Типология коранических сказаний. Выявление реалистических, символических и мифологических аспектов - Сейед Абу-л-Касем Хусейни

В языке Корана, как и в любом рациональном языке, используются уподобления, символы, аллюзии, сравнения, метафоры и т. п., однако это не значит, что язык Корана носит символический характер (в том прочтении, два примера которого мы привели выше)[337].

В тех же случаях, когда используется аллегорический язык, аллегория не означает, что некое абстрактное не соответствующее реальности сказание выступает в виде символического сказания. Напротив, это подразумевает, что некая рациональная истина и сокровенное знание объективировались и были выражены в чувственно воспринимаемой форме[338].

Например, аллегорический характер повеления поклониться Адаму не означает, что сама суть этого повеления не происходила на самом деле, была выражена в форме вымышленного сказания, является продуктом воображения и не соответствует реальности. Нет, это рациональная истина и сокровенное знание объективировались и были выражены в чувственно воспринимаемой форме[339].

3. Религия – это божественная милость, которую Аллах через своих посланников даровал человечеству, дабы оно обрело путь спасения и обратилось к истине. Поэтому

Господь говорит на языке, который может охватить самую широкую аудиторию и стать наставлением для всех людей. Если речения Всевышнего будут изложены в недоступной всеобщему пониманию форме, то наставление всех людей на истинный путь, ради которого отправлялись пророки, не будет реализовано. Поэтому сама идея установления религии требует, чтобы язык наставления был всеобъемлющим, ясным и понятным для всех. Это реальность, на которую указывает Коран: «Мы отправляли посланниками только тех, кто [говорил] на языке своего народа, чтобы они [могли] разъяснить им [смысл Писания]. Всевышний сбивает с пути истинного или ведет по нему того, кого пожелает. Он – Великий, Премудрый!»[340] и «Воистину, это [= Коран] – Откровение Господа миров, с которым снизошел Верный дух [= Джибрил] на сердце твое, чтобы увещевал ты на ясном арабском языке»[341].

В первом айате речь идет о том, что каждый пророк знал язык своего народа и именно на нем наставлял людей на истинный путь. Во втором айате говорится о Коране и подчеркивается, что Пророк ислама получил и изложил Откровение на ясном арабском языке. Комментаторов в этих двух айатах, разумеется, привлекало понятие «язык». Из слов би лисани каумихи («на языке своего народа») они делали следующий вывод: если, скажем, пророк отправлялся к народу, говорившему на еврейском языке, то он говорил по-еврейски. Вооружившись тем же узким подходом, эти комментаторы считают второй айат подтверждением данного обстоятельства. Однако если опираться на слово мубин («ясный»), а также на фразу «чтобы они [могли] разъяснить им [смысл Писания]. Всевышний сбивает с пути истинного или ведет по нему того, кого пожелает» во второй части первого айата, возникает другая важная мысль:

манера изложения, способ реализации смысла, а также особенности подачи материала благовестниками Аллаха были понятны людям их эпохи и всем их слушателям. Пророки никогда не пользовались особым, незнакомым аудитории языком[342].

Если исходить из этих и подобных им айатов, то язык Корана понятен людям, а те, кто утверждает обратное, – ошибаются. Приведем несколько айатов, в которых говорится об универсальной доступности Корана и реалистическом характере его языка.

А. «О обладатели Писания! Пришел к вам Посланник Наш, чтобы разъяснить многое из того, что утаиваете вы из Писания, и чтобы простить многие [грехи ваши]. Явились к вам от Аллаха Свет и Писание ясное»[343].

Б. «О люди! Явилось вам доказательство от Господа вашего, и ниспослали Мы вам Свет ясный»[344].

В. «Так уверуйте в Аллаха, Его Посланника и в Свет, который Мы ниспослали. Ведь Аллах ведает о том, что вы делаете»[345].

В этих айатах Коран называется «светом», «Писанием ясным» и «доказательством» (чистый блистающий свет). Безусловно, свет как оптическое излучение обладает определенной длиной волны – глаз обычного человека способен видеть лишь ограниченную часть спектрального диапазона. Однако никто не может утверждать, что свет темен или что невозможно лицезреть его источник.

Преславный Аллах, Который есть Свет небес и земли, для наставления людей создал особый свет, который сам по себе ясен (в нем нет ни одной темной точки или уголка; чтобы видеть его, не нужен какой-либо иной свет), а также просвещает жизнь людей в их убеждениях и деяниях. Свет, с одной стороны, по своей сущности освещает что-либо иное (аз-захир би затихи ва ал-мазхар ли гайрихи), а с другой стороны, не нуждается в чем-либо ином, поскольку все необходимо видеть в его лучах. Свет невозможно увидеть с помощью чего-либо иного, он виден сам по себе. Коран есть свет, то есть он не содержит в себе чего-либо запутанного, неясного или загадочного, он ясен и понятен при разъяснении истин мира бытия и начертании пути счастья людей и не нуждается для этого ни в чем ином[346].

5. Теория отрицания любых проявлений символизма в языке Корана

Ряд ученых считает, что в принципе не следует допускать проникновение символизма в язык Корана и его сказания, поскольку это противоречит дидактическим задачам Священной Книги. Ввиду сказанного нами выше эту теорию можно признать максималистской. Ее максимализм заключается в том, что язык Корана мы признаем вызывающим изумление и полным символов, а ее чрезмерность состоит в том, что мы полностью отрицаем символ и аллегорию (согласно приведенному нами прочтению, не подразумевающему в Коране никакого вымысла), предаем забвению дидактический аспект Слова Аллаха, порой тесно переплетенный с символизмом, и, в конце концов, впадаем в своего рода фундаментализм и феноменалистский застой.

После подобной преамбулы будет уместно привести слова исследователя теории символизма, чтобы понять, каковы основные положения этой теории, а затем в рамках того же подхода дать ей надлежащую оценку:

«Согласно теории символизма, коранические сказания носят символический характер, отчасти представляя собой вымысел. Иными словами, чтобы показать красоту или безобразие какого-либо деяния, качества или состояния, они создают вымышленную сцену, чтобы воспользоваться ею для доказательства своего утверждения. Эта теория, которая существует, по-видимому, всего несколько десятилетий, говорит, что Коран пользуется элементом вымысла и его целью является воспитание, подобно этико-дидактическому сочинению «Калила и Димна». Чтобы показать красоту или безобразие тех или иных качеств, он представляет вымышленные сцены.

Однако необходимо иметь в виду, что с точки зрения педагогики этот метод является ошибочным, поскольку свидетельство в пользу какого-либо утверждения должно быть достоверным, а не вымышленным. Доказательство красоты того или иного качества не может зиждиться на вымысле. Если в основе рассказа, имеющего целью показать безобразие или красоту некоего деяния, будет лежать