Альмодовар: автопортрет в семи фильмах - Джеймс Миллер

tu vera («Рядом с тобой»). «Если закон любви исполнится, – поют они, – мы будем вместе до самой смерти /Я клянусь своей жизнью, / что я всегда буду рядом с тобой». (Берег реки, подобный тому, который Альмодовар здесь с такой любовью воссоздает из своего детства в Ла-Манче, ранее появлялся в паре эпизодических сцен фильма «Возвращение».)

Таким образом, Альмодовар быстро раскрывает одну из главных тем фильма о разной любви: и здесь, в самом начале, в первом кадре из тех, что станут длинной серией сцен воспоминаний, он начинает с той первозданной любви, которую мать испытывает к уязвимому ребенку, такой любви, которую, однажды ощутив, ребенок уже никогда не сможет забыть.

Сальвадор (его имя в переводе означает «спаситель») – еще один персонаж в серии рассказов Альмодовара о писателях и кинематографистах, и в данном случае его многочисленные болезни, перечисленные в бравурном анимированном эпизоде от Хуана Гатти, ставят под сомнение его физическую способность снимать фильмы (хотя он продолжает писать рассказы и сценарии).

По ходу фильма мы узнаем о Сальвадоре в трех разных этапах его жизни: в 1960-х годах, когда ему было 9 лет, он переехал со своей матерью в Патерну, красивую деревню в Валенсии, где они жили в землянке, освещаемой только через решетчатый потолок над внутренним двориком, и затем стал учеником близлежащей католической школы-интерната; в 1980-х молодой режиссер увлекся контркультурой мадридской мовиды; и, как почитаемая, но в настоящее время болеющая культурная знаменитость, он живет в великолепном доме за пределами Мадрида, который заполнен прекрасными картинами и мебелью.

Повествование вращается вокруг трех разрозненных историй любви: в первой рассказывается о его матери и о том, как со временем ее простая бескорыстная любовь к сыну превратилась в нечто более противоречивое; во второй рассказывается о первом чувстве сексуального влечения Сальвадора; а в третьей – о его первой взрослой любовной связи.

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Некоторые эпизоды фильма откровенно автобиографичны. Дом Сальвадора – это декорация, в деталях повторяющая дом, в котором в то время жил Альмодовар: вся мебель и произведения искусства принадлежат ему, как и обувь и многое из одежды, которую носил Антонио Бандерас. «Когда на съемочной площадке появилось свободное место, – писал Альмодовар, – художник-постановщик отправил своего ассистента ко мне домой, чтобы забрать кое-какие из многочисленных предметов, с которыми я живу. Это самый автобиографичный аспект фильма».

Другие же эпизоды – чистый вымысел. «Я никогда не жил в землянке, – пишет Альмодовар в производственных заметках к фильму, —

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

«Реальность подсказывает мне первые строчки, – говорит Альмодовар, – но остальное я должен придумать сам. По крайней мере, мне нравится играть в эту игру».

* * *

3 марта 2017 года, когда Альмодовар заканчивал работу над сценарием «Боли и славы», он открыл месячную ретроспективу всех своих полнометражных фильмов в мадридской «Испанской фильмотеке»[114] специальным показом восстановленной версии фильма «Закон желания», впервые вышедшего на экраны три десятилетия назад, а также публичным выступлением режиссера и Кармен Мауры, одной из звезд фильма.

Бросалось в глаза отсутствие актера, исполнившего главную роль в этом фильме: Эусебио Понселы, который сыграл вымышленного альтер эго Альмодовара, режиссера Пабло.

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Это объясняет, почему героиня Кармен Мауры, изначально сыгравшая второстепенную роль, неожиданно стала воплощением желаний и средством выражения того, что я хотел сказать».

Понсела, возможно, и вел себя непрофессионально, но его поведение не должно было удивлять Альмодовара, поскольку, предположительно, эту роль он получил благодаря своей предыдущей роли режиссера в Arrebato («Исступление»), фильме о наркотической зависимости как метафоре зависимости от кинопроизводства, снятом в 1979 году одним из самых важных наставников Альмодовара, Иваном Сулуэтой, автором «проклятого кино» и художником-графиком, который также разработал дизайн постеров ко всем ранним фильмам Альмодовара, включая «Закон желания». Альмодовар хорошо знал, что «Исступление» сильно превысило бюджет, а сам фильм (как описывал Альмодовар в траурной речи по поводу смерти Сулуэты в 2009 году) завершается тем, что Понсела попадает в «иной или не-мир». Единственная информация, которую дает нам фильм, – это то, что этот не-мир – своего рода пустота красноватого цвета».

Употребление наркотиков было постоянным явлением в мадридской контркультуре 1970-х и 1980-х годов. Но «Боль и слава» – первый из его фильмов, в котором тема зависимости затрагивается напрямую. Это достигается с помощью двух вымышленных персонажей, Альберто Креспо и Федерико Дельгадо, частично созданных по образцу Эусебио Понселы и Ивана Сулуэты, соответственно; с помощью вымышленной реконструкции ретроспективы 2017 года в Испанской фильмотеке, в которой представлена восстановленная копия революционного фильма Сальвадора Sabor («Вкус»); и в коротком рассказе «Зависимость»,

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Таким образом, «Боль и слава» становится средством расплаты за сопутствующий ущерб, причиненный мовидой, – переломный момент, о котором Альмодовар тем не менее вспоминает с теплотой. «Это была своего рода свобода, образ жизни и поведения, которые никогда не повторялись в Испании», – сказал режиссер журналисту Алонсо Дуральде в 2019 году:

«Например, вся молодежь раньше ходила в одни и те же клубы, и вы могли видеть людей из самых разных слоев общества,

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

* * *

В одной из сцен ассистентка вручает Сальвадору книгу Como acabar con la contracultura («Как нам покончить с контркультурой»), опубликованную в мае 2018 года, когда Альмодовар работал над этим фильмом. Это полемическое эссе, написанное Хорди Костой, известным испанским кинокритиком и общественным деятелем, начинается с язвительной главы, которая по большей части посвящена Педро Альмодовару. Коста сосредотачивается на картине «Пепи, Люси, Бом и остальные девушки» и на основе критики этого фильма пытается доказать, что контркультуру, которую режиссер представлял как якобы эмансипирующую, даже радикально трансгрессивную, на самом деле было легко использовать в коммерческих целях, оставляя буржуазную культуру и капиталистическую систему, в которой, по мнению некоторых его участников, они и были, нетронутой и, возможно, более мощной, чем когда-либо.

В фильме Сальвадор бросает взгляд на название книги, а затем читает его вслух: «Как нам покончить с контркультурой». «Я не знаю», – пожимает он плечами.

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Его новый порок, который в фильме используется для плавного перемещения между настоящим и прошлым, словно в наркотическом тумане, стал неожиданным результатом приглашения представить восстановленную копию своего хита мовиды «Вкус» в испанской Фильмотеке.

Очнувшись от невесомых грез в бассейне, Сальвадор отправляется в кафе, где его узнает старый друг и актриса. Она удивлена, услышав, что он изо всех сил пытается придумать новую тему для фильма, и говорит ему, что Альберто Креспо, их общий старый