Семья после ПТСР. Как стать родителем своей мечты - Робин Кословиц

Вы можете обозначить свои наиболее желаемые границы, используя позитивные формулировки (скажите им, чего вы от них хотите, а не чего вы не хотите), и дополнить вопрос стимулом: что это даст им (оставив слово за собой никаких возражений). Эта стратегия смягчит «нет» и сделает его более приемлемым для слушателя, а вам на самом деле будет легче отстаивать свое «нет». Главное – не вступать в дискуссии или диспуты. Если человек начнет спорить с вашими утверждениями, повторите попытку.

– «Я люблю, когда ты приходишь. Мне нужно, чтобы ты сначала позвонил и признал, что иногда, когда ты хочешь прийти, это не идет мне на пользу. Таким образом, когда вы все-таки придете, у нас будет приятный визит».

– «Мы с удовольствием проведем с вами три часа на вечеринке. Это то, что подходит для нашей семьи».

– «Я хочу быть лучшим сотрудником, каким только могу быть. Мне нужно уйти вовремя, так что завтра я смогу прийти отдохнувшим».

– «Я хотел бы помочь вам, когда это возможно, и мне нужно, чтобы вы принимали “нет” в качестве ответа, когда это невозможно. Таким образом, вы будете знать, что, когда я делаю вам одолжение, я делаю это от всего сердца».

Напишите свои утверждения о границах дозволенного. Затем вы можете повторять их до тех пор, пока они не станут казаться естественными. Со временем это станет легко, и вы почувствуете прилив сил.

Недавно я сводила своих детей в боулинг. Для детей это был довольно приятный день, но для меня он был довольно нервным. Мой младший ребенок капризничал: подгузники пришлось менять по несколько раз в разных местах. В боулинге было шумно и ярко, и у меня мгновенно заболела голова, как это бывает в перевозбуждающей обстановке.

Некоторые моменты того дня мне понравились: радость на лице моего полуторагодовалого сына, когда он покатил мяч, сбивший все кегли, и окружавшие нас люди поздравили его, была бесценна. И правда, когда это мама радовалась тому, что он все испортил и устроил беспорядок? Видимо, недостаточно часто!

Мой девятилетний сын сказал:

– Мамочка, это был самый лучший день в моей жизни.

И для него это было так; но для меня это было в основном изнурительной суматохой. Кто из нас прав, он или я? На самом деле, мы оба.

Мне не нужно убеждать моего сына, что тот день был ужасным. Мне не нужно, чтобы он подтверждал, мои слова о том, как мне было тяжело. Ему не нужно, чтобы я меняла свое мнение и заставляла себя верить, что это было чудесно. Я могу разделить его радость и удовлетворение, даже если сама этого не чувствовала. Нет ни одной по-настоящему верной интерпретации того или иного события, и это нормально.

Границы означают, что у каждого из нас может быть своя интерпретация реальности. Ему позволено веселиться, когда у меня болит голова; мне позволено испытывать головную боль и не получать от этого полного удовольствия. Совершенно нормально, когда одно и то же событие воспринимается по-разному: в этом нет ни малейшей проблемы.

Установление личных границ – лучший способ выйти из затруднительного положения. Все мы независимые люди, существующие в реальности, которая сосуществует с реальностями всех остальных, но находится за их пределами. В этой истории реальность моего ребенка была близка к моей, но не совсем идентичной. Это не только нормально, но и так и должно быть, потому что уважение наших сходств и различий – это то, как мы можем наладить отношения друг с другом.

В вашей жизни могут появиться новые неоднозначные, запутывающие вас люди, и теперь у вас есть несколько инструментов, чтобы распознать их и сразу принять меры. Если по тесту в главе 3 вы набрали больше всего баллов как запутавшийся родитель, вы можете сразу перейти к главе 9 и ознакомиться с моей моделью AIM, которая углубит ваше понимание того, как работать с вашими ежедневные триггерами и как относиться к вашему жизненному опыту. Если тест показал, что вы чаще ведете себя по-другому, сначала ознакомьтесь с главами 4–8.

Глава 5

Родитель-перфекционист

Это нормально – хотеть, чтобы наши дети были здоровы и счастливы. Это нормально – хотеть, чтобы они были в безопасности. Это нормально – хотеть, чтобы они развивались и достигали совершенства во всем, чем хотят заниматься. Но если вы верите, что, приложив достаточно усилий, сможете сделать своего ребенка счастливым, здоровым или успешным, то вы, вероятно, перфекционист. На самом деле мы можем только направить наших детей; а что произойдет после, не будет от нас зависеть. Однако родители-перфекционисты смотрят на мир через иную призму; для них он более страшный, чем для других родителей.

Существует разница между стремлением быть настолько идеальным родителем, насколько это возможно – что бы это ни значило для вас – и стремлением быть перфекционистом. Я вижу в этом разницу как между фразами «я хочу» и «что, если». Я хочу, чтобы у моих детей была красивая одежда, верные друзья и чтобы они были счастливы: это разумные родительские ожидания. Но если ваши опасения по поводу достижения этих целей выражаются в виде «что, если» (например, «Что, если у моего ребенка не будет друзей?», «Если мой ребенок не будет счастлив?»), вы будете руководствоваться настоятельной необходимостью предупреждать каждую возможную ошибку, словно находитесь на экзамене. Если вы постоянно реагируете на внутренние «что, если» вместо того, чтобы жить в моменте и спокойно пользоваться родительскими инструментами, вы действуете в соответствии с глубинными страхами вашего внутреннего ребенка, а не занимаетесь воспитанием ребенка, который находится прямо перед вами. Но, как вы уже знаете, ваш внутренний ребенок не может воспитывать ребенка.

При начавшейся тревоге у нас есть два типа реакций: вы можете либо пойти в свою тревогу и устранить ее, либо полностью избежать проблемы и удалиться от мира. Родители-перфекционисты идут навстречу своей тревоге, чтобы попытаться контролировать результат. По иронии судьбы, на самом деле это ни что иное, как реакция на стресс, вызванный бегством, потому что они пытаются избежать потенциальной опасности. Я познакомилась с Эллисон на одном из моих курсов по родительству. Ее ребенок погиб от удушья, потому что он оторвал кусочек пластика от конструкции ходунков и положил его в рот. Несмотря на то, что Эллисон получила компенсацию в результате коллективного иска о неисправности оборудования, она убеждена, что трагедия произошла из-за ее недосмотра. Теперь, когда она занимается воспитанием своего второго ребенка, она не позволяет себе ничего, что могло бы отвлечь