Килейский котел - Андрей Андросов

— А сейчас чем плохо? — улыбнулся Брак, — Ты же так любишь поболтать о политике. Давай же поскорее обсудим твою родину. Лично я считаю, что не имея возможности решать внутренние проблемы грубой силой, твоя страна неминуемо скатится в жо…

— Хватит, — перебил Далготар. — О чем мы вообще говорим?

— О том, на чем же мы вместе отправимся на север, — Брак раскусил яйцо и с хрустом разжевал зародыш рапа.

В зале разом погасли светильники, но темнота не продлилась долго. Уже в следующее мгновение с лязгом упали вниз ставни, впуская в недра «Сраного Гнезда» солнечный свет и студеный утренний воздух. Где-то внизу глухо забормотал тяжелый компрессор.

— Нет.

— Я рискую куда больше тебя, — заметил Брак. — Знаешь, что мне придется навсегда оставить позади?

Он поднял руку и принялся загибать пальцы.

— Мастерскую. Ту самую, в которую я вложил три года труда, уйму денег и сил. Мастерскую, в которой даже кочевники не брезгуют делать заказы и уходят довольными. Трех рабов, таргу, полуразобранный флир и торговые контракты с лесовиками — пусть они и идут приложением к мастерской, — механик загнул два пальца.

— Уверен, что ты не продешевишь, когда будешь все это продавать. Это всего лишь мертвое железо и люди в ошейниках. Нет.

— Уютный дом на северном берегу и двух прекрасных девушек, которых я люблю. Друзей и близких.

Далготар не впечатлился.

— Так бери десять фиолок и оставайся здесь, если тут так чудесно. Кушай ржавый хлеб и милуйся со своими подругами.

— Когда это мы успели с пятидесяти опуститься до десяти? — хмыкнул Брак.

— С тридцати.

— Знаешь, республиканец, мне все сильнее кажется, что тебе не нужен этот эйнос, — заметил механик. — Вчера вечером ты бился за него как джорк с капканом, а сегодня упираешься и угрем норовишь вывернуться.

— Вчера вечером ты не намеревался лезть ко мне в кузов. Чем плох караван или цеп?

— Не люблю путешествовать один.

— Поговори в пути со своим головорезом.

— Он останется здесь, — покачал головой Брак, поймав глазами взгляд Найласа. — Кто-то должен раздать долги, когда я исчезну.

Далготар промолчал, задумчиво постукивая пальцем по столешнице. Разносчик принес дымящийся чайник с чем-то душистым и две кружки, но республиканец к ним не притронулся.

— Долги… Бежишь, значит? — наконец нарушил молчание торговец.

— Да… То есть нет, конечно, — замотал головой Брак. — Просто хочу перебраться поближе к цивилизации.

— Ага, — пробормотал Далготар. После слов механика лицо его стало неуловимо жестче, а глубоко посаженные глаза — темнее.

Он налил себе пахнущий травами отвар и пристально посмотрел на собеседника сквозь толстые линзы очков. Предлагать напиток Браку он не стал.

Калека молчал. Торговец тоже молчал, лишь изредка прихлебывая из чашки. В окно орали чайки, с ближайшей свалки раздавались гулкие удары металла о металл, а со стороны реки трубно ревел один из паромов.

Найлас грыз ножку рапа и что-то со скрипом скоблил.

— У тебя шесть дней, — наконец нарушил молчание Далготар, когда шумная тишина за столом стала совершенно невыносимой, — Утром оранжевого дня я жду тебя с вещами у «Северной Чаровницы».

— Спасибо, — излишне горячо поблагодарил его Брак. — Я буду…

— Мне понадобятся доказательства существования эйноса. Не хочу покупать цеп по описанию.

— Найдите мне шарка и дайте нож, — кивнул механик. — Я докажу.

— Никакого оружия, никаких ножей когда мы отправимся. Я лично тебя обыщу. Если выясню, что пытаешься что-то спрятать — сделке конец.

— Я могу уничтожить эйнос за долю секунды, — нахмурился Брак. — И для вас все будет зря. Не вы один хотите гарантий.

Республиканец холодно улыбнулся и скрестил пальцы.

— И посмотрите, кто теперь перешел на «Вы»? Может, и про политику теперь поговорим?

Разошлись они неимоверно довольные друг другом, хотя оба это тщательно скрывали. Торговец прятал за непроницаемо-холодным лицом радость от того, что лесного дурачка с бесценной костяшкой удастся затащить прямиком в отделение торгового дома в Нью-Арке. Там, на своей территории, им займутся опытные в таких делах коллеги.

А Брак радовался, что северянин вместе с крюком сожрал наживку и теперь у них будет прекрасная возможность наедине обсудить происхождение одного весьма занимательного эйноса.

Недоволен прошедшими переговорами остался только Найлас, который всю дорогу до мастерской укоризненно молчал, осуждающе пыхтел и сверлил затылок нанимателя почти овеществленным упреком.

Остаток дня, солнечного и удивительно безветренного для весны, Брак посвятил мастерской. Ось для клановых он успел закончить еще накануне и ждал клиентов лишь к вечеру, но помимо исполинской железяки хватало заказов поменьше. Пять секций мостков для северной пристани, восемьсот шагов троса тройной свивки для цеповодов, лопасти пропеллера для них же, четыре пузатых бочонка стволов для тяжелых скрапперов…

Работы хватало. Брак немного слукавил в разговоре с вольником Тарганом — его мастерская занималась не только тяжелыми конструкциями. На больших заказах сложно прожить, не так уж часто они попадаются, да и желающих за них взяться хватает.

Поначалу, когда в Ржавой Яме о новом лесном механике никто толком не слышал, ему приходилось перебиваться всякой случайной мелочевкой, от опостылевшей еще в лесу перезаправки банок до попыток сбагрить местным охотникам новый способ ловли драков. Помогало это все слабо, и первые пару месяцев Брак с трудом удерживался на плаву, проедая остатки кри и раздумывая, чего бы из украденных у рыжего фальдийца эйносов продать, чтобы не лишиться мастерской и бляхи. У ворот разве что очередь не выстраивалась от жаждущих покопаться в его отощавшем кошеле, от гильдейских мытарей до посланцев Седровика Второсортного — король свалки вежливо напоминал, что за тихую и спокойную жизнь на его территории нужно тихо и послушно платить.

Дошло до того, что Брак всерьез уже подумывал вступить в ряды черных плавильщиков, отдав им на растерзание часть двора и собственные таланты.

Вопреки распространенному среди северных невеж мнению, свалки южного берега отнюдь не состоят исключительно из всевозможного ржавого лома. Напротив, хорошего металла там мало и спрос на него стабильно высок. Вот только выискивать его приходится среди гниющих остатков рыбы, дерева, костей и панцирей джорков. Ржавую Яму можно было смело назвать великой торговой помойкой Вольных Земель — из степи сюда тащили все, что хотя бы с виду можно продать. А если привезенное продать