Ученый, зодчий, каменщик (Ю. П. Спегальский) - Валентин Александрович Булкин

они «на основе собственного опыта могли прийти к мысли о применении перекрытия в виде восьмигранного шатра». Нельзя не признать, что выдвинутые Спегальским положения позволяют с большей уверенностью, чем раньше, утверждать непосредственную связь между каменным зодчеством традиционного характера и шатровой архитектурой.

О ПАЛАТАХ КАМЕННЫХ С ДЕРЕВЯННЫМ ВЕРХОМ

В годы блокады Ю. П. Спегальский продолжал работу над любимой историко-архитектурной темой. Снова и снова перед его внутренним взором возникал Псков, его величественные крепостные стены, уютные улочки, маленькие церквушки и каменные палаты. Запечатленное в камне прошлое притягивало воображение и особенно остро переживалось именно во время войны, когда город попал в беду, а сам исследователь псковских древностей оказался на грани между жизнью и смертью. О том, что Псков все время был предметом его размышлений, своего рода собеседником и другом, который помогал одолеть тяготы настоящего, свидетельствует псковский графический цикл, созданный Ю. П. Спегальским в это время.[12]

Перенестись воображением в древний Псков было очень легко и приятно. Мысленно он ходил по средневековому городу и старался смотреть на него глазами далеких предков. Шагал плавучим мостом через Великую напротив Власьевской башни, по-хозяйски оглядывал каменные стены и башни, грозно смотревшие темными бойницами на противоположный берег: оттуда, с западной стороны, чаще всего накатывалась волна вражеского нашествия. Высилась громада Крома; Троицкий собор своей богатырской шлемовидной главой зримо утверждал неприступность городской цитадели.

Поднимался к Старому торгу, шел в Довмонтов город и дивился его многочисленным постройкам, большим и малым. Вот Приказные палаты с крыльцом, словно выбежавшим навстречу, и с высокой тесовой кровлей. Рядом деревянные избы, часовни, храмы с множеством пристроек. Дальше маленькая церковь Кирилла над Греблей. В другом конце взгляд останавливал древнейший храм Дмитрия Солунского, построенный еще в 1144 году на новгородский лад.

Поганкины палаты (дворовый фасад). Реконструкция Ю. П. Спегальского.

А за пределами Довмонтова города оживали улочки старого Пскова, среди изб и хозяйственных построек великанами казались желтовато-белые храмы, окруженные притворами, галереями, крыльцами и приделами.

Запирает лавку дюжий купчина; молодой стрелец, вглядываясь в загородные дали, стоит на карауле у Нижних решеток; лихо орудуют топорами плотники, доносятся их соленые прибаутки, пахнет сосновой стружкой, сеном и еще — свежеиспеченным хлебом. Кругом все такое знакомое и такое захватывающе интересное, пронзительно родное и вместе с тем новое. Храм Василия твердо и горделиво возвышается на взгорке, чуть дальше и пониже — его собрат Никола со Усохи, а ближе к берегу — прекрасный храм Одигитрии.

Потомок древних псковских каменщиков проходит по своему Пскову, жадно всматривается в его живые черты, узнает, припоминает, ищет забытое и потерянное, спешит. Ведь надо еще побывать на Гремячей горе — поглядеть на город с этого высокого места, Поганкины палаты надо осмотреть, да и в Мирож успеть, где каменных зданий видимо-невидимо, а останется потом самая малость...

Да, много-много раз совершал такие многокрасочные путешествия в Псков Ю. П. Спегальский. До сего дня завораживают его рисунки, и не только достоверностью, но и той особой проникновенностью, которая дается одухотворенным любовью знанием.

Благодаря художнику древний Псков встал перед нами в своем первозданном средневековом облике. Город совсем не похож на современный. В первую очередь поражают не культовые постройки, а огромные купеческие палаты, особенно по сравнению с дошедшими до нашего времени. Палаты Поганкиных, Меншиковых, Трубинских выглядят совсем по-другому, чем сейчас. Речь идет, разумеется, не о внутренних помещениях, а о фасадах и, как говорят, объемной композиции: нижняя каменная часть всех палат несет одноэтажный, а то и многоэтажный верх. Как поразительно меняется от этого вид здания, его образ! Вместо замкнутого в себе, неприступного, похожего на крепость каменного блока перед нами многосложный, очень живописный комплекс с мощным каменным низом в качестве основания и легким деревянным верхом с балконами, гульбищами и светелками.

Надо ли считать эти «дополнения» действительной принадлежностью псковских зданий XVI—XVII веков или же перед нами плод фантазии художника?

Памятники гражданской архитектуры Пскова сохранились намного лучше, чем в других городах. Но свою подлинную ценность эти здания могут обрести только после того, как будет установлен их первоначальный вид.

Рано поставив перед собой именно эту цель, Ю. П. Спегальский в дальнейшем не пожалел сил для ее осуществления.

О светских постройках Древней Руси мы до сих пор знаем гораздо меньше, чем о культовых зданиях. Они гораздо реже упоминаются в летописях. Строить жилой дом из камня мог позволить себе только очень богатый человек. В древности к числу таких состоятельных заказчиков относились князь, митрополит или архиепископ, игумены самых крупных монастырей. Известно, что первые гражданские сооружения из камня были возведены в Киеве одновременно со строительством Десятинной церкви, то есть в конце X века. Это княжеские дворцы, выстроенные по заказу Владимира Святославича теми же мастерами, которые возводили Десятинную церковь. О них, так же как и о светских постройках в других городах — Чернигове, Переяславле-Южном, Смоленске, Полоцке, мы знаем по результатам археологических раскопок, иногда по скупым упоминаниям письменных источников.

Каменные жилые постройки возводились реже, чем деревянные, не только из-за дороговизны строительства, но и по соображениям гигиенического характера: жить в каменном доме считалось вредным для здоровья. Австрийский посол А. Мейерберг, проживавший в Москве в 60-е годы XVII века, писал: «Только несколько лет назад многие из них стали строить себе дома из кирпича либо из тщеславия, либо для того, чтобы безопаснее жить в них от очень частых пожаров. Со всем тем строят себе спальни из сосновых бревен, а для связи прошивают их мхом, говоря, что известка всегда имеет вредное свойство для здоровья, что и правда».

Расцвет древнерусского гражданского строительства приходится на XVII век. Из камня строят свои палаты высшие сановники государства и наиболее состоятельные купцы. Следует отметить, что одним из преимуществ каменного дома перед деревянным была огнестойкость. Это особенно было важно для купцов, ибо надклеточная часть здания нередко использовалась ими как хранилище товаров. Каменные кладовые, погреба и амбары строили и отдельно от жилого дома.

Много каменных зданий возводилось в Москве, где еще в 1471 году, как сообщает летопись, купец Тарокан заложил кирпичные палаты. Интенсивность каменного строительства резко возрастает в XVII веке.

Остатки каменного дома конца XIV века обнаружены при раскопках в Новгороде. О строительстве в Пскове каменных палат для архиепископа Макария сообщает Псковская летопись под 1535 годом. И все же жилые постройки из камня до XVII века насчитываются единицами. Это относится и к Пскову. По-настоящему массовым строительство гражданских