Мифы и легенды Румынии - Наталья Георгиевна Осояну

И опять ему пришлось пройти немало, прежде чем добрался он до города с колодцем. Там повстречал старуху, у которой ночевал его брат Мэр, и попросился на ночлег.

— Я-то тебя с радостью впущу, но был ли ты во дворце?

— Каком дворце?

— Дворце нашего царя, чью дочь ты спас от смерти и освободил колодец, убив балаура.

— Что еще за балаур?

— Ты что же, забыл, как убивал балаура, и забыл про царевну, которую спас от смерти и которая теперь ждет в тоске твоего возвращения от каменной зыны. Или ошиблась я — и ты совсем не тот человек?

— Тот человек, матушка, был моим братом, и вот он умер, а я иду искать его тело. Один Господь ведает, сумею ли найти.

— Где он умер?

— Сам не ведаю, потому и отправился на поиски.

— Ох! Как же ты похож на брата, упокой Господь его славную душу, где бы он ни лежал. А ведь хотел взять в жены царскую дочь… ты не пойдешь во дворец?

— Нет, матушка, не пойду. Лучше ты мне расскажи, как был убит балаур и как мой брат познакомился с царевной.

И старуха рассказала ему все, рассказала и про каменную зыну, к которой отправился Мэр.

— Что это за зына такая?

— Я не знаю, но, если захочешь узнать, смотри, чтобы не случилось с тобой то же самое, что и с братом.

Пэр провел ночь в доме старухи, а утром ушел. Она проводила его до калитки, сказав: «Да поможет тебе Господь на пути, который ты избрал».

Пэр прошел через город, не поднимая глаз, чтобы его больше никто не узнал.

На самом краю города увидел он домик — такой ветхий, что вот-вот развалится, и сказал себе:

— Гляжу я, тут живет кто-то, чье жилище вот-вот развалится, а поправить его он не может. Пойду-ка я и подопру хибару самую малость, ведь много времени на это не уйдет.

И он, приблизившись к домику, приподнял съехавшую набекрень крышу и подпер ее шестом.

Пэр уже собрался уходить, как на крыльцо вышла старая-престарая женщина и окликнула его. А была это сама Сфынта-Думиника.

— Иди-ка сюда, добрый молодец, иди.

Он подчинился, вошел в дом. Она усадила его на стул и спросила:

— Куда ты держишь путь?

— У меня был брат, — ответил юноша, — и звали его Мэр, а меня зовут Пэр. Брат мой отправился странствовать по миру и, как я слышал, пошел к каменной зыне, чтобы набрать воды и омыть царя с царицей, которые иначе никак не выздоровеют. Похоже, что там он и сгинул, ибо на платке, который у меня остался, появились три капельки крови. Я иду искать брата.

— Ох, милый! Ты бы и сам там сгинул, если бы не завернул по пути к моему домику. Сердце у тебя хорошее, ибо ты поправил покосившуюся крышу, да и брат твой был хороший человек, но так глубоко погрузился в раздумья, что не смотрел по сторонам, и как все, кто этой дорогой прошел, но меня не заметил, назад не вернулся. Я назвала тебя хорошим, а за добрые поступки надо вознаграждать, и ждет тебя прекрасное будущее. Но послушай, что я расскажу. Жил-был когда-то один царь, у которого была единственная дочь. Царство его было большим и могучим, таким, что могло померяться силой со всеми прочими царствами. Царю с царицей было мало, что Господь даровал им дочь, они хотели сына, который мог бы унаследовать земли и богатства; потому-то они на Бога роптали. А ведь известно, что Господь всегда наказывает тех, которые, пусть и знают, что всякое Господне деяние совершается во благо, все равно ропщут и не могут унять свое недовольство. Девочка еще в колыбели играла, а женихи уже просили ее руки у царя, но ни один ему не понравился — он хотел выдать дочь за императора. Прослышала об этом старая змеоайка, у которой было три сына — змей, бык и балаур; всех убил твой брат Мэр. Змеоайка возжелала царевну выдать за старшего и самого могучего сына, того самого, что в облике балаура терзал наш город, но царь, ясное дело, воспротивился. Однако он не попросил Господа о помощи, не обратился к кому-то за мудрым советом, а решил, что сумеет во всем своими силами разобраться. И отправился с войском против змеоайки, чтобы наказать ее за дерзость, с которой она предложила породниться. Что именно сделала змеоайка, какие чары пустила в ход, это уже неважно — хватит и того, что убила она и царя, и царицу, и все войско, а царевну превратила в камень, когда та пошла за водой. Царевна была настоящая красавица, потому ее и зовут каменной зыной.

И судьбе было угодно решить так, что до той поры, покуда жив род той змеоайки, царевна останется каменной статуей. Ныне три сына старухи убиты, осталась лишь она сама — она-то и отняла жизнь твоего брата. Если тебе хватит духа, ты ее убьешь и, следуя ее же предсмертным наущениям, оживишь брата, а заодно воскресишь и царевну, возьмешь ее в жены и станешь властвовать в том краю. Повезло каменной деве, что змей в облике балаура не сумел заполучить местную царевну, иначе род его ни за что бы не иссяк. Это я была в царском дворце и сказала, что потребуется вода из источника у ног каменной зыны, хотя она от любой другой ничем не отличается. Я-то думала, что брат твой, человек добросердечный и богобоязненный, зайдет ко мне и, следуя моим советам, разрушит чары, освободит бедную девушку, прикончит змеоайку, но вышло так, что он всего этого не сделал, а за свое недомыслие пострадал. Змеоайка вырвала из своей головы три волоса и велела ему бросить эти волосы на псов — он так и поступил, и псы оказались скованы, будто цепями; у него самого она отняла силу, и вот так он сгинул. Ты же теперь предупрежден. Но будь осторожен и о Боге не забывай, ибо когда ничто другое уже помочь не может, Он поможет всегда. Я же дам тебе вот эти капельки, если их выпить — никакие чары не страшны. Теперь ступай, ибо сегодня мой день, и пора мне в церковь.

Пэр возблагодарил Господа за наставления и вспомнил, что сказал Мэр матушке, когда она пометила его каленым железом: так вот какую удачу она погубила; ведь он, не совершив единственного доброго дела, навлек на себя множество бед, а