Чиновник особых поручений Андрей Заблоцкий-Десятовский - Элина Олеговна Захарова

исследователи видели только недоверие авторов к умственным способностям крестьян[544]. Отчасти это так, поскольку если бы авторы полностью верили в возможности крестьянина, то отпала бы сама необходимость составления книг для них. Но при этом никогда, по крайней мере, Заблоцкий не сомневался в умственных способностях крестьян.

В сборнике Андрей Парфёнович оставался верен темам, затронутым им в публицистике для образованных хозяев. Для издания он написал: «О том какую землю какой хлеб любит»; «как надобно пахать землю, чтобы хлеб хорошо родился»; «Откуда пошло Русское государство»; «что рассказывал крестьянин Прокофий про немцев – колонистов». Очень трудно сравнивать эти рассказы со статьями Заблоцкого, поскольку язык «Сельского чтения» сознательно упрощён, но общие идеи прослеживаются, например, о создании Петром I русского государства. Весьма удачная, но всё же искусственная имитация простонародного языка – первая попытка авторов найти общий язык для разговора с малообразованными читателями. Интересно, что, готовя книги к публикации, Заблоцкий, подшучивая над другом, пытался в такой же простонародной языковой манере писать письма кн. В.Ф. Одоевскому.

Рассказывая крестьянам о России, Заблоцкий использует понятные для населения примеры: говоря о границах империи, он обозначает их известными ориентирами: «границы у Русского царства на севере – Северный океан или Ледовитое море, от которого отделяется особое Белое море, где стоит Соловецкий монастырь, славный угодниками Божьими. Ещё поближе лежат Каспийское море и Персидское государство, у которого мы завоевали армянскую область и высокую гору Арарат, где остановился Ноев ковчег после Всемирного потопа»[545]. Внутреннюю географию автор также связывает с религиозным пространством: «губернский город Воронеж, где покоятся мощи святителя Мит-рофания»; «самый славный город на Днепре есть Киев с пещерами и мощами святых угодников»[546]. Объединение сакраментального пространства с географическим показывает масштабы взглядов самого Заблоцкого.

Войну России с Польшей, подразумевая под эти разделы Речи Посполитой, он объяснял с религиозной точки зрения – как притеснение православных католиками[547]. Такое толкование крестьянам было гораздо понятнее. Обращение к религиозной тематике очень показательно, так как это ещё одна попытка авторов найти общий язык с малообразованными читателями. В остальном своём творчестве Заблоцкий совершенно не касался религиозных вопросов. Эта тема появляется только в литературе, предназначенной для чтения низшими слоями. Все книжки для крестьян, где Заблоцкий принимал участие, начинались с общих религиозно-нравственных наставлений, обязательно подчёркивающих идею о царе как Помазаннике: «Помня всегда о Боге, ты должен также помнить, что на земле есть Помазанник Божий – Государь, которого ты обязан любить, повиноваться во всем Ему и установленным от Него Властям»[548]. Таким образом, авторы сразу выстраивали для крестьян иерархическую картину власти.

Заблоцкий связывал географию с историей Россией: «На западе у нас лежит Балтийское море и по ту сторону шведское государство, которого короля Карла Двенадцатого наш государь Петр Великий разбил под Полтавой». Прежде чем говорить об устройстве нашего государства, он упоминал библейскую историю о сотворении Богом мира. Связывая историю страны с историей всемирной и Священной, Заблоцкий включал Россию в общемировое пространство. На основе подобных примеров и построены все его рассказы для крестьян об истории страны.

Говоря об устройстве и создании русского государства на первое место, как и в других своих статьях, Заблоцкий выдвигал фигуру Петра I. В личности государя подчеркивалась именно самостоятельная деятельность – «сам строил корабли, своими руками ковал железо, сам спасал тонущих людей». Это сопоставление императора с крестьянином, который тоже всё делал сам, было понятно крестьянину и объясняло ему сущность власти государя. Схожие мысли о Петре I как создателе государства встречаются во многих других работах Заблоцкого.

«Сельское чтение» стало образцовой простонародной книгой. Вероятно, на её основе и для популяризации самой идеи создания простонародных книг в Учёном комитете МГИ в 1848 году разработаны условия для создания последующих крестьянских сочинений. Среди этих требований: учитывать условия и характер различных местностей – «не предлагать северному поселянину то, что может быть доступно южному»; избегать отвлеченных рассуждений, излагая от простого к сложному; использовать к месту простонародные пословицы и поговорки, выражаться ясным, чистым русским языком, избегая ученого книжного тона и т. д. В книгах авторы должны были рассказывать об обязанностях и отношении крестьян к высшим властям, объяснять физические явления, как-то свойства почв, принципы разведения и содержания домашнего скота и. т. д.[549]Всем этим условиям книжки «Сельского чтения» вполне соответствовали и наряду с другими изданиями стали примером для составления[550].

Стоит отметить, что не только Заблоцкий и В.Ф. Одоевский в МГИ занимались составлением книжек для крестьян. Составление краткого «катехизиса сельского хозяйства для распространения правильных понятий о сельском хозяйстве между казенными поселянами» было поручено Энгельгардту[551]. Но в силу занятости чиновника министр предложил привлечь к работе Заблоцкого и князя Одоевского. Это дело, как и многое, что задумывалось в недрах МГИ, ничем не закончилось. Однако, это показатель, что тандем Заблоцкого – Одоевского был признан удачным и на самом высоком уровне. Популярность сборника признавалась не только сотрудниками министерства Киселёва, но его оценили и в Министерстве народного просвещения. Фактически с момента выхода первых книжек департамент народного просвещения озаботился покупкой книг для своих нужд, но столкнулся с проблемой. Купить книги с первого раза департаменту не удалось, потому что весь тираж МГИ приобрел для своих приходских училищ. Департаменту пришлось ждать, увязнуть в очередной бюрократической переписке с департаментами МГИ и ждать пока Заблоцкий допечатает новый тираж – 2000 экземпляров, который целиком выкупится ими. Свои экземпляры департамент народного просвещения разошлёт губернским директорам училищ для введения в употребление. Точно также с ожиданием и проволочками произойдет покупка второй книжки[552]. И на протяжении многих лет Министерство народного просвещения по мере истощения своих книжных запасов, по требованию своих книгохранителей будет стабильно покупать книги Заблоцкого[553]. Но при этом сотрудники Министерства просвещения видели в книге отрицательные черты, как-то: грамматические ошибки, отсутствие единой объединяющей каждую книжку идеи и др. Поэтому министерство народного просвещения смогло рекомендовать книжку только для сельских приходских училищ[554]. Впрочем, это не противоречило ни идее самой книги, ни её предназначению. Тоже Министерство купит следующее совместное творение Заблоцкого и Одоевского – «Рассказы о Боге, человеке и природе»[555].

Если «Сельское чтение» вероятнее всего не имело аналогов в европейской литературе, то за основу для следующего совместного издания – «Рассказов» Заблоцкий и Одоевский взяли книгу немецкого педагога Якоба Вурста «Das erste Schulbuch»[556]. Но по уверению авторов многое было написано заново и переделано к российским потребностям. Как обычно при совместной работе они