проходящий прямо по центру города — с востока на запад.

Они прошлись немного по мосту, посмотрели сверху вниз на город.

— Ну, как? — спросил Моргунов. — Картинка, а не мост! Это наша идея, наше новшество.

— Всякую идею до конца доводить надо, товарищ Моргунов.

— А что не понравилось городскому голове? — с иронической любезностью осведомился заведующий горкомхозом.

— Не понравилось то, что между пешеходной дорожкой и автомобильным полотном нет никакой ограды. Очень просто детишки могут под машину попасть.

— Что же вы предлагаете?