Мой эльфийский заказ - Анна Жнец

– Добрый ночи, liela, – произнес Роан, добавив в конце своей фразы незнакомое эльфийское слово, и наклонился, чтобы поцеловать мою ладонь.

Рассмеявшись, я втолкнула его в свою спальню и закрыла за нами дверь.

– Что ты…

Полагаю, он хотел спросить: «Что ты делаешь?», но не успел, ибо чей-то наглый язык заткнул ему рот.

Дверь скрипнула под спиной Роана. Я прижалась к своему мужчине, одной рукой стиснув дверную ручку, другой – скользнув по его плечу.

На секунду мне показалось, что ноги любимого подкосились. Застигнутый врасплох, он растерялся и сначала просто принимал мои ласки, не пытаясь отвечать. Его губы были мягкими, податливыми и сладкими от вина. А потом они стали чуть тверже. Роан обхватил ладонями мою голову, притянул меня к себе. Теперь не я целовала его, а он – меня. Жадно, напористо, не давая отстраниться.

Я чувствовала, как дрожат его пальцы в моих волосах. Чувствовала, как растет в его штанах твердый бугор и все сильнее, все настойчивее давит мне на живот. Слышала безумный грохот сердце в его груди.

Целуя меня, Роан тихо постанывал.

Мои руки скользили по его рубашке, сминая дорогой тонкий шелк, затем взялись за пуговицы из оникса.

– Что ты делаешь?

Опомнился он, только когда рубашка была расстегнута, а мои ладони жадно огладили голый торс.

Вместо ответа я красноречиво поиграла бровями.

Роан моргнул. Его дыхание участилось. Мышцы живота под моими пальцами напряглись.

Он замер, словно пытаясь осознать мой жест, это молчаливое обещание в глазах.

Теперь можно.

Годы воздержания подошли к концу.

Этой ночью у нас будет всё.

Сегодня!

Прямо сейчас!

– Ты… – хрипло прошептал Роан, облизав губы.

– Я… – согласилась я и опустилась перед ним на колени.

Глаза Роана округлились. Он наблюдал за мной, не шелохнувшись. Смотрел потемневшим взглядом, как я медленно развязываю его штаны, словно разворачивая подарок. Подарок, который сам рвется мне в руки, подрагивая от нетерпения.

Внушительный. Тяжелый. Никем не тронутый.

Мой.

Стоя перед Роаном на коленях, я потянула его штаны вниз.

– О боги, – простонал он, схватившись за дверную ручку так, словно ему внезапно понадобилась точка опоры.

Ткань под моими пальцами собиралась складками, с шорохом скользила по крепким бедрам – к коленям, к щиколоткам.

Я пока ничего не делала. Просто смотрела на любимого снизу вверх, на его белое обнаженное тело, одетое в полумрак. Роан тоже наблюдал за мной, и его широкая мускулистая грудь ходила ходуном. Он дышал тяжело, загнанно, словно мои губы, влажные, теплые, уже дарили ему удовольствие.

Сладкое ожидание.

Я смяла в руках упругие полушария мужской задницы и потянула бедра Роана на себя.

Горячее, твердое раздвинуло мои губы и наполнило рот.

– Liela! – простонал любимый, содрогнувшись всем телом.

Его задница напряглась под моими пальцами – мышцы сжались, расслабились снова сжались.

Густой, терпкий вкус разлился на языке.

Я качалась на коленях, и Роан стонал, хрипел, что-то сдавленно шептал на эльфийском. Его пальцы то касались моих волос, то скребли дверь. В конце концов он навалился на нее, ослабев от наслаждения.

Двигая головой, я снизу наблюдала за его реакцией. Живот дрожит. Тени мягко чертят рельеф. Соски бесстыдно торчат – кажется, будто над ними поработал жадный рот, такие они алые, припухшие, манящие. Укусить бы их, зализать!

Горло выгнуто. Пересохшие губы хватают воздух. На лице – сладкая мука.

– Liela! Liela! О, боги, да!

Любимый почти рыдал, подаваясь навстречу моему мокрому рту.

Такой красивый. Такой отзывчивый. Такой мой.

Губами я чувствовала, как растет его напряжение, как пульсирует, поднимаясь из глубины, мускусный жар – волна, что несет облегчение и свободу. Обжигающий поток, который вот-вот хлынет, который я отчаянно жажду принять, но… нет.

В последнюю секунду я отстранилась, аккуратно пережав пальцами основание покрасневшего члена.

Роан болезненно зашипел.

– Не спеши, приятель! – я поднялась с колен, увлекая за собой этого расхристанного ягненка.

Роан следовал за мной сквозь лунный свет, путаясь в штанах. Он двигался как во сне, словно в прострации. Волосы растрепаны. Лицо горит. Глаза стеклянные с огромными зрачками.

Он даже не догадался стряхнуть с себя остатки одежды. Так и упал на кровать в расстегнутой рубашке и спущенных брюках. Податливый, как глина – делай с ним все, что хочешь. Я решила ни в чем себе не отказывать и оседлала его голые пылающие бедра.

Роан подо мной вздрогнул. Закрыв глаза, он страдальчески свел брови и вжал затылок в подушку.

– Liela, Ривер, пожалуйста, пожалуйста. – Его дрожащие руки надавили на мою задницу, чуть раздвинув полушария.

Я послушно опустилась на него, соединив наши тела.

И началось…

Горячий жеребец и умелая наездница. Роан стонал, подбрасывая меня на своих бедрах. Моя пышная грудь скакала перед его лицом. Наши тела, голые, взмокшие, бились друг о друга.

Еще! Еще! Еще!

Резче! Жестче! Быстрее!

Задыхаясь от страсти, он поймал меня за затылок и притянул к себя, чтобы… Поцеловать? Нет. Он не целовал мой рот – он его трахал. Его руки лихорадочно скользили по моему телу – лицо, грудь, живот, попа. Он ласкал меня торопливо, почти отчаянно, словно боялся чего-то не успеть и хотел взять все и сразу.

Я не заметила, как оказалась на спине, придавленная его сильным настойчивым телом. Кровать скрипела. Меня возило по матрасу. Роан держал в ладонях мое лицо, и его рваное дыхание обжигало губы.

– Ривер, Ривер, выходи за меня, – хрипел он и размашисто двигал бедрами.

Вбивался, вколачивался, загонял.

Я выла под ним, уже ничего не соображая. Жмурилась, царапала его плечи.

Ни один миг моей жизни не был таким ярким, как этот.

Оргазм ослепил. Объятия Роана стали судорожными. Сквозь алую бурю удовольствия я почувствовала, как он толкнулся в меня особенно мощно и замер напряженной струной. Было так приятно принимать в себя его тепло! Без этого заключительного аккорда наша любовная близость не была бы полной.

– Ну как? – спросила я, когда мы расцепились и Роан скатился с меня на кровать.

Видок у него был растрепанный и ошеломленный. Любимый лежал на спине, тяжело дышал и распахнутыми глазами смотрел в потолок, словно я только что раскрыла ему тайны вселенной.

Пожалуй, в каком-то смысле это действительно так.

Я тихо хихикнула.

Мое тело звенело – восхитительно легкое, воздушное, как облачко. По венам разливалась томная нега. Казалось, во мне не осталось ни одной твердой