Стратег из ниоткуда. Книга 4 - Михаил Александрович Атаманов

— А разве не всех призванных героев агенты Теократии убивают сразу же, как обнаружат?

— Представь себе не всех! Безобидные целители и светлые маги, кто-то, за кого поручились уважаемые правители или кого сами агенты посчитали полезным. У Ордена Порядка есть небольшой список исключений. И великий мастер Сяо позаботился о том, чтобы и ты смог попасть в этот список неприкосновенных. Достаточно будет выполнить это поручение на благо Ордена Порядка и всех нас, и про угрозу агентов сможешь навсегда забыть.

— Если так, то я двумя руками за! Когда выдвигаться?

Мастер Яо Сухой Глаз снова рассмеялся.

— Вот это энтузиазм, одобряю! Но не торопись, парень. Сперва дождись свой камень и пройди второе усиление, затем привыкни к изменившемуся телу и новым возможностям. А потом уже осенью за тобой прибудут монахи Нетопыря и всё объяснят по дороге.

— Ай-ай-ай, как нехорошо! — мой утренний сон, наполненный красочными эротическими фантазиями о знакомых и не очень девушках, среди которых преобладали почему-то эльфийки разных мастей, резко на самом интересном месте прервался переносом в уже хорошо знакомое место.

Обитель Мораны, рабочий кабинет её дочери Мелисенты. Вот только самой девушки в комнате почему-то не оказалось, зато за письменным столом сидела её мать в фиолетовом платье и с золотой маской на лице. Перед богиней на столе лежала толстенная раскрытая книга с пожелтевшими от времени страницами, в которой Морана пером и чернилами на полях вносила какие-то комментарии.

— Так это… Не было же ничего! — попытался было оправдаться я, отвечая на обвиняющие слова, которыми меня встретили, чем похоже смутил бессмертную богиню.

— Ты это о чём? А! Эльфийки в твоём сне? — великой богине не составило никакого труда считать мои мысли и похоже сам сон. — Эх, молодость, бушующие гормоны. Нет, Тимофей-Альвар, мне вообще нет никакого дела до твоих снов, как и до твоих новых служанок. Но меня расстраивает выкованный дварфами проклятый меч, который без малого восемь веков пылился в хранилище Западного Заслона, но вчера снова стал похищать души, нарушая их круговорот в колесе жизни. Если уж ты самовольно назвался моим посланником в мире Элаты, то в таком случае будь добр и вести себя соответственно!

Это она про меч, которым Альвар Везучий убивал телохранителей орочьего судьи, чтобы их души не могли быть вызваны и опрошены некромантами? Ну да, в принципе я мог бы и сам догадаться, что такое тёмное оружие едва ли обрадует Богиню Смерти, имеющую на эти орочьи души свои планы.

— Виноват, не подумал, — согласился я, не став спорить или отрицать нарушение заведённого богами порядка вещей. — Как исправить?

— Хорошо, что признаёшь ошибку. Меч должен попасть у руки той мелкой целительницы с белой прядью волос, и пусть девчонка его благословит. Сил у этой жрицы вполне хватит разрушить проклятие и высвободить заточённые в мече души, даже томящиеся уже тысячу лет.

— Сделаю сразу же, как проснусь! — пообещал я и осторожно поинтересовался, действительно ли мне суждено проснуться?

Вопрос был вовсе не праздным, как могло показаться на первый взгляд. Оказаться в обители расстроенной мною Богини Смерти, причём расстроенной дважды — моим самовольным примазыванием к её величию, а затем ещё и похищением положенной Моране добычи — это могло дорого мне обойтись, и не факт, что мне суждено было проснуться.

— Проснёшься, куда ты денешься, — мне показалось, или Морана усмехнулась под своей золотой маской? — Рано тебе ещё умирать, Тимофей-Альвар, твой срок не вышел. Хотя моя дочь уже заскучала и ждёт тебя в гости. Чем-то ты сумел зацепить обычно равнодушную и холодную Мелисенту, не пойму правда чем именно. Вот и сейчас дочь отпросилась с работы подарок тебе подыскать к новой встрече. Ждёт тебя, готовится, прихорашивается. Никогда такой её не видела, да и друзей у дочери никогда не было. Так что подскажу тебе, где найти нужное демоническое ядро. Это будет моим подарком дочери и компенсацией тебе за испорченный древний магический меч.

Ух ты! Моё настроение за какую-то минуту сменилось с напуганного на воодушевлённое. Меня ждёт в гости Мелисента, а её великая мать Богиня Смерти даже организует нашу встречу!

— У торговца редкостями в городе Чёрные Шахты имеется бледно-жёлтый демонический камень, который как раз подойдёт тебе. Дорого стоит, конечно, но ты что-нибудь придумаешь. Или какого-нибудь из духов-хранителей можешь расчленить. Ночного Скорпиона или Красного Полоза. Оба духа совсем молоды и слабы, так что справишься, если сможешь изловить. В любом случае проглоти демоническое ядро седьмицы через две-три, сил у тебя уже будет хватать. А ещё цветы не забудь прихватить, раз уж у вас с Мелисентой так повелось!

Судя по тому, что комната с книжными стеллажами начала блекнуть и растворяться, Морана посчитала разговор оконченным и исчезала из моего сна.

— Подожди, прошу! — закричал я, пока богиня совсем не исчезла. — Всего один вопрос!

Я действительно ранее пообещал Луане при случае спросить Богиню Смерти про «врагов человечества» из святых книг церкви, а конкретно про тёмных эльфов-дроу, и насколько этим старым строкам нужно сейчас строго следовать. И раз возможность задать вопрос действительно представилась, я хотел выполнить обещание.

— Насчёт тёмных эльфов и моего отношения к ним? А сам-то как полагаешь?

Неожиданно. Мне же самому и отвечать на собственный вопрос?

— Ну… я думаю… что Богине Смерти без разницы, существо какой разумной расы умерло. Все они равны перед смертью, и их души рано или поздно возвращаются, чтобы пойти на новый круг жизни. У людей это происходит быстрее — где-то за сорок-семьдесят лет, у эльфов медленнее и занимает несколько веков, но в сравнении с бесконечной вечностью абсолютно никакой разницы между этими случаями нет. И эльфы-дроу не исключение из общего правила.

Морана отложила перо и рукой с длинными пальцами и белой словно крыло ночного мотылька кожей поправила золотую маску на своём лице.

— Если и сам знаешь, зачем же тогда спрашивал? Хотя, не скрою, порадовал ты меня своим ответом. Всё правильно понимаешь. Может однажды я даже возьму тебя в свои помощники. Да и вообще твоё незамутнённое отношение к заплесневелым догмам церковников, которые лишь препятствуют работе богов в современном мире, мне очень импонирует. Буду и дальше следить за твоими успехами, Тимофей-Альвар!

Комната с книгами исчезла. Я проснулся резко, словно от ушата холодной воды. Сел на лежанке в походном шатре, тяжело дыша и всё ещё слыша в ушах отголоски речи богини. Выглянул за полог и, несмотря на темень на улице, прихватил из вещей древний проклятый меч и поспешил в женский