Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Ни один из игроков не столкнулся с брейк-пойнтом в финальном сете, пока Федерер не подавал на 4-й.

Сампрас на протяжении своей карьеры долгое время работал над тем, чтобы добиться достаточно качественных возвратов и получить один брейк-пойнт – все, что зачастую было нужно для выигрыша сета, с его-то разрушительной подачей.

Казалось, что такой момент настал, и Сампрас действительно получил два брейк-пойнта. Но, как ни странно, он потратил и первый, и второй. На счете 30–4 °Cампрас выполнил невнятный бэкхенд, чем Федерер и воспользовался. Затем на преимуществе в счете Сампрас отбил форхенд в сетку. Удар был неслабый, но, вероятно, Сампрас нашел бы способ его отбить на пике своих возможностей.

– Мне казалось, что обычно я выхожу из таких ситуаций на этом корте, – признался Сампрас. – Для меня брейк-пойнт равносилен матч-пойнту. В этот раз так не произошло.

Федерер подавал и повел 5–4, затем 6–5, после чего быстро перехватил инициативу на следующей подаче Сампраса, выполнив виннер слева на втором розыгрыше. Затем Сампрас, двигаясь немного скованно, упустил счет до 0–30. Он вернул один розыгрыш (15–30), но проиграл следующий, ударив в сетку.

Счет 15–40. Матч-пойнт для подростка. Сампрас, верный своим привычкам на Центральном корте, указательным пальцем вытер пот со лба и выполнил первую подачу. Она была сложной, но Федерер справился.

– Особенность Пита в том, что он может расставить все точки над «i» своей подачей, а в особо важные моменты эта способность бесценна, – считает Пол Аннаконе, на тот момент тренер Сампраса. – Я помню, как подумал, что Пит сделал подачу примерно на на восемь дюймов ближе, чем хотел, что для него несвойственно в решающий момент.

Федерер шагнул вправо и ударил виннер справа по линии, до которой атакующий Сампрас не мог дотянуться. Победная серия Сампраса из 31 матча на Уимблдоне завершилась. Федерер упал на колени и перекатился на спину, закрыв лицо руками, прежде чем вскочить на ноги для рукопожатия. У него потекли слезы.

– У меня было ощущение, что я действительно могу его победить, – поделился Федерер. – Это чувство сопровождало меня всю дорогу. Вот почему я выиграл.

Он играл как завсегдатай Центрального корта.

– Я думал, что этот момент возьмет под контроль Роджер, а не Пит, – сказал Аннаконе. – Как ни странно, мне показалось, что ни того, ни другого не произошло. Просто Роджер играл немного лучше, что было неожиданно. Это был переломный момент.

Когда матч закончился, Федерер снова выглядел новичком: он пошел к выходу, в то время как Сампрас остановился для традиционного поклона. Федерер, застенчиво улыбнувшись, быстро изменил направление, чтобы уйти вместе с семикратным чемпионом после своего поспешного поклона.

Он посвятил победу Бьорну Боргу, шведскому образцу для подражания и близкому другу Лундгрена, которого последний удивительно хорошо изображал. До изобретения тех времен, когда номер звонящего начал определяться, Лундгрен мог обмануть своими пародиями даже товарищей из Швеции. Однажды он убедил Йонаса Бьёркмана в том, что Борг пригласил его на обед. Бьоркман узнал правду, только когда пришел в модный ресторан в Монте-Карло.

– Он говорит как Борг, даже лучше самого Борга, – признает Бьоркман.

Голос был настолько знаком Федереру, что ему было трудно сохранять невозмутимое лицо, когда он наконец встретил настоящего Борга в Монте-Карло в начале 2001 года.

Один из величайших теннисистов, Борг выиграл сорок один одиночный матч подряд на Уимблдоне и получил пять титулов подряд. Сампрас хотел повторить этот подвиг.

Федерер остановил его, и теперь он хотел поговорить с Боргом напрямую. Телефонный звонок был организован быстро. Агент Федерера Билл Райан давно работал на Борга.

– Роджер был похож на маленького ребенка в кондитерской, когда разговаривал с Боргом, – улыбается Райан. – И глаза по пять копеек.

Федерер обыграл Сампраса, ударив равное количество эйсов (двадцать пять), более последовательно выполняя прием подачи, много раз выигрывая розыгрыш второй подачей и нанося удары по мячу более авторитетно. Он часто удивлял Сампраса скоростью его ударов.

– Это правда, – признается Сампрас. Я не хочу сказать, что был подавлен, но за игрой Роджера определенно стоял некоторый вес, к которому, думаю, я не привык. Я впервые играл с ним. Если бы я играл с ним на следующий день, я был бы более подготовлен, но тогда мне было немного не по себе. На тот момент он был очень хорош. Через пару лет он стал великим. Я знал, что у него есть талант и что он будет какое-то время в топе, но не думаю, что кто-то мог предположить, что он будет доминировать в течение следующих двадцати лет. Это не Тайгер Вудс или Леброн Джеймс, когда с двенадцати лет понятно, что они станут суперзвездами. В теннисе не все так однозначно. Чтобы развиваться, нужно время.

Об этом Федереру напомнили два дня спустя, когда он проиграл Хенману в четырех сетах: 7–5, 7–6 (6), 2–6, 7–6 (6). Да, он выиграл свой первый крупный титул в девятнадцать лет, но у него болела нога и ему потребовалось обезболивающее, чтобы выйти на корт. Преимущество Роджера над соперником даже на траве не было очевидным, но он произвел сильное впечатление. Ничто так не поднимает дух юного игрока, как победа над суперзвездой в одном из самых важных матчей. Примером может служить победа Наоми Осаки над Сереной Уильямс в бурном финале Открытого чемпионата США 2018 года. Правило сработало и для Федерера.

– Я думаю, что матч с Питом Сампрасом все изменил, – сказал Лундгрен. – Потому что тогда все узнали, кто такой Федерер. Если вы обыграли Пита Сампраса на Центральном корте в Уимблдоне, то становится понятно, что вы на коне. Я имею в виду, что у Роджера были неплохие результаты и до этого, но менеджеры твердили: «Что не так? Почему он не выигрывает больше?» Я отвечал им: «Он еще не готов». Он отличный теннисист, и нужно время, чтобы выбрать правильное оружие в нужный момент. У него было так много инструментов. Вероятно, у него было пятнадцать вариантов каждого удара.

Победа Сампраса оправдала надежды Лундгрена, Питера Картера, а также успокоила заинтересованных агентов и спонсоров. Хотя это, несомненно, был момент взросления, это еще не означало, что Федерер взобрался на вершину.

– Давайте не будем делать окончательных выводов, – сказал Сампрас в день своего поражения. – Я имею в виду, что я только что проиграл, но я планирую вернуться, поэтому я и играю в этих турнирах. Я чувствую, что причина, по которой я остановился, не в моих способностях, причина в том, что я больше не хочу этого делать. Нет повода паниковать и думать, что я не смогу вернуться сюда и снова выиграть здесь. Я чувствую, что всегда