Час сердца. Терапия «здесь и сейчас» - Бенджамин Ялом

очень личной информацией. О смерти Мэрилин упоминалось на нескольких недавних консультациях, но всегда об этом говорили пациенты, которые читали ее некролог в газете или каком‐нибудь журнале и хотели выразить мне свои соболезнования. Это было впервые, когда я сам признался в этом, и, надо сказать, не без сомнений. Но я посчитал, что Маргарет будет полезно это услышать. В попытке нас сблизить я бросил на кон свою уязвимость.

Мое откровение явно ошеломило ее, сбило с толку. Несколько мгновений она колебалась, затем открыла рот, чтобы заговорить, но не смогла вымолвить ни слова. Наконец она сказала: «Извините, мне так жаль… – затем продолжила: – Мой брат звонит, но мы почти не разговариваем. Я думаю, он…»

«Маргарет, позвольте мне спросить вас кое о чем. – Я почувствовал, что она отдаляется, и постарался прервать это, возвращая ее внимание к тому, что происходит здесь и сейчас. – Что вы почувствовали, когда я рассказал вам о том, что потерял жену? Какие эмоции или мысли это вызвало в вас?»

«Э-э‐э, никто никогда не говорил мне ничего подобного, чего‐то такого, такого… Я не знаю… такого личного. Между нами возникла связь. И затем… Я не смогла вам ответить… Я не знала, что сказать».

«Попытайтесь вспомнить, что приходило вам в голову, когда вы думали о том, что сказать».

«Э-э‐э… страх. По большей части страх. Я чувствовала, что от меня чего‐то ждут – чего‐то, к чему я не была готова. Вы даже сказали, что вы можете поучиться у меня».

«Да. И что?»

«Я чувствовала себя… э‐э‐э… пустой. В конце концов, я страдаю аутизмом. Что я могу вам предложить?»

«Маргарет, вы слишком строги к себе. Мне очень жаль, что наше совместное времяпрепровождение подходит к концу, но, прежде чем мы закончим, у меня есть один важный вопрос. Что вы думаете о том, как проходит наша с вами сегодняшняя встреча?»

Маргарет посмотрела на меня немного недоуменно.

«Скажите мне, – спросил я, – как вы думаете, эту нашу встречу можно назвать близкой и сердечной?»

Она энергично кивнула: «Безусловно».

«И как ощущались эти близость и сердечность – хорошо?»

«Да. О, да».

«Я полностью согласен, Маргарет. Я чувствую то же самое. Я очень сильно это ощущаю».

«Спасибо».

«Что вы. Это я вас должен благодарить, Маргарет. Чтобы создать такую атмосферу, нужны двое».

Она вдруг начала громко рыдать. Я дал ей несколько мгновений на это, а затем сказал: «Я очень тронут вашей реакцией. Важно не только переживать, но и выражать свои чувства. И вы способны на это гораздо больше, чем думаете».

«Аутисты не склонны к близкому контакту».

«Не скажу по поводу аутистов, но я только что узнал, как общается Маргарет, и я считаю, что вы недооцениваете себя».

Она продолжала плакать.

«Я боюсь, что навсегда останусь одинокой».

«В моей области, Маргарет, мы называем подобные идеи „самоисполняющимся пророчеством“. Другими словами, вы играете определенную роль в том, что происходит с вашими отношениями. Если бы мне пришлось выбрать что‐то особенное из нашего сегодняшнего разговора, то я бы сказал, что у нас с вами было настоящее взаимодействие. И я надеюсь, что вы запомните это. Верно?»

Она энергично закивала головой, вытирая слезы.

«Маргарет, для того чтобы возник контакт, нужны двое. И вам это сегодня со мной удалось».

В конце сеанса я предложил ей найти местную группу поддержки для людей с аутизмом. Я также подумал, что ей пойдет на пользу индивидуальная терапия, и дал ей контакты прекрасного психотерапевта, которого знал в Мельбурне.

—

Несколько недель спустя я связался с этой коллегой и узнал, что Маргарет так и не проявилась. Обеспокоенный, я отправил Маргарет электронное письмо, в котором еще раз предложил ей обратиться к этому психотерапевту.

Днем позже Маргарет прислала длинное письмо, в котором говорилось, что в данный момент она не считает терапию необходимой. Ее заключительными словами были:

Я была особенно тронута Вашей реакцией на мое эссе. То, что Вы выслушали меня, и то, что оно Вам понравилось, много для меня значило. И после нашей беседы я почувствовала, что у меня все не так уж и плохо. Мне удалось получить от нашей сессии то, что хотелось. На самом деле я получила даже больше: возросло чувство собственного достоинства и уверенности в себе. На данный момент мне этого достаточно.

Благодарю Вас

В последующие недели я много думал о Маргарет. Ее состояние крайнего одиночества преследовало меня и при этом стало служить своеобразной лакмусовой бумажкой собственной жалости к себе в те моменты, когда я чувствовал себя безмерно одиноким. Даже без Мэрилин и в разгар эпидемии ковида у меня были дети, которые навещали меня, ежедневные сеансы с пациентами и замечательный молодой человек Джо, который недавно переехал в мой дом, чтобы помогать в уходе за мной. Возможно, мое положение и не было таким уж плохим. Я знал, что не смог бы вынести той чудовищной изоляции, в которой жила Маргарет, но подозреваю, что виды и степени взаимодействий и связей, к которым каждый из нас стремится, довольно сильно разнятся. Если разовая встреча со мной показалась Маргарет близким и достаточным взаимодействием, то кто я такой, чтобы возражать?

Иногда я представлял, какой могла быть ее работа с психотерапевтом, на что это могло быть похоже. Я также представлял, как она общается с другими людьми в реальной жизни: например, в группе поддержки людей с расстройствами аутистического спектра или, возможно, во время случайных встреч в отделе классической музыки местного музыкального магазина. В конце концов я написал этот рассказ и отправил ей с просьбой разрешить его публикацию. Ответа я не получил. Я уже совсем отказался от идеи включить его в книгу, когда два года спустя неожиданно пришло электронное письмо. Она дала разрешение на публикацию рассказа, но попросила включить в него следующий заключительный пассаж:

После моей разовой сессии с доктором Яломом моя жизнь и ее уклад значительно изменились. В 2022 году, спустя более трех десятилетий, я вернулась к христианской вере, которую приняла когда‐то в возрасте 19 лет.

Это означает, что я приняла Христа как Мессию, Господа и Спасителя; «…но я поставил себе за правило не думать о том, что осталось позади, а стремиться изо всех сил к тому, что впереди». – Послание к Филиппийцам 3:13.

Я никогда в точности не узнаю, как изменилась жизнь Маргарет, но сейчас я представляю, как она общается с кем‐то на церковном мероприятии. Я далек от религии, но ценю многое из того, что религия может предложить, особенно общинность и принятие, что для Маргарет может оказаться