Мир японских волшебных сказок - Автор Неизвестен -- Народные сказки

не так. Многие земледельцы, проснувшись, обнаружили, что их дома, днем ранее расположенные в долине, сейчас стоят высоко на склоне, с которого едва видны в отдалении деревни и море; а еще дальше, далеко вверху, над всем сияет снежная шапка горы, чья корона упирается в голубое небо. Ночью края пика походили на белые пальцы, которые собирают звезды из Млечного Пути.

– Как же мы назовем это только что рожденное дитя богов? – задумались люди и начали предлагать различные имена.

– На всей земле нет другой такой прекрасной горы, как эта, ничто ей не равно, значит, назовем ее Фудзи (нет двух таких), бесподобной, несравненной горой – сказал один человек.

– Она такая высокая, такая красивая, такая величественная, назовем ее Фудзи (большой знаток, величественная гора), – сказал второй.

– Назовем ее Фудзи (никогда не умирающая, бессмертная гора), – произнес третий.

– Назовем ее в честь праздничного цветка радости – Фудзи, – объявил еще один человек, украшая верх своей шляпы прелестным букетиком нежно-голубых цветов. – На расстоянии гора кажется сине-лиловой, точно как цветок фудзи.

Придавая слову разные значения, люди произносили его одинаково. Итак, без всяких ссор все согласились назвать гору Фудзи, хотя каждый имел в виду что-то свое. До сегодняшних дней, несмотря на множество научных диспутов и различные начертания букв тростью на песке, или карандашом на бумаге, или указательным пальцем на ладони руки, все, видя красоту Фудзиямы, произносили ее название одинаково.

Так в странах, окруженной «четырьмя морями», верили, что в Японии есть белая гора идеальной формы и что каждый, кто поднимется на нее, будет жить долго и даже достигнет бессмертия; люди думали, что где-то на этой горе спрятан эликсир бессмертия и что тот, кто выпьет его, будет жить вечно. И вот в одном из этих королевств, очень далеко, рядом с Китаем, жил-был старый король, владеющий несметными богатствами, имеющий хорошее здоровье и много детей. Однако он не хотел умирать и потому проводил свои дни за изучением мудрости и тайн алхимиков, которые верили, что в конце концов они откроют способ превращать свинец в золото, а также найдут универсальный растворитель всех вещей, философский камень, эликсир жизни и узнают все те удивительные секреты, над которыми еще долго бились потом умы европейских ученых.

Среди королевских мудрецов был один очень умный старик, который слышал о бессмертной горе Японии и о ее возникновении. Он пришел к заключению, что Японский архипелаг – это и есть Счастливые острова и что там должен быть настоящий эликсир жизни. Он поделился этими знаниями с королем и посоветовал ему совершить путешествие в Страну восходящего солнца.

Очень обрадовавшись хорошей новости и безмерно доверяя верному и мудрому советнику, король одарил его подарками и почестями. Он отобрал пять сотен самых красивых юношей и девушек своего королевства и, снарядив корабль, отправился на восток, к Счастливым островам. Он и его свита плыли вдоль берега, пока не увидели величественные очертания горы. Они высадились на берег и начали подниматься вверх. Увы! Бедный король. Бурное море и сильные штормы сильно измотали пожилого человека, а усталость от подъема был столь велика, что, еще не достигнув края горы, он начал терять сознание; правитель умер прежде, чем идущий во главе процессии ступил ногой на край кратера. Опечаленные, они прекратили поиски эликсира жизни и, спустившись с горы, похоронили своего господина в провинции Кии. Затем, будучи молодыми и веселыми, они, не особенно задумываясь о далеком будущем и желая вознаградить себя в настоящем, разделились на пары и поженились; бросив свой корабль и груз, они обосновались в этой стране и заселили восточную часть Японии.

Спустя время в Японию пришли буддисты, и один из них, взбираясь на Фудзи, заметил, что вокруг осевшего кратера высятся восемь пиков, словно лепестки священного цветка лотоса. А потому буддисты решили, что Великий Будда избрал Японию, подарив ей священный символ Нирваны, или Небес, самой гордой и самой высокой части Японии. И они тоже назвали это место Фудзи, то есть «священная гора». До сих пор весь мир называет эту священную гору Фудзи, или Фудзияма, а японцы еще и верят, что земля, которая утонула в О́ми, – та же, что поднялась к облакам; это и есть гордая гора провинции Суруга.

Водопад Йоро, или Фонтан молодости

Давным-давно, когда самый старый аист еще только вступал в юношескую пору, на склонах горы Таги, что в провинции Мино, жили-были дровосек и его сын. Они зарабатывали на свою скромную жизнь тем, что резали ветки на кустарниках, который рос на склоне горы, и, сделав вязанки, взваливали их на спину, чтобы отнести в ближайший городок на рынок и продать их там. По своей большой бедности топора они не имели. На полученные деньги они покупали рис и редиску – так и питались каждый день.

Только два раза в год, на Новый год и на день рождения Микадо, они могли себе позволить бобовое пюре или свежую рыбу. Однако старик очень любил рисовую водку и каждую неделю покупал бутыль, дабы разогреть свою старую кровь.

По прошествии лет конечности отца перестали гнуться, и он уже больше не мог лазать по горам. Поэтому его сын, который к тому моменту вырос и сделался сильным мужчиной, заготавливал нужное количество веток один, таким образом, их семейная кладовая не пустовала. Старик очень гордился сыном и каждый день вставал на рассвете, шел к воротам и встречал его. Нужно было видеть, как старый отец и его молодой отпрыск снимают головные платки и, уперев руки в колени, вежливо кланяются друг другу, согнув спины и задержав дыхание в знак уважения; нужно было слышать, как они осведомляются о здоровье друг друга и каждый раз говорят приятные слова; никто бы и не подумал, что они не виделись восемь часов, а не восемь лет.

Одной зимой постоянно шел густой снег – он на несколько футов покрыл землю на полях и в лесах. Ветви бамбука согнулись под белой тяжестью, лапы елей ломались под весом снега, который скрыл даже каменных идолов вдоль дорог. Молодой дровосек, очень много трудясь, едва мог нарубить столько веток, чтобы продать их и купить достаточно пищи для себя и отца. Он часто оставался голодным, чтобы отец мог побаловать себя согревающим вином.

Однажды сын, привязав веревочную корзинку на спину и прикрепив пустую тыквенную бутыль на пояс, отправился в горную долину другой дорогой. Он мрачно раздумывал над своей нелегкой судьбой, когда ветерок