Мир японских волшебных сказок - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Стояла весна, и почки только начали распускаться. В реке было полно рыбы, особенно карпов, поднимающихся к большим стремнинам и водопадам. Здесь течение было быстрым, и вода бурлила, кипела и грохотала с ужасным шумом. Да, странно, но множество рыб боролось с течением с таким рвением, будто от этого зависела их жизнь. Они выпрыгивали из воды и барахтались, но их все время отбрасывало назад, и они, выбившись из сил, оставались в реке, где часто дышали и пытались перевести дух, кружась по краям водоворотов. Некоторых сильно ударяло об камни, и они, несколько раз вздрогнув, плыли по воде ровно и прямо, животами вверх, уже мертвые, и исчезали где-то вдали. Они мотались по мелководью с перекрученными плавниками, пока чешуя их, блестящая на солнце, не начинала напоминать отряд воинов, сражающихся в доспехах. Годзиро, воспринимая это как настоящую схватку волны и рыб, захлопал в ладоши от восторга.

Затем Годзиро, интересуясь способами письма, спросил белобородого мудреца, стоящего рядом и тоже наблюдающего за водой.

– Как называется эта часть реки?

– Мы называем ее Лунг Мен, – ответил старец.

– Прошу вас, пожалуйста, напишите это иероглифами, – сказал Годзиро, предлагая старику свою чернильницу, кисть и свиток тутовой бумаги.

Мудрец написал два китайских иероглифа, означающие «Ворота Дракона» или «Драконовы Ворота». Затем он отвернулся и снова начал смотреть на карпа, который, казалось, почти выбрался на гладкую воду.

– О! Я понял, – сказал сам себе Годзиро. – По-японски мы произносим это как Риу Мон. Пойду-ка я вперед и посмотрю. Должен быть какой-то смысл в этой карабкающейся вверх рыбе.

И он прошел немного вперед, к тому месту, где берега переходили в высокие обрывы, увенчанные огромными елями, через верхние ветви которых плыли пушистые белые облака, и потому казалось, что верхушки деревьев упираются в небо. Внизу, под утесами, река была идеально гладкой, почти как зеркало, и расширялась по направлению к противоположному берегу. Но, оглядываясь назад, мальчик все еще видел постепенно понижающиеся речные пороги. Они были заполнены прыгающей рыбой, количество которой постепенно уменьшалось к центру, в то время как на самом верху, почти на поверхности, одинокая рыбина с мощными плавниками и хвостом пыталась противостоять течению. Она прыгала вперед, затем ее относило назад. Иной раз даже дальше того места, откуда она начинала, затем ей удавалось продвинуться, и она снова соскальзывала назад, но с каждой минутой цель приближалась, пока чистая пена и бурлящая вода не вынесли ее через опасный край; и вот она счастливо плавает в спокойной воде.

Она прошла через Ворота Дракона.

Вдруг начались чудесные вещи. Одно из пушистых облаков внезапно покинуло свое место в глубокой синеве вверху, скатилось с неба и начало кружиться все быстрее и быстрее, словно водоворот, задевая и царапая край воды, как блесна рыбака. Карп, заметив это, рванулся туда. И через секунду рыба превратилась в белого дракона и, поднявшись на облако, поплыла в Небеса. Две-три огненных вспышки, блеск ужасных глаз и сверкнувшая белая чешуя – вот и все, что увидел Годзиро. Затем он проснулся.

– Как странно, что бедный маленький карп, обычная рыба, обитающая в реке, стала огромным белым драконом и уплыла в небо, чтобы жить теперь там, – думал Годзиро на следующий день, рассказывая матери о своем сне.

– Да, – сказала она, – это урок для тебя. Подумай об упорстве маленького карпа, которому пришлось перепрыгивать через препятствия и который не сдавался, пока не стал драконом. Я надеюсь, мой сын преодолеет все трудности, достигнет почета и высокой должности в правительстве.

– О! О! Теперь я понял! – воскликнул Годзиро. – Вот что имеет в виду мой учитель, когда он приводит идущим на экзамен студентам пословицу: «Сегодня я рыба, а завтра – дракон». И вот что папа имел в виду, когда сказал мне: «Сын рыбы, Конфуку, стал белым драконом, а я пока еще только карп».

Итак, в третий день третьего месяца, на Празднике флагов, Годзиро поднял в воздух nobori (нобори). Это была огромная рыба, сделанная из бумаги, пятнадцать футов в длину и пустая внутри, как мяч. Она была желтая, с черной чешуей и золотистыми пятнами, с красными жабрами и ртом, к которому были привязаны два крепких ремешка. Ее подняли вверх с помощью веревки, привязанной к бамбуковому шесту, стоящему на крыше дома. Затем ее подхватил ветер – и она закружилась в потоках воздуха. Ветер заставил работать плавники, хвост рыбы захлопал, голова начала шевелиться, точно как у карпа, пытающегося преодолеть пороги Желтой реки, – символа честолюбия и упорства.

Шествие Лорда Длинные Ноги

Однажды прекрасным и солнечным маем, во время посадки риса, как-то днем камергер Хоп-Хоп сообщил господину, Лорду Длинные Ноги, что завтра свита его светлости будет готова сопровождать дражайшего Лорда Длинные Ноги в путешествии. А лорд тогда был дайме – владетельным князем, управляющим четырьмя акрами рисовых полей в Этидзене, которые приносили десять тысяч рисовых стеблей в год. Вся его свита состояла из кузнечиков, которых насчитывалось более шести тысяч, в то время как при дворе его была исключительно знать, например, Богомол, Жук и Жук-щипач. Придворными дамами Королевы Катидиды числились добропорядочные девицы: жуки-дамы, божьи коровки, бабочки и золотые жуки-оленихи. Для посылок же у лорда имелись светлячки и стрекозы. Как-то раз с поручением отправили одного жука, но эти ребята имели глупую привычку врезаться в разные предметы и так сильно ударяться при этом головой, что всегда забывали, зачем их послали. Кроме вышеперечисленных, у лорда было огромное множество слуг на кухне, таких как личинки, пауки, жабы и т. д. Все обитатели владений, включая простой люд, насчитывали несколько миллионов – от слепней до муравьев, комаров и клещей.

Многие из его подчиненных отличались трудолюбием и производили прекрасные ткани, однако насекомых ловили и использовали в своих целях огромные чудовища под названием люди. Так, серые черви имели прялки в голове. Они ели тутовые листья (листья шелко́вицы), которые в их организме превращались в нити, называемые шелком. Осы делали бумагу, а пчелы вырабатывали мед. А еще были насекомые, которые разносили белый воск по деревьям. И все они являлись слугами или верными вассалами Лорда Длинные Ноги.

Лорд Длинные Ноги должен был раз в год ездить в Эдо, чтобы оказать уважение великому Сёгуну и провести несколько дней в Восточной столице. Я не стану отнимать время у моих читателей или испытывать их терпение, рассказывая о суете и приготовлениях, которые происходили в yashiki (ясике – «поместье») Лорда Длинные Ноги в течение целой недели, предшествующей