История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

о внешнем мире передвигали их все дальше, пока не закрепили за берегами Южной Италии и Сицилии[342]. В свое время было высказано предположение, что культ сирен, и в их числе Партенопы, принесли с собой в Италию эвбейцы[343]. Это старое предположение косвенно подтверждается находкой так называемого «кубка Нестора», чаши с выгравированными на ней строками, написанными гомеровским гекзаметром, с упоминание одного из гомеровских героев — Нестора. Этот кубок, найденный на Питекуссах, датируется приблизительно 720–710 гг. и содержит ясное указание на знакомство эвбейских колонистов с гомеровским эпосом[344]. Вполне возможно, что колонисты встретились здесь с местным культом, персонаж которого им показался схожим с уже известной гомеровской сиреной[345]. Это способствовало не только локализации приключения Одиссея в этом месте, но и появлению культа одной из сирен как одного из самых важных у эвбейских колонистов. Сирены были связаны с миром смерти[346], и, называя новый город по имени одной из них, кимейцы как бы оберегали его от пагубного влияния этого мира и в какой-то степени гарантировали его долговечность.

Время основания Партенопы не отражено в письменной традиции, и поэтому опираться можно только на археологические данные. На современном уровне исследований можно говорить, что на месте греческого города, вероятно, существовало местное поселение, с которым эллины установили контакты на рубеже VIII–VII вв., а сам город был, вероятно, основан в VII в.[347] Возможно, это было связано со стремлением кимейцев укрепить свои позиции в Кампании в условиях их отношений с этрусками и другими народами Тирренской Италии. Предполагается, что в основании Партенопы могли принять участие сиракузяне[348]. Если это так, то это, может быть, позволяет уточнить дату основания. Из Сиракуз в ходе внутренних смут был изгнан род Милетидов со всеми своими сторонниками. Вместе с халкидянами из Занклы сиракузские изгнанники основали Гимеру (Thuc. VI, 5, 1; Strabo VI, 2, 6)[349]. В этих условиях совсем не исключено, что часть тех же изгнанников присоединилась к другим халкидянам, на этот раз кимейцам, и основали Партенопу. Т. к. Гимера была основана в 648 г.[350], то и создание Партенопы надо отнести приблизительно к этому же времени.

В непосредственной близости от Партенопы, но много позже нее, был основан Неаполь. По Ливию (VIII, 22, 5), и в Неаполе, и Палеополе, т. е. Партенопе, жили выходцы из Кимы (Кум). Страбон (V, 4, 7) называл Неаполь городом кимейцев. Плиний (III, 62) недвусмысленно утверждал, что Неаполь, как и Партенопа, был основан халкидянами, т. е., как об этом упоминалось выше, кимейцами. Псевдо-Скимн (252–253) писал, что кимейцы основали Неаполь в соответствии с оракулом (κατά χρησμόν). По словам Веллея Патеркула (I, 4, 2), часть граждан Кимы основали его через большой промежуток времени (magno post intervallo) после создания своего города. К сожалению, историк не уточняет продолжительность этого промежутка. Раскопки показали, что самые древние слои, известные на настоящий момент, относятся к концу VI — началу V в.[351] Интервал приблизительно в полтора века действительно был большим. Так что основание Неаполя можно отнести к последней трети VI в., и это основание связывают с событиями в Киме[352].

В 524 г. часть этрусков в союзе с некоторыми италийскими племенами напали на Киму. В ожесточенном сражении кимейцы одержали победу[353]. Однако победа вскоре обернулась резким обострением внутренних противоречий. Личное соперничество за лавры героя битвы стало катализатором этого обострения. Поддержка правящей олигархией командира конницы Гиппомедонта привела к тому, что его соперник Аристодем выступил главой кимейского демоса. Новая победа Аристодема, на этот раз над этрусскими войсками Аррунта под Аридней в 508 г., была им использована для совершения государственного переворота и установления своей тирании. Последовавший за этим жестокий террор привел к уничтожению значительной части олигархической верхушки и изгнанию другой ее части, в основном более молодого поколения (Dion. Hal. VII, 3–9). Предполагается, что часть изгнанников, получив при этом религиозную санкцию в виде оракула (неизвестно, правда, какого) и основала Новый город в противоположность старому, захваченному тираном.

Эта реконструкция основания и названия Неаполя очень привлекательна своей логикой и хронологическим соответствием самой ранней известной керамики и тирании Аристодема. Однако одновременно возникают и существенные сомнения. Во-первых, эти выводы основаны на тех находках, которые известны на нынешний момент. Сами же исследователи говорят, что еще недавно основание Неаполя именно на основании археологических данных относили приблизительно к 470 г. (т. к. уже явно после убийства Аристодема и восстановления прежнего правления), а новые находки позволили удревнить его приблизительно на четверть века или даже более[354]. Неаполь — современный большой город, и раскопки в нем, естественно, затруднены. И никто не поручится, что под его домами, улицами, площадями не находятся еще более древние свидетельства его существования.

Во-вторых, в нарративной традиции нет никаких следов связи тирании Аристодема и основания Неаполя. По словам Дионисия (VII, 9, 2–3), тиран, убив правящих ранее олигархов, их детей выслал из города в поля (έν τοΐς άγροΐς), где они и работали наподобие рабов. Источник обширного пассажа Дионисия об Аристодеме — греческий и, вероятнее всего, местная кимейская хроника[355]. Можно, конечно, говорить, что для Дионисия (или его непосредственного источника) важна была судьба знатных юношей, которые, как дальше писал историк, и убили затем тирана, так что историю основания Неаполя другими кимейскими изгнанниками он пропустил. Но это лишь предположение, не имеющее никакой опоры в наличной традиции. Плутарх (Mul. virt. 26) говорит только об изгнании знатнейших и богатейших граждан, но молчит о месте изгнаний[356].

Страбон (V, 4, 7) приводит другую версию происхождения и названия существующего в его время Неаполя. Назвав его городом кимейцев, географ далее прибавляет, что позже (ύστερον) там поселились халкидяне и некоторые питекусцы и афиняне. Автор использует глагол έποικέω. Это означает, что халкидяне, питекусцы и афиняне присоединились к уже жившим там кимейцам. Но их, по мысли автора, было столь много, что город стал называться Новым. Некоторым подтверждением этой версии считаются неаполитанские монеты с изображением Афины в шлеме, увенчанном оливковым венком, датируемые серединой V в.[357] Появление афинских колонистов в Неаполе связывают с экспедицией Диотима в западные воды в 433/2 г., а питекусцев — переселением на материк поселенцев Гиерона[358]. Если верить версии Страбона, то можно говорить, что переселение в Неаполь каких-то жителей Питекусс и могло привести к подчинению этого острова Неаполю, о чем упоминает сам Страбон (V, 4, 9).

Но и версия Страбона (по крайней мере, ее толкование) вызывает некоторые сомнения. Прежде всего, это