Голубиная книга: истоки и смысл - Василий Николаевич Мочульский

и боролись против него. По этому взгляду человек состоит не только из тела и души, но по Платоновой философии, как сообщает Филон, из трех частей: духа, души и тела. По Филону – Бог создал идеального человека (1 Mos. 1, 27) и реального (1 Mos. 2, 7). Этот последний произошел вместе с ангелами, так как он состоит из добра и зла, которое произвели ангелы (Engelh. I, 272). В библейской письменности идет речь только о теле и душе, как составных частях человека и только в некоторых местах указывается на тройственность человека, а именно: 1 Фессал. 5, 23, где ап. Павел желает фессалоникийцам, чтобы Бог освятил их: тело, душу и дух; и К евреям 4, 3, где говорится об отделении души и духа через λόγος. Так точно Иустин мученик (в de resurrect. 6. Grabe I, p. 188) рассматривает тело как жилище души, а душу как жилище духа. Так точно и Tatianus различает душу и дух как низшее и высшее. В духе – образ Божий и подобие; человек через λόγος приобрел бессмертие и есть бессмертен, так как получил часть Божества. Но он смертен, когда дух выйдет из него. Душа смертна и уничтожается вместе с телом, так как она истины не знает и при конце мира восстанет с телом. Вначале дух живет с душой и когда последняя не следует за духом, он ее оставляет. Только у праведников есть дух Божий. По Оригену человек состоит из тела, души и духа. Действительный образ Божий есть Logos; до тех пор пока человеческая душа была в чистом духовном состоянии, она оставалась в общении с Богом, она была образом Logos’а. Тела были оживлены низшей душой, которая находится в крови и у всех животных действует как жизненная сила. Над этой низшей душой в человеке стоит разумная душа – дух, который и есть собственно человек (Engelhardt I, 278). К этим взглядам о трех составах человека непосредственно примыкает учение о четырех стихиях, или элементах, из которых произошел мир и человек. Так, Лактанций, говоря о том, что Эмпедокл еще установил учение о четырех элементах, как то: огне, воздухе, воде и земле, из которых Богом созданы наши тела, продолжает далее: «…habere namque in se aliquid ignis, aliquid aeris, aliquid aquae, aliquid terrae, et ueque ignem esse neque aerem neque aquam neque terram, quae quidem falsa non sunt, nam terrae ratio in carne est, humoris in sanguine, aeris in spiritu, ignis in calore vitali» (Divinar. institut. 2, 13). Другого рода аналогию между миром и человеком приводит Августин, писатель IV в., в «De civit. Dei», 5, 11: «Deus est omnipotens creator et factor omnis animae atque omnis corporis – qui bonis et malis essentiam etiam cum lapidibus, vitam seminalem etiam cum arboribus, vitam sensualem etiam cum pecoribus, vitam intellectualem cum solis angelis dedit». Это самое впоследствии почти буквально повторяет Григорий Великий (VI в.) в «Moralia in Job» 1. VI с. 5 § 20 и в Евангелии Lib. II homil 29 § 2 (Еv. Магс. 16, 15). Севериан, епископ Гевальский (415 f), в своих речах на создание мира, говоря о четырех основных элементах мира, из которых произошел также и человек, проводит при этом (Orat. II, 4) параллель между миром и человеком[96]. Исидор Севильский (VI–VII вв.), черпавший свои взгляды из «Divinar. intstitut» Лактанция, повторяет отчасти приведенное уже место из Лактанция в etym. 11, 1 (4. 5) 16). В другом своем произведении – «De differentiis rerum» (Орр. ed. Arevalo tom V), 17, 47, 49, Исидор, говоря о четырех элементах, указывает при этом на аналогию, существующую между миром и человеком: «Homo dictus ab humo hic ex diversis substantiis, ex mortali et immortali, corpus autem ejus ex ossibus et carnibus constat diuiditurque in quattuor elementa. Habet euim in se aliquid ignis, aeris, aquae et terrae, ratio autem terrae in carne est, humoris in sanguine, aeris in spiritu, ignis in calore vitali, siquidem quadripartita humani corporis ratio quattuor elementorum designat speciem, caput namque ad caelum refertur, in quo sunt duo oculi quasi duo luminaria solis et lunae, pectus aeri conjungitur, quia sic inde emittitur spiraminis flatus, sicut ex aere ventorum spiritus, venter autem mari assimilatur propter collectionem omnium humorum, quasi congregationem aquarum, vestigia postremo terrae comparantur, eo quod sunt ultima membrorum, arida sive sicca sicut et terra[97]». Некоторые места из Исидора Сесильского заимствованы в Elucidarium Гонория Оттенского, где по поводу заданного учеником вопроса: unde corporalis substantia? – говорится также о четырех элементах и проводится аналогия между макрокосмом (миром) и микрокосмом (человеком). Почти буквально из Elucidarium’a Гонория Оттенского заимствовал подобное место о четырех элементах и самую аналогию между миром и человеком – Gotfried von Viterbo в своем «Пантеоне», писанном в 1187 г. (Pistorii scriptor. 2, 53)[98]. Этот же взгляд на создание человека от четырех элементов можно проследить также и по письменности славянской. Он встречается, как я выше сказал, в Палее, где, соответственно учению Дамаскина, тело человеческое производится от четырех составов, или стихий: от огня, от земли, от воды и от воздуха. Затем упоминается в «Изборнике» Святослава 1073 г., в статье «О составе человеческого тела», взятой из сочинения «Феодорита от того иеже о стеи троици». Эта статья «о составе тела» буквально сходна с местом Палеи. Кроме этого, взгляд на состав тела человеческого из четырех элементов или стихий встречается также в Луцидариусе и в отдельных статьях славянских, рассеянных по разным книгохранилищам, на которые я уже указывал в вопросе о возникновении и развитии апокрифической «книги бытия».

Древо жизни. Алтарная картина П. ди Буонагвиды. XIV в.

Приведенных мест достаточно, чтобы видеть, что вопрос о создании человека находится в тесной генетической связи с апокрифической «Книгой Бытия». Эта «Книга Бытия», возникнув из толкования и разных добавлений к каноническому бытию, вмещала в себе, несомненно, и вопрос о создании человека. Основной взгляд апокрифической «Книги Бытия» о четырех составных элементах мира, возникший на основе философских и в частности – гностических взглядов, лег в основание и вопроса о создании человека от четырех стихий, который (вопрос) таким образом развивался параллельно с апокрифической «Книгой Бытия» и в таком виде – в виде приспособления к четырем элементам мира, существовал довольно долго. Но при самом начале своего возникновения, находясь в несомненной зависимости от творения мира, самый вопрос о создании человека и приспособление его в данном случае к