Дневник 1917–1924. Книга 1. 1917–1921 - Михаил Алексеевич Кузмин

испортилось. Гроза ушла, и все мы начали по дому ворчать. Конечно, Юр. обеспокоен службой, и бумагами, и т. п. Выбежал за папиросами. В отделе все заняты. Мокрота страшная, промочил ноги, наверное. В лавке уютно, но с нами как-то совсем не считаются. Звонили из «Привала». Текут и мокро. Там тепло. История с буфетчицей. Совещания не состоялось. Напечено песочников. Олет сидит. Юрочка, бедный, забегал, но не остался. Дома пили чай, все съели. Писал. Но замерз. Юр. не простудился бы.

150 р.

4/21 (среда)

Что же было? Был у Крючкова. Потом заседал. Прибегал Левинсон. Закрытое место печально («Жизнь искусства»). Денег нет. Вкусный очень был обед, но Юр. ворчал, что нет хлеба и картошки. Заставлял звонить и ходить, но никого не было. Мокрота и гадость невероятная. Праздник сегодня3.

5/22 (четверг)

Ясно, солнце. Десять раз бегал. У Бурцева топилась печь. Хорошо и торгово, жена его приходила по хозяйству. Купил папирос. Мамаша горестно заняла денег у Леви и ушла. Юр. у меня писал. Я сочинял музыку4. Побежал в Эртелев. Ничего не знают. Юр. отпр<авился> раньше. Догнал его у трама. Стоит с Большаковым. В отделе долго ждал, но дали денег5. Бежали с Сашенькой в лавку. Там уже перед запором. Мне все кажется, что на нас дуются и отшивают нас. Дома ели. Пили вкусно чай. Ходили на Америк<анскую> драму.

6/23 (пятница)

Что же было. Выходил бриться и т. п. Купил Минеи, отдавал долги. Обед был чудный. Юр. опоздал. Притащил книжек. Были в Ал<ександринском> театре. Великолеп<ный> Бомарше6. Вдруг вижу: газета, а мне ничего и не сказали7. Юр. побыл очень хорошо. Пили чай. В театре было очень приятно, но писать, писать.

7/24 (субб.)

Решил не ходить на собранье. В лавке хорошо. Но вообще-то гадость. Опять декрет о насаждении голода. Союзники не идут и т. п.8 Юрочка остался, бегал к Бурцеву. Мамаша испекла очень хорошие лепешки, зато все остальное: кашу, репу и пр. – клевал носом. Юр. спал. Он уже задумывается. Мамаша чего-то волновалась опять. Клевал носом. У доктора было масса игроков. Время проводили буржуазно. Юр. даже не попросил денег. Масса мелких обстоятельств действуют на меня очень плохо.

8/25 (воскресенье)

Из каких мельчайших составных частей составляется наше мрачное или бодрое настроение, и как оно действует. Сегодня праздник9, сижу дома, топится печь, чего же еще? Какие-то экивокные отношения с газетой, и театром, и лавкой, и комиссариатами, и футуристами10. Неустройство с деньгами, что еще, понемногу sapent* мое настроение. Ели понемногу всякую мешанину, ничего нет, ни папирос, ни сладкого, ни мяса, ничего – одна мука. Я никуда не выходил. Вечером вдруг стало, даже днем еще, хорошо и тепло. Т<о> е<сть> скверно все до невыразимости, но говорили о простых съестных вещах, небо разъяснивалось, хотелось ехать к кому-то на блины, закупать у Баракова постных продук<тов>11, топить печи, покупать иконы, писать и много читать. И отправл<ение> завтра в лавку, и ходьба, и утро, все представлялось как приятное. Но целый день хотел спать.

* Подрывают (фр.).

9/26 (понед.)

Утречком бегал к Григорьеву. Выдали. Что же было, не помню что-то. Хорошее настроение.

200 р.

10/27 (вторн.)

