Зельеварение на Руси - Александра Леонидовна Баркова

В Полесье считали, что цветущий папоротник можно увидеть, только будучи полностью обнаженным. Это отражает максимальную степень нечеловечности или эротического разгула купальской ночи. В любом случае перед нами единый комплекс: летняя жара, ведущая к гормональному сексуальному возбуждению, зашкаливающие эмоции ритуала, объективация происходящего в образе жар-цвета, который полыхает где-то в чаще, и то, что надо освободиться от всего человеческого, чтобы его увидеть. По сути, цель ритуала именно в максимальной потере человеческого облика, то есть в мощном выбросе гормонов, который происходит у всех одновременно; это даст сильный приток жизненных сил, но и позволит потом человеку вернуться к будничной крестьянской жизни, где абсолютно все подчинено жесточайшим правилам.

Неудивительно, что папоротник оказался символически соотнесен и с небесным огнем – молнией. Мы уже упоминали поверье о том, что он цветет в рябинную ночь; в Полесье говорили, что он распускается в страшную грозу. Сюда же относятся поверья, что если срезать папоротник, то пойдет дождь.

Другие легенды о папоротнике связаны с невидимостью. Крестьяне знали, что он размножается спорами, и в Центральной Европе, где споры отдельных видов папоротника созревают к Иванову дню, ходили в лес именно за ними. У восточных славян эти представления были перенесены на цветок, а в уже известной нам истории о крестьянине, которому цвет папоротника попал в обувь, тот получил не всеведение, а невидимость.

«Святой папоротник» или «цветок дьявола»? Не только мифический цветок папоротника был магическим, но и реальные листья наделялись волшебной силой. Его считали средством против ведьм, подвешивали в хлеву как оберег для скота, а в легендах добавляли цветку весьма интересную функцию: с его помощью можно было исправить вред, причиненный ведьмами. Поскольку достать цвет папоротника удавалось, мягко говоря, нечасто, то функцию оберега от нечисти брал на себя корень растения – его носили с собой.

В поисках цветка папоротника могли быть задействованы христианские атрибуты. Так, с собой следовало взять сретенскую свечу, а магический круг, защищающий от нечисти, надо было чертить ножом, которым разрезали пасху (кулич), наилучшими же магическими артефактами считались… пояс священника или евангелие, причем краденое (о магии краденых предметов поговорим позже). К поискам следовало подготовить себя постом и молитвой.

Однако поскольку яркий мифологический объект вызывал у людей мощные и, соответственно, противоречивые эмоции, то неудивительно, что гуцулы говорили: «Все травы от Бога и только папоротник от черта». Считалось, что при появлении жар-цвета следует очертить пальцем круг и сказать: «Бес в круг, а Бог из круга», иначе цветок не дастся в руки. В самых разных областях его называли «колдуний цвет». Уже известная нам легенда про цветок, вросший под кожу, рассказывает о колдунах. Связь папоротника с колдовством нашла отражение и в языке: один из видов этого растения именуется «колтун».

Папоротник может быть и атрибутом нечисти. И если в Центральной Европе в его зарослях живут русалки, то на Русском Севере рассказывают о хозяине моря, который появляется перед рыбаками в венке из морского папоротника.

Неудивительно, что жар-цвет следует искать там, где не слышно петушиного крика, – петух отпугивает нечисть. А если удастся добыть папоротников цвет, то все, что ни сделаешь с его помощью, будет к худу.

Лубок с изображением поющего петуха.

Цифровая галерея Нью-Йоркской публичной библиотеки

В каком-то смысле верны и те, и другие поверья. «Святой папоротник», изгоняющий все лихо, – это эмоциональный и гормональный всплеск, придающий невиданные силы и вдохновение, а «все к худу» – это закономерное чувство бессилия и опустошенности после него.

От гороха до винограда

Оставим позади лес с его мистическими папоротниками и вступим на территорию растений с благой символикой. И начнем мы с гороха – символа изобилия. Горошины запекали в ритуальном хлебе: кому они достанутся – тот будет счастлив; во время праздников хозяин сыпал горох на стол, называя его золотом, и все хватали его, ловя тем самым удачу; курицу в Сочельник кормили горохом, чтобы принесла столько яиц, сколько горошин склюет. Подобных примеров множество, они известны по всему славянскому миру.

Другой смысл гороха связан с браком. Эвфемизм беременности – «покушала горошку», «наелась бобов» (в некоторых местностях так говорили о забеременевшей вне брака). На венчание невеста брала с собой столько горошин, сколько детей хотела, или же молодых осыпали горохом и затем считали детей по горошинам, застрявшим в одежде невесты. Брачным ложем могла служить гороховая солома. На Псковщине молодых после венчания стегали гороховыми плетями. В Центральной Европе, когда делали жатвенные венки, девушке предназначался венок из трав, а молодке – из гороха.

Однако, как мы знаем, всякий яркий символ во время сильного стресса мог трактоваться и противоположным образом.

Чрезвычайно широко были распространены сказания о гороховом или бобовом стебле, выросшем до небес, по которому герой добирается до страны изобилия, откуда приносит золотые предметы или просто монеты. Так мы снова возвращаемся к метафоре «горох – золото». Образ «гороха с небес» нашел интересное воплощение на западе славянского мира, где во время рождественской службы в церкви его сыпали с хоров на прихожан, что символизировало счастье. Горох связан с Верхним миром, и в ритуале движение не обязательно должно идти сверху вниз, можно и наоборот: в Карпатах на Рождество сельчане подкидывали вареный горох к потолку, и если горошин налипало много, то это сулило богатый урожай. Вряд ли современный горожанин захотел бы повторить такое гадание…

Горох и его дикорастущие родственники. Страница из ботанического атласа 1916 г.

Монтеверде Н. А. Ботанический атлас. – Петроград: А. Ф. Девриен, 1916

Обычай раскидывать вареный горох по избе на Рождество был связан не только с гадательной практикой. Так угощали покойных. Его могли бросать по углам (ведь покойные приходят оберегать потомков и помогать им), за печь (печь, а до того очаг – самый известный канал связи с миром мертвых), его могли раздавать нищим на кладбище (нищий воспринимался как представитель потустороннего мира).

Горохом угощали не только мертвых, но и зверей. Проходило угощение также на Рождество: хозяин кидал вареный горох по углам сеней, приговаривая: «Волк, волк, приходи есть горох, чтобы ты в этом году больше не приходил». В других случаях ритуал проводили для медведя.

Угощение горохом связано с белорусским праздником Комоедица, известным всего по одной записи и, увы, обросшим множеством неоязыческих домыслов и фантазий. Этот праздник представлял собой ритуальное кормление медведя, в том числе и комами из гороха, после чего все члены семьи как бы ложились спать, но не спали, а медленно перекатывались с боку на бок, изображая тем самым пробуждение медведя.