Ириниец - Антон Лупандин

— Орловы… да, — выдохнул парень. — Но не только. Был ещё… посредник. Никто его не видел. Звали его «Смотритель». Он знал о тебе всё. Знает секреты всех, кто представляет для него интерес. Он сказал, что твоя семья… твои родители… приобрели в сдвиге не только магические сердца. Они нашли ключ. Обломок чего-то древнего. Орловы хотели этот ключ. А ты, как наследник… был помехой.

Ключ? Обломок? Честно говоря, я обдумывал такую версию. Родители были довольно сильны и полезны империи. Вряд ли их просто так позволили бы убить, причём без последствий для убийц.

— Где этот ключ сейчас? — спросил я.

— Не знаю. Клянусь. После твоей «смерти» обыскали всё — и усадьбу, и лабораторию твоих родителей. Даже исследовали фундамент и подпол на случай потайных проходов и схронов. Ничего. — на одном дыхании выпалил Фёдор. «Социальная инженерия», которую я активировал перед началом разговора с парнем говорила, что он не врёт.

— «Смотритель»… Кто он? — обдумав полученную информацию, спросил я.

— Даже не представляю. Не забывай, что я всего лишь пешка и согласился тебя придать за привилегии. На этом всё. Слышал, что вроде как «Смотритель» не человек. Но это всего лишь слухи. — прямо заявил Фёдор. Мне показалось, будто он начал приходить в себя, а ещё в его глазах появилась расчётливость. Я прекрасно знал этот прищур. Парень расслабился и чего-то ждал. Возможно, считал, что я его в любом случае не трону и мои слова про расправу над ним всего лишь бахвальство.

Внезапно в коридоре раздались шаги.

— Федя! Ты где? Анна спрашивает… — послышался голос Сергея.

Фёдор воспользовался долей секунды моего отвлечения. Его рука рванулась не к оружию, а к амулету на груди. Я понял его замысел — сигнал тревоги.

Диссонанс среагировал быстрее моего разума. Лепестки раскрылись и сомкнулись. Из центра диссонанса вырвался прозрачный поток искажений. Всё произошло очень быстро. Не было ни звука, только лёгкая вибрация. Голова Фёдора осталась на плечах, но его сознание, его эфирная подпись — всё это было мгновенно и точечно рассеяно, превращено в белый шум. Он рухнул на пол, глаза остекленели, дыхание стало ровным и пустым. Живой овощ. Лучше, чем он заслуживал, но эффективно.

Шаги приближались. Я отступил в тень, активировал мимикрию. Сергей заглянул в комнату, увидел тело Фёдора.

— Что за… Федя? — он подбежал, наклонился, потряс его за плечо. — Чёрт, что с тобой?

Пока Сергей пытался понять, что случилось с его подельником, я вышел из мимикрии прямо за его спиной.

— Он… устал, — произнёс я максимально лязгающим голосом, не пытаясь сдерживать искажения.

Сергей вздрогнул и начал разворачиваться, но моя рука уже обхватила его голову. Не диссонанс. Просто биомеханическая сила. Щит на другой руке активировался, подавив звук и всплеск эфира.

— Помнишь, как вы с Фёдором отрабатывали на мне удары? — прошептал я парню в ухо. Не дожидаясь его ответа, продолжил: — Вот я помню. Помню, как вы ржали, когда отрубили мне руку. Помню, как ты, Сергей, подрезал мне сухожилия на обеих ногах отравленным клинком. Помню, как вы гордились своей победой. Но… Понимаешь ли… Сергей… Предатели никогда не живут долго.

Я сжал пальцы. Выжал из иринийского аналога мышц максимум. Череп хрустнул, как яичная скорлупа. Сделал всё быстро, без раздумий. Да, изначально я желал, чтобы все они, предатели, мучились перед смертью, но раз уж подвернулся случай, то не стоит дёргать судьбу за хвост. Мне дали шанс. Я им воспользовался.

Мозги вперемешку с кровью и кусками черепа разлетелись по всей комнате. Я же благодаря щиту остался чистеньким и довольным. В мозгу зародилась почти детская радость, будто мне только что подарили такой желанный новогодний подарок.

Я положил тело Сергея рядом с Фёдором. Два друга, два предателя. Один — пустая оболочка, другой — мёртвое мясо.

По каналу с Ольгой я отправил импульс: «Готово. Поднимай шум через пять минут. Найди их „случайно“.

Я вышел тем же путём, что и пришёл. На крыше остановился, глядя на освещённые окна особняка. Скоро там начнётся паника.

«Надеюсь, Анна поймёт, кто пришёл за её подельниками», — довольно улыбнувшись, подумал я.

Глава 32

Тишина после моего ухода длилась всего несколько секунд. Потом из глубины особняка донесся первый крик — женский, пронзительный, полный настоящего ужаса. Не того истеричного вопля, который рождается от внезапного испуга, а низкого, животного визга, когда сознание отказывается принимать увиденное.

Я уже был на крыше. Стоял в тени парапета и следил за тем, как особняк Орловых превращается в муравейник, в который воткнули палку. Окна вспыхивали тревожным алым светом. Видимо, кто-то включил сигнализацию. Фигуры в униформе бросились к южному крылу. Среди них мелькнуло синее платье — Ольга. Она бежала впереди всех, искусственно расширив глаза, прижав руки к груди в безупречной имитации шока.

«Хорошая актриса», — холодно подумал я.

Но что-то было не так. Не в её игре, а в… воздухе. В эфирном фоне. Он содрогнулся, будто в гигантский колокол ударили где-то глубоко под землёй. Стигматы сами активировались, окрасив мир в кислотно-зелёные тона. Стены особняка, тротуар, даже воздух — всё было испещрено ползущими, извивающимися нитями чужеродной энергии. Они стекали с крыш, сочились из канализационных решёток, прорывались сквозь трещины в асфальте. И все они неумолимо ползли к особняку Орловых.

«Единый, что это?» — мысленно крикнул я.

Ответа не последовало. Вместо этого в ментальном пространстве взорвалась боль. Острая, режущая, будто в мозг воткнули раскалённую спицу. Я схватился за голову, едва удерживаясь на ногах. Перед глазами поплыли кровавые пятна.

А потом я услышал Голос. Древний, липкий, холодный. Он потёк по извилинам сознания, оставляя за собой склизкий след.

Моя голова самопроизвольно повернулась в направлении Болхова. На горизонте, в небе, пылало красное зарево.

— Сука! Началось! — обречённо воскликнул я.

«Носитель частицы… мы явились… ты не спрячешься…» — взорвалась моя голова тысячей шёпотов, слившихся в один гулкий рёв. В нём слышались скрежет камня, шелест крыльев насекомых, бульканье крови.

«Время пришло… Ваша цивилизация падёт… Ваш мир обречён…» — эта фраза была слышна не только мне. Все люди в определённом радиусе услышали её.

Я отшатнулся, прижимаясь к холодному парапету. То, что заменяло мне сердце, бешено забухало в груди, выплёскивая волны паники. Артефакт внутри меня вдруг сжался, будто испуганное животное. Гладь озера превратилась в разноцветную лужу не более метра в диаметре.

— Мать вашу! Что происходит! — схватившись за голову и рухнув на колени, завопил я.

«Время пришло… мы пришли… мы — те, кто будет здесь после… Ключ… Нужен ключ…»

Внезапно стена