Мажорка на перевоспитании - Мира Форст

– Не соображала совсем. В такси села. Дома уже мой парень скорую вызвал.

– Ладно. Поправляйся, – поставил цветы в вазу, принесенную санитаркой. – Это тебе коллеги передали.

Мы вышли с Олесей на улицу. Порыв ветра рассыпал ее длинные волосы по плечам. Я закурил, сунул почти пустую пачку сигарет в карман брюк.

– Не понимаю девушек, которые выгораживают своих парней абьюзеров. В чем прикол? – прислонилась Леся к крылечным перилам.

– Ты сейчас это к чему говоришь? – встал я так, чтобы табачный дым не попадал на нее.

– Матвей, ты же не поверил в то, что ее в клубе избили? – как всегда, какими-то своими путями приходила Олеся к интересным выводам.

– А как ты это поняла, Лесь? Поясни.

– У нее на руках старые синяки, от прежних побоев. Да и как бы она избитой из клуба ушла? В клубе охрана крутая. Что, прям никто ее не увидел, пропустил, помощи не оказал, в полицию не сообщил? Целехонькой она оттуда ушла. Дома уже парень ее и избил, наверное, за то, что она в клуб поперлась. Как понял, что переборщил с побоями, сам же скорую и вызвал, а Алине этой велел сказку про жмурика в туалете женском сочинить.

Я затушил сигарету в пепельнице, оставленной тут, вероятно, курящими пациентами, притянул к себе Олеську и поцеловал, удерживая ее за затылок.

– Хочу тебя, девочка.

– В твоей машине стекла тонированные, – хитро прищурилась она.

– Хулиганка.

– Варвар.

– Лезь на заднее сиденье.

– А цветы Алинке не ты, значит, купил?

– Не я. Сказал же, коллеги ее передали, – закрыл автомобильную дверку и подмял под себя желанную девчонку.

Леся – смелая, отчаянная, дерзкая, дикая, а в сексе податливая, нежная, уступчивая, вообще с ума меня сводит таким коктейлем. Еще и игривая, с перчиком… Утром из-за нее на совещание опоздал. Полковник Головнев из отпуска вернулся, собирал в своем кабинете спозаранку. Я встал вовремя. Умылся. Оделся. На кухню пришел. А там… моя Леська хозяйничает. В наряде горничной. Наряд точно из секс-шопа, едва задницу аппетитную прикрывает. Какое совещание, когда она тут в таком виде?

ГЛАВА 25. ОЛЕСЯ

ГЛАВА 25. ОЛЕСЯ

Я обосновываюсь в квартире Волкова. Мы с ним еще не женаты, но меж нами все так, будто мы самая настоящая женатая парочка. Обсуждаем все на свете, ссоримся по пустякам, миримся так, будто ссорились не по пустякам.

Не знаю, остановит ли папа свадьбу, совсем не уверена, но сама вспять уже поворачивать и отменять ничего не буду. Пусть идет, как идет. Мне неожиданно хорошо с Матвеем, не только в сексе, но и вообще… Почему бы не пожить этот год с ним?

Он оказался очень даже комфортным мужчиной в быту, помимо того, что сам все умеет, не выдвигает мне предъяв по поводу уборки и готовки. В закрытом жилом комплексе, где живет Матвей, своя клининговая служба, ее сотрудники и занимаются приборкой. Питаемся мы с капитаном в кафешках или заказываем готовую еду на дом. Единственное блюдо, которое я умею готовить – блинчики. Иногда готовлю. Матвей говорит, это самые вкусные блинчики, какие он когда-либо ел.

– Приглашаешь Галину? – встает он за моей спиной, когда вписываю в пригласительные открытки имена.

– Приглашаю. Пусть приходит.

Молчит подозрительно, и я оборачиваюсь, спрашиваю:

– Хочешь мне что-то сказать?

– Хочу, – трет он переносицу. – Лесь, я тоже кое-кого пригласил. Своих родителей.

Теперь я молчу какое-то время. Если бы Матвей не воспринимал нашу свадьбу всерьез, он бы не позвал папу министра и маму монахиню. Однозначно. Не стал бы он их к участию в фарсе привлекать.

– Правильно сделал, что пригласил, – откладываю открытку для папы с Галей и подписываю следующую для Добрыни и его супруги.

Капитан целует меня в открытую шею, мои волосы собраны сегодня в учительский пучок.

Ссоримся мы с ним из-за моего свадебного платья. Он предполагает, что я могу выбрать чего-нибудь этакое, потому в свадебный салон идет вместе со мной.

– Коротко, – отвергает первый мой вариант.

– Прозрачно, – не нравится второй.

– Лиф слишком низкий, – качает головой на следующий наряд.

– Разрез до самой задницы, – смотрит недовольно.

– Брюки – нет. Моя невеста должна быть в платье, – бракует брючный костюм.

Швыряю в него подвернувшейся под руку фатой. Скрываюсь в примерочной, пыхтя от злости. Скидываю с себя шмотки. Раздумываю, не послать ли Волкова к черту. Он не дает этого сделать, вваливается в примерочную вслед за мной, держит в своих лапищах белоснежное платье.

– Вот. Нашел. Примерь это.

– Не буду, – решаю помучить его так же, как только что он мучил меня.

– Тогда купим без примерки, – произносит насмешливо и собирается уходить.

– А ну… стой! – выхватываю у него наряд, с капитана станется и правда купить, пофиг ему, как на мне смотреться будет, лишь бы прикрывало все.

Готовлюсь разнести его выбор в пух и прах, но… платье мне нравится. Подчеркивает мою фигуру рюмочку, делает мой облик более женственным. Он тоже доволен. Собой, наверное. Я смотрю на него и желание ссориться пропадает, осознаю вдруг – мужчина дорог мне, по-настоящему, кажется, я все-таки привязалась к нему.

День нашей свадьбы распланирован на три этапа. Роспись в загсе. Ресторан. Основное веселье вечером – на пляже. Том самом, куда приводил меня Матвей однажды на пикник. Будет костер, гидроциклы, доски для серфинга, водное поло – на любой вкус, короче.

Гостей у нас мало. Парни с работы Волкова – Лешка один, Коля и Добрыня с женами. Николь с Борей. Мой папа с Галей и Ниной. И родители Матвея. Они прибыли вместе.

– Рада с тобой познакомиться, Олеся, – поздоровалась со мной его мама. Невысокая женщина в простом ситцевом платье и платке.

Я не знала, как следует вести себя с монахинями, потому просто ответила встречной вежливостью.

Отец Матвея был более похож на мафиози, чем на министра. Черный костюм сидел на нем так же, как на актерах из фильмов про гангстеров. Высокий, плечистый, заметный. Сразу становилось ясным в кого вышел могучей статью Матвей.

– Ну здравствуй, невестка, – обнял он меня. – Признаться, огорошил сын известием о своей скорой женитьбе, еще и на дочери Анатолия Савельевича. Мы ведь с твоим отцом земляки, Олеся. Знакомы.