Каждый в своей темнице - Дмитрий Карякин

— Тоже так хочешь?

— Ну нет, это не моё совсем. Нет у меня нужной подвижности ума и гибкости, что ли.

— А то смотри — у моего брата есть там какие-то завязки, может подтянет тебя.

— Так он же не в лагере вроде.

— Не, но они не изолированы же там. У них какие-то дела есть в разрушенных домах. Не все хорошо охраняются, в каких-то квартирах есть, что взять, туда-сюда, ну ты понял.

— Но ведь это…

— Ненормально? Плохо? Не соответствует твоим принципам? Ты же только что говорил, что каждый приспосабливается как может. Кто-то вот так приспособился. Да и вообще, — Наташа перевела взгляд на чёрно-синий свёрток. — Телефоны эти ты тоже незаконно ведь достал. И я не про закон по кодексу, а просто, по-человечески.

— Не, ну тут другое. По-нормальному вообще все телефоны должны быть без ограничений и прослушек. Так вроде и было когда-то.

Аггеев проковырял в полиэтилене дырку, начал расширять её, попытался разорвать изоленту руками, но только растянул её. Наташа со вздохом вышла из-за стойки и протянула ему нож. Под слоями плёнки оказалась пластиковая коробка, в которых обычно продают развесное печенье. Кроме двух одинаковых телефонов на дне коробки оставались белые сухие крошки.

— Дать зарядку? У меня есть дежурные для гостей.

***

Давай. А не, не надо. Тут больше половины. Интересно как загружается. Сразу прямо VPN и не отключишь его. Ещё “Белый шум” какой-то, это от прослушки, видимо. Ага. Из доступных программ только браузер и мессенджер с двумя контактами. Ну один, понятно, второго телефона, а второй этого друга комитетского, наверное. Не удаляется. Смотри-ка, в браузере одна закладка только — «Стольные вести». Ты знаешь такой сайт? Я тоже.

Хм. Так это надземный сайт. Да чё язык, всё понятно же. Вот смотри сама: «Сегодняшней ночью исчезли ещё три здания: два заброшенных технических строения и один расселённый жилой дом. Воронки, оставшиеся на месте зданий, позволяют сделать вывод о том, что причиной исчезновения послужила террористическая деятельность подземных обитателей. Пострадавших нет». Наташ, почему два? Ну мало ли, что наши написали. Могли и скрыть третий. Верхним-то зачем врать?

Или вот. «Поисковым отрядам за отчётную неделю удалось найти тела трёх человек из числа пропавших в прошлом месяце трёхсот пятидесяти одного. Пострадавшим будут выплачены компенсации. Вступайте в поисковые отряды!» Как это? Вообще ничего не понимаю. Если это из упавших домов, то почему так мало пропавших и как они их нашли? А если нет, то, наоборот, почему так мало? С этим тоже надо разобраться.

О! Новости науки и про нас. «Последние исследования биологов позволяют сделать однозначный вывод о необходимости добавления в принятую классификацию дополнительного царства для подземных обитателей, помежуточного между животными и грибами. Принятый консенсус об отсутствии связи между подземными жителями и Homo sapiens должен быть расширен. Долгое существование под землёй оказало необратимое воздействие на гены этих животных и теперь они ближе к паразитическим грибам и плесени, чем, даже, к дождевым червям. В дальнейшем это слияние с грибами может быть полным, но в данный момент существует необходимость выделения их в отдельный таксон высшего уровня».

Это шутка, что ли? Может, весь сайт розыгрышей? Или специально наши комитетские делают, для таких вот интересующихся? Не зря же он в закладках был. Хотя фотографии вроде при солнечном свете сделаны. Непонятно. Надо гарантировано настоящий сайт как-то найти.

***

Найти настоящие новостные сайты и получить доступ к работающим на поверхности соцсетям оказалось несложно. Виталий обрастал подпольными связями как забытая в тёмном месте картошка обрастает бледными хрупкими побегами. И почти каждый новый его знакомый что-то да знал про живущих на поверхности, мог дать какие-то адреса, ники известных блогеров. И почти вспоминал нужные имена и названия с трудом, потому что чистыми, незаблокированными телефонами они пользовались только для связи друг с другом, интересуясь тем, что происходит на поверхности, только в самом начале.

От Виталия, который тоже больше интересовался делами подземными, эта информация попадала к Аггееву. Читая и сравнивая, тот довольно быстро разобрался, что оставленный в закладках сайт представлял довольно радикальную и маргинальную точку зрения на подземных жителей. Из более консервативных, умеренных источников Аггеев узнал, что: живущие под землёй сами виноваты в своём положении; предки жителей поверхности, напротив, виноваты только в том, что дали предкам подземников уйти живыми; единственным решением, которое может прекратить уничтожение домов, является полное истребление жителей подземных полостей. Дискуссия велась только о возможных методах такого истребления, которое некоторые особенно либеральные журналисты называли даже словом «геноцид». На это им замечали, что этот термин применим только к людям, которыми подземники, естественно, не являются, хотя про слияние с грибами это, конечно, перебор.

Глава V

— Так вот, не люди мы значит, представляешь? Витя всё мне объясняет, что можно их понять, поставь, говорит, себя на их место. Можно подумать, мне на своём месте очень уж удобно и хорошо.

Наташа заканчивает вытирать пыль и закрывает окна, отделяя ноябрь снаружи от приближающейся смерти внутри, словно рассекая сиамских близнецов.

— Я его, главное, спрашиваю — тебе самому-то как, нормально? Не жмёт ничего нигде? Вот ты им помочь хочешь, а они тебя за человека не считают, хоть и не сделал ты им ничего. А он, ну что он. Я, говорит, не для них это делаю, а для себя, для тебя, для них, вон. И на детей кивает. Ну на тех, что у меня всё время тусуются. А я ему... Ты спишь что ли?

Елена Георгиевна редко и мелко дышит, закрыв глаза. Наташа не дожидается ответа.

— Я ему говорю, что ни мне ни им это его геройство не нужно. Жил бы как жил. Нормально же всё было. Да и какое там геройство, какой с этого толк? Можно подумать, читает кто эти наклеечки его, а если читает, то понимает, а если понимает, то что толку. Ну кроме комитетских. Те-то всё понимают, если возьмут, то он же сразу из одного лагеря в другой переедет, не такой комфортный уже.

Наташа отворачивается к шкафу, выравнивает книги, корешки которых и так уже составляют прямую