Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Сампрас никогда не выиграет еще один Уимблдон, но заставит замолчать скептиков, выиграв четырнадцатый титул турнира Большого шлема в одиночном разряде на Открытом чемпионате США 2002 года, который станет его последним матчем. Что касается Федерера, то, несмотря на его хладнокровие и успех во Всеанглийском клубе в 2001 году, он еще не был готов доминировать. На этом этапе он получил травму, и после непродолжительного выступления в Гштааде, где он проиграл своему будущему тренеру Ивану Любичичу в первом раунде, Роджер взял вынужденный шестинедельный перерыв для восстановления в Биле-Бьенне.

Во время перерыва он стал шофером. После Ива Аллегро, а затем и Свена Суиннена соседом по дому Федерера стал Майкл Ламмер. Он пытался реабилитироваться после травмы лодыжки, но ему все еще нужно было ходить на уроки.

Федерер, у которого теперь были водительские права, вызвался помочь.

– Роджер сказал: «Я буду отвозить тебя в школу и заезжать за тобой, потому что я тоже травмирован и у меня очень гибкий график. Я буду для тебя таксистом», – вспоминает Ламмер.

Мирка Вавринец, которая тоже оправлялась от травм в Биле, проводила много времени с ними обоими.

– К счастью, Мирка начала присматривать за нашей квартирой, так что нам повезло, – смеется Федерер. – Мы с Майклом до сих вспоминаем, как он пришел навестить меня, мы поужинали и обсудили, как хорошо, что Мирка есть в нашей жизни. Наконец, мы смогли нормально дышать, без всей этой пыли.

Федерер закончил год на 13-м месте – значительное улучшение по сравнению с 2000 годом, но недостаточное для того, чтобы претендовать на участие в финале элитного турнира с участием восьми человек в Сиднее, который в итоге выиграл Ллейтон Хьюитт.

Сезон 2002 года начался благоприятно для Федерера, он заработал титул в Сиднее, показал себя на Кубке Дэвиса в Москве, дошел до финалов в Милане и Майами, а затем выиграл еще один титул на грунте в Гамбурге после побед над мастерами грунтовых кортов, Густаво Куэртеном и Сафиным. Но Федерер все же проиграл в первом раунде Открытого чемпионата Франции Хичаму Арази, прежде чем вернуться на Уимблдон в качестве седьмого сеяного и одного из фаворитов ставок после своего выступления в прошлом году.

Джон Макинрой, агрессивный игрок и смелый в своих предсказаниях, пророчил Федереру титул. Всеанглийский клуб, явно веривший в стиль и перспективы Федерера, поставил его на Центральный корт против квалификационного игрока из Хорватии, Марио Анчича, высокого и худого умного теннисиста, родом, как и Горан Иванишевич, из прекрасного прибрежного города Расколоть. В восемнадцать лет Анчич был на два года моложе Федерера и впервые выступил на турнире Большого шлема. Анчич показал атакующий теннис и разгромил Роджера 6–3, 7–6 (2), 6–3, еще раз доказав, что опыт игры на Центральном корте – это не залог превосходства и постоянного успеха.

На тот момент это был самый печальный момент в карьере Федерера. Вдобавок настало время, когда соглашение с Nike надо было продлевать, а ситуация с IMG изменилась из-за разногласий по поводу некоторых деталей контракта.

Теннис – это вид спорта, где заработки за пределами корта значительно превосходят призовые деньги. В мире спортивного бизнеса начались искренние сомнения, будет ли Федерер следующим № 1 или просто одним из талантливых игроков.

Ллейтон Хьюитт, теннисист почти того же возраста, уже стал лучшим игроком в мире и выиграл Уимблдон в 2002 году, победив другого соперника Федерера – Давида Налбандяна из Аргентины – в финальном матче. Известности добился и Энди Роддик, быстро подающий и сообразительный американский подросток, пришедший с гораздо более важного коммерческого рынка, чем Федерер, и вошедший в топ-10.

Для Федерера это был тревожный и неопределенный период, и все будет еще хуже, гораздо хуже.

* * *

В начале августа Федерер и Лундгрен отправились в Торонто на турнир Masters Series – начало летнего сезона на кортах с твердым покрытием.

1 августа поздно вечером у Лундгрена зазвонил телефон. Это был Даррен Кэхилл, тренировавший Андре Агасси.

– Я думал, что Даррен звонил мне, потому что Агасси хотел сыграть с Роджером, – вспоминает Лундгрен. – Но Даррен сказал: «Сядь».

Кэхилл сообщил Лундгрену, что Питер Картер погиб в автомобильной катастрофе во время своего медового месяца в Южной Африке на пути к национальному парку Крюгера. Картеру было всего тридцать семь лет. Мать Федерера Линетт помогла организовать поездку, и сам Федерер часто уговаривал Картера и его жену Сильвию там побывать.

Но Южная Африка при всем своем очаровании и красоте природы остается одним из самых опасных мест на планете для езды на автомобиле. 1 августа Картер ехал в Land Rover, за рулем которого был его друг. Ему пришлось свернуть, чтобы избежать встречного транспортного средства. Впереди был мост, и водитель потерял контроль. Land Rover перевернулся, упал с края моста и приземлился на крышу, раздавив и убив Картера и его друга.

Сильвия ехала в отдельном автомобиле и не пострадала. Медовый месяц задумывался еще и как праздник в честь ее выздоровления. Ей поставили диагноз лимфома Ходжкина вскоре после свадьбы в 2001 году, но к лету 2002 года лечение было признано успешным, и они с Картером наконец смогли совершить отложенную поездку в Южную Африку.

Все закончилось трагедией, и Лундгрен должен был сообщить об этом Федереру. Он оставил ему телефонное сообщение, и, наконец, Роджер перезвонил. Уже выбывший в одиночном разряде, он был в городе, но вскоре мчался в слезах по незнакомым улицам, пытаясь осознать, что ему только что сказал Лундгрен

«Он сделал именно то, что делают маленькие мальчики, столкнувшись с чем-то огромным и темным: он бежал», – написал С. Л. Прайс, интуитивный американский журналист, в статье для Sports Illustrated.

Федерер оказался в гостиничном номере Лундгрена.

– Он вошел и посмотрел на меня, и я выглядел дерьмово, что, конечно, неудивительно в той ситуации, – сказал Лундгрен. – Я был опустошен. Это было тяжело как для меня, так и для Роджера. Мы с Питером были очень близки. Мы много времени проводили вместе. Роджер потерял своего бывшего тренера и друга. Я знал, как много Питер значил для Роджера. Мы оба впервые пережили подобное.

Лундгрен позвонил и Свену Грюневельду, который тренировал Грега Руседски в Торонто. Он попросил его зайти. Лундгрен, а не Федерер, рассказал Грюнвельду о Картере.

– Роджер был опустошен, – вспоминает Грюневельд. – Он не мог говорить. Он был полностью уничтожен.

Состоние Федерера, которому через неделю исполнялся двадцать один, усугублялось той ролью, которую он и его семья сыграли в поездке Картера. К горю примешалось чувство вины.

– Я думаю, это мучало его больше всего, – считает Грюнвельд.

Той ночью Федерер почти не спал, но на следующий день каким-то образом все же сыграл четвертьфинал парного разряда с партнером из Южной Африки Уэйном Феррейра. Они проиграли в третьем сете на тай-брейке Сандону Столле и Джошуа Иглу, австралийцам, что, безусловно,