Кабы я была царица, не поехала б в Сибирь - Лина Мак

от старшей и младшей.

— Боже, я очень надеюсь, что их будущие мужья умеют молиться, — прошептала обречённо

Таня, повисая на мне в такой привычной позе мартышки.

— А это здесь при чём? — совершенно не понимаю я, пытаясь понять, куда двинулись наши

девчонки.

— Ну вот ты плохо молился, Царёв, и тебе досталась я! — поясняет, как маленькому, а я

охреневаю тихонечко! — А я старалась, пускай и с опозданием. И у меня есть ты!

И что мне ответить на это, я даже представить не могу. Но то, с каким серьёзным видом

всё говорит Танюша, так и подмывает заржать в голос.

Но тут на весь дом раздаётся громкий крик девочек:

— Папа! Мама снова снегоходы сломала!

И мы не выдерживаем. Ржём вместе с Танюшей. И в этом своя соль нашей жизни, свой

стержень. Она — моя крошка‑матрёшка, которая однажды забрела в избушку медведя и

поселилась в ней на правах его покорительницы! И никто, ни одна душа не заберёт её у

меня, потому что я не отдаю своё!

* * *

— Мам, что ты снова читаешь? — ко мне подходит Тая и, сев рядышком, прижимается к

плечу.

— Да вот, — улыбаюсь младшенькой и, чмокнув её в белокурую макушку, показываю ей

книгу.

— Ма‑а‑ам, — хихикает Таюша, и я подхватываю её настроение.

У меня в руках лежит небольшая книга с красочными картинками под названием «Сказка о

царе Салтане». Вот где история на все века! Прямо о наших царицах.

А Тая продолжает улыбаться и только крепче жмётся ко мне. Ей уже четырнадцать. Даже

не верится! А ведь я недавно родила её. Будто вчера держала на руках маленький

вопящий комочек. А сейчас рядом со мной сидит угловатый подросток с невероятно

большими глазами и тёплой улыбкой.

Миша называет Таю лучиком. Вот да… Она и правда такая. Но у неё есть ещё две старшие

сестрицы — Ядвига и Тина! Ох, мать моя женщина, что за девочки растут у нас!

— Мам, а зачем ты сломала снегоходы? — спрашивает Тая, а я стараюсь сделать самое

невинное выражение лица.

— Я? Да ты что? Как я могла? — и даже похлопала ресницами.

— Не, у тебя всё равно не получается так, как у нас, — захохотала довольно дочь.

— И в кого ты такая умная? — улыбнулась в ответ.

— В тебя, — уверенно заявила дочь. — Но для справки: Ягодка один уже сама починила.

Я только глаза закатила. Вот кто бы сомневался! Эта девочка‑война иногда просто

невыносима. И чем старше она становится, тем больше хочется ей по заднице настучать.

Хотя Ягодка была довольно болезненным ребёнком. Нам было довольно сложно с ней. Те,

кто знают нас с Мишей, часто спрашивают, как мы решились ещё на двоих, учитывая,

какие качели‑карусели нам устраивала старшенькая.

Мы только молчали на такие реплики. Каждая из наших девочек — наше самое большое

сокровище. Но я честно сопротивлялась после Тины. Но куда там! С Царёвым разве

поспоришь! Он же как танк: прёт вперёд и не видит препятствий! А я… Я просто очень

сильно люблю его!

Самое удивительное, что мы особо никогда не бросаемся такими словами, но наши

отношения друг к другу — это как отдельная симфония. Мы просто живём так, чтобы наши

малышки видели пример и знали, каким должен быть настоящий мужчина!

— Мам, а у нас что, мясо закончилось? — в дом входит Тина, а за ней идёт молодая

волчица.

Когда два года назад Тина приволокла в дом щенка, мы чуть не поседели с Царёвым,

особенно после того, как узнали, где она его нашла. Но у маленькой волчицы была

сломана лапа. Тина выходила её, выкормила и отпустила. Впрочем, как и наш Серый,

который до последнего приходил к нашему дому, Воля (так дочь назвала волчицу) ушла в

лес. Но она приходит теперь не просто посидеть и понаблюдать за нашим сумасшедшим

семейством, а чтобы поиграть с Тиной.

Средней дочери уже шестнадцать. И да, она у нас любит животных, особенно диких. И нас

это немного пугает!

— В подполе должно быть, — кивнула в сторону лестницы.

Тина довольно кивнула и, посмотрев на Волю, кивнула в нужную сторону.

— Тина! Сама спускаешься! Я не буду убирать, если твоя Воля сейчас там устроит

погром, — строго предупреждаю среднюю дочь, но эта вредина только глаза закатывает.

— Я помогу, — подскакивает Тая и, как обычно, пытается погладить Волю, но та только

клацает у её пальцев зубами.

Не даёт эта волчица прикасаться к себе никому, кроме Тины. А я… Откладываю на стол

книгу, накинув куртку и засунув ноги в валенки, иду на улицу, где мой царский

медведь что‑то довольно обсуждает со старшей дочерью, сидя в гараже.

Всё‑таки дом, в который я забрела много лет назад, стал для меня не просто переломным

моментом в жизни, но и самым правильным решением за всю жизнь. Но Мише я это не

скажу — пусть сам догадывается. Я ему троих детей родила, должен понимать, что всё

это не просто так.

Иду не спеша, наслаждаясь хрустом снега под ногами, морозным воздухом и… счастьем.

Мне иногда даже страшно становится от того, что этого всего могло бы и не быть в

моей жизни!

Говорят, что счастлив только тот, у кого есть всё, что нужно! А что нужно? Слабоумие

и отвага? В избытке! Даже детям нашим досталось, но в этом и прелесть нашей семьи.

Может, нужно нескончаемые признания в любви, громкие поступки и слова? Нет! Я такого

не хочу! Я видела это всё в жизни, и мне не понравилось!

Может, чтобы денег было настолько много, что не успевали бы даже тратить? Так я могу

смело сказать, что сколько бы их ни было, их будет либо как раз впору, либо не

хватать. Так уж устроен человек! Всегда будет добавляться в список «хочу» то, что по

сути и не нужно, но почему‑то хочется!

И вот мы уже неделю как снова уехали в лес. У девочек каникулы, и мы, как и обычно,

умчались в наш лесной домик, куда так и не добралась ещё связь. Девочки

проказничают, мы отдыхаем, ходим в баню, едим то, что успеваем приготовить, и…

просто живём и любим друг друга.

— Папуля, ну пожалуйста! Ты же у