Ренард. Зверь, рвущий оковы - Дмитрий Шатров

В её голосе ревела лавина, гремели громовые раскаты, трубили трубы Армагедонна… Эха не было вовсе. Просто треснули стены. Пол дрогнул, посыпался из кладки песок, часто защёлкали мелкие камешки. Кровать, наконец-то, не выдержала и рухнула, осыпав Ренарда россыпью щепок и обломками досок.

Богиня шагнула к нему, окинула презрительным взглядом, недовольно скривилась. Де Креньян и в самом деле представлял собой жалкое зрелище. Спущенные штаны, вздыбленный блуд… Израненный... Бледный, как приспешник самого Анку…

— Tychtaransol, — выплюнула она слова древнего заклинания, выпростав в его сторону руку.

Повинуясь жесту богини, демонические чары слетели, естество беспомощно сморщилось, к Ренарду вернулась способность двигаться. Вот только он не мог пошевелить даже пальцем. Суккуба не соврала и выжала его до полного изнеможения. Ладно, хоть довершить задуманное не успела.

— С-спасибо тебе… — прошептал де Креньян одними губами и с облегчением смежил веки.

Вместе с тем пришла жгучая боль в многочисленных ранах. Мышцы выкручивало, кости ломало, низ живота горел как в кузнечной печи. Тело будто превратилось в квашню. Ощущения, словно его на мельничный вал намотало. И там провернуло. Несколько раз.

— Недоросль, бестолковый, — сокрушённо покачала головой Бадб Катха и рявкнула, обернувшись к Сабине: — Чего сидишь, дура?! Перевяжи его. И штаны надень. Развели здесь бардак…

Та действительно сидела у стеночки, ни жива ни мертва с лицом белее туники. Её, кстати, она успела надеть, чтобы скрыть наготу, но это всё, на что хватило девичьего присутствия духа. Общение с демоницей она худо-бедно перенесла, но при виде темнейшей, была готова хлопнуться в обморок.

— Мне повторить?!

Окрик Бадб Катхи привёл её в чувство.

— Н-не н-надо, — пролепетала Сабина.

Метнулась к Ренарду, присела рядышком и принялась распускать на ленты батистовый плат. Посмотришь и умилишься, до слёз. Дева и рыцарь. Истинная ипостась селестинки. Но это, если всей подоплёки не знать.

В дверь забухали удары со стороны коридора.

— Открой, — бросила богиня сестре Августине.

Лязгнул засов, скрипнули петли, в келью ворвался встревоженный Блез. И, мгновением позже, Гастон. Первый в одних исподних штанах, с ножкой от стула в руках, второй в простыне с увесистым кубком. Они были готовы крушить и ломать, но запнулись, встретив богиню.

— Хор-р-роши, — зарычала она, оценив и наряд, и оружие. — Бородатый, ты совсем с ума сбрендил? Какого лешего вы припёрлись в этот вертеп?!

Раскатистая «Р» заметалась меж потресканных стен, вызвав новую песчаную осыпь. Блез сглотнул, спрятал обломок за спину и ткнул волосатым пальцем в Гастона.

— Это он.

— Чего сразу я?! — возмутился тот и на всякий случай спрятался за спиною приятеля.

Попытка Блеза направить гнев тёмной богини в новое русло не прошла. Она сейчас не искала виновных. Спрашивала с него, как со старшего.

— А у тебя башка на плечах для чего? Есть туда и оттуда смотреть?! Ладно сам, его ты зачем притащил?! — Бадб Катха обвиняющим жестом указала на Ренарда, возле которого суетилась послушница. — Видишь, что натворил?!

— Ох ты ж, малой… как же так… — Блез только сейчас заметил, что случилось с товарищем и дёрнулся было к нему, но его остановил окрик богини.

— Стоять! — рявкнула та. — Девочка без тебя справится.

— Да мы хотели как лучше, — прогундел в своё оправдание Гастон, выглянув из-за спины Бородатого. — Малой-то, мальчик ещё, ну вот я и подумал…

— Хотели они… подумали… Думать, это не твоё, остолоп! — пророкотала Бадб Катха, ожгла Бесноватого яростным взглядом и гаркнула во весь голос: — Стоять!

Этот окрик предназначался сестре Августине. Та улучила момент и толстенькой мышкой кралась на цыпочках к выходу. Вопль богини приколотил её к полу словно гвоздями.

— Сядь в свой угол и не отсвечивай! Я с тобой потом разберусь! — приказала Бадб Катха.

Толстуха отмерла, так же на цыпочках вернулась обратно и там слилась со стеной. Образно, конечно, выражаясь.

— Ты это… вашь высокородь… то бишь, светлейшая госпожа… — замялся Блез, перебирая почтительные обращения.

— Сдурел?! — рыкнула Бадб Катха, не позволив ему закончить. — Какая я тебе светлейшая госпожа?!

— Не обессудь, владычица… гладко говорить не обучен… — как мог извинился Блез и, бросив обеспокоенный взгляд на Ренарда, добавил: — Я это… малой-то, не ровён час, скопытится… Мож, поможешь ему?

— Чем помогу?! — взвилась Бадб Катха от ярости. — В десятый раз познать неземное блаженство?! С этим суккуба прекрасно справилась. Твоими, кстати, стараниями.

— Да нет же. Ты это… ты же всесильная, — продолжал уговаривать Бородатый. — Колдани чё-нибудь, чтобы его подлечить. Ну, чего тебе стоит?

— Не колдану, — сурово отрезала та. — Пусть и ему, и тебе уроком будет. На будущее.

Но Бадб Катха обещания своего не сдержала. То ли неуклюжая лесть Блеза подействовала, то ли богиня действительно принимала участие в судьбе де Креньяна, как бы там ни было, она сжалилась и «колданула».

— Aisghabhailonvolledig — проговорила она и провела перед собой раскрытой ладонью.

В воздухе повеяло настоем ромашки, Ренард дёрнулся, но тут же расслабился и задышал глубже, ровнее. Раны перестали кровить, стянулись, покрылись свежими струпами. Синяки из ярко-багровых превратились в изжелта-синие. На щеках проступил здоровый румянец. Бадб Катха могла бы его полностью исцелить, но этого делать не стала. Оставила напоминанием о сегодняшнем дне. Чтобы думал в следующий раз. Правильной головой.

— Спасибо тебе, всемогущая… — кинулся с благодарностями Блез, но богиня от него отмахнулась.

— Всё, вон отсюда! — повелела она и указала на дверь.

Ослушаться её не посмели. Блез помог всё ещё слабому Ренарду подняться на ноги. Гастон добыл его амуницию из-под толстого зада сестры Августины. Де Креньян едва встал, протянул руку Сабине, прошептал:

— Пошли.

Бадб Катха предостерегающе зацокала языком.

— Девочку я с собой заберу. Нечего ей делать в этом вертепе.

— А как с этой быть? — кивнул практичный Гастон на мать-настоятельницу. — Она непременно донесёт. Как пить дать.

— Не донесёт, — процедила богиня сквозь зубы, повернулась к толстухе, прищурилась.

Та поняла её правильно. Завизжала недорезанным поросёнком, отпихнула Гастона и припустила к двери, неуклюже подобрав подол одеяний. Ещё немного и скроется.

— Du melt! — прозвучало заклятье.

С пальцев богини сорвалась чёрная молния, ударила в спину беглянки и та рассыпалась жирными хлопьями сажи.

— Пять минут у вас, чтобы убраться отсюда, — буднично предупредила Бадб Катха и