Побежал в «Литературу». Там Сологуб, Слезкин, Гумилев. Холодно очень. Прибежал писать статью12. Юр. нет в лавке, звонил, звал. Дома писались, но не поспел всего. Настроение хорошо.

817 р.

11/28 (среда)

Что же было. Бегали в кофейню. Обедали хорошо. Выходил бриться. Искал пончиков. Съел Кузьм<ин>-Караваев только что передо мною. Юр. спал. Пили чай. Вечер провели у Мухиных. Они отходят несколько.

12/29 (четверг)

Писал. Зимний, хороший день. Внутренняя теплота продолж<ается>. Бегал к Бурцеву. Был там Большаков. По-прежнему трепетен и льстив. В лавке тихо. Наверху Костя. Юр. киснет. Были в кинемо. «Таис»13. Дрянь невероятная. Пили чай, топили печку. Ели картофель с постным маслом. Читали Лескова.

100 р.

13/30 (пятница)

С утра побежал по морозу на Сайкин. Все благополучно. Там тепло и уютно. Я люблю те места, хотя «народное» в Петербурге более чем когда-либо заменено хулиганским. Купил пирожных, пирожков. Юр. встал уже. Весело и хорошо обедали. Пошел в «Миров<ую> лит<ературу>»; там разные люди. Тихоновы очень милы. Купил бумаги у Исаича. Насилу дотащил. В лавке пили чай. Юр. бегал за булочками. Славно. Только голова побаливает от холода. Звонил Тяпе. Звала завтра. Условились в «Привале». Дома топится печь. Хорошо. В «Привале» ничего не готово, все раздражены. Бобиш ничего не помнит, все, казалось, нами пренебрегают. Столы убрали, скамейки. Много знакомых. Рано ушли, т. к. Юр. забыл дома документы14. Кажется, что теплее. Бобиш очень расстроил мои планы.

727 <р.>

14/2 (субб.)

Что же было? Мороз. Денег нет. Юр. начал скучать. Еле добились в лавке денег. Купили кое-чего. Всё возились с печкой. Все время хочется есть. Выходил бриться. Холод ужасный. Хорошо обедали. Юр. хотелось в кинематограф. Сегодня много предложений, но не хватает денег15. Мечтаем глупо о еде и жизни сносной. Переживем эту гадость или погибнем? У Т<амары> М<ихайловны> было очень душевно.

100 <р.>

15/2 (воскрес.)

Весь день провалялся. Капризничал с едой, с дровами. Мерз, дрожал, но вечером побрели к Ландау. Там было собраньице и вино экономически. У меня жар.

16/3 (понед.)

Что же было. Нездоровится, знобит а на улице тепло. Рано были в лавке. Юр. достал у Алейникова. Звонил Сашенька, звал к себе. Тепло совсем. У них хорошо. Пили чай у печки. Ели репные котлеты и горошек. Душевно шли домой.

17/4 (вторн.)

Темно и тепло. Нездоровится. Хотелось лечь и закутаться. Но разгулял<ся>. Юр. вышел со мною. Зашли в кофейню. Содрали и обкормили сахарином. На собрании было ничего себе. Хорошо обедали. Юр. ходил со мною и в «Мировую литерат<уру>». Был там Блок, Гумилев, Ходас<евич?>, Потапенко, Зарудный, разные личности. Дали очень мало. И все есть хочется. Мечтаю о еде, во сне снятся пироги. В лавке идет хорошо торговля. Сидели долго. Пили чай. Юрочка притащил булку. Дома мирно и славно. Но что же будет? Вытерпим ли?

200 р.

18 (среда)

В лавке торговали бойко. Но Юр. скучал без денег. Потом побежал к доктору. Я все правил «Таис»16. Купил он рахату. Опять ставили самовар. Как-то киснет мой милый, хотя очень хорошо пишет. Взял у Совопулы.

80 р.

19/6 (четверг)

Почему-то не пошли в лавку. Был у Иммаишвилли – нету. Брился. Хорошая погода, ничего себе. Мамаша обиделась, зачем,