Измена на Первом Курсе - Мира Лаверн

так?

— Это безопасно.

Я ушла.

В общежитие возвращаться не хотелось.

Я долго ходила возле университета.

Потом всё равно поехала.

В прачечную спустилась почти в полночь.

Не потому, что срочно нужна была чистая одежда.

В комнате сидела Яна и готовилась к зачёту. За стеной разговаривала Катя.

Я слышала её голос.

Не слова.

Этого хватило.

Прачечная находилась в подвальном этаже. Три машины, две сушилки и пластиковые стулья.

Я загрузила вещи.

Запустила.

Села.

Шум барабана заглушал мысли.

Через десять минут дверь открылась.

Вошла Катя.

Она остановилась.

Я тоже.

На секунду захотелось уйти.

Но вещи стирались.

Это была общая прачечная.

Я не собиралась уступать ещё и её.

Катя держала корзину.

— Привет, — сказала она.

Я не ответила.

Она подошла к свободной машине.

Начала загружать одежду.

Мы находились в нескольких метрах.

Шум воды.

Металл.

Гул вентиляции.

Катя первой нарушила молчание.

— Никита не выкладывал фотографии.

— Знаю.

— Он вообще был против.

— Знаю.

— Тогда почему смотришь так, будто это мы?

— Я не смотрю.

— Смотришь.

— Не начинай.

Она вздрогнула.

Я специально использовала слова Никиты.

Жестоко.

Но остановиться не захотела.

Катя закрыла дверцу машины.

— Ты теперь всё время с Марком.

— Мы снимаем фильм.

— Я знаю.

— Тогда к чему разговор?

— Никита постоянно о вас говорит.

Я повернулась.

— Мне очень жаль.

— Не издевайся.

— А что сказать?

— Он следит за съёмками. Спрашивает у Гоши. Смотрит паблик. Раздражается, если вы вместе.

— Это твоя проблема.

— Он мой парень.

Слова прозвучали неуверенно.

— Поздравляю.

— Я не хвастаюсь.

— Тогда зачем пришла рассказывать?

— Потому что всё это продолжается.

— Что именно?

— Вы.

— Нас нет.

— Он думает иначе.

— Пусть.

— Тебе нравится, что он ревнует.

Я почувствовала ярость.

— Ты серьёзно?

— Ты могла взять другого актёра.

— Кого?

— Не знаю.

— Тогда зачем говоришь?

— Марк сам предложил.

— Да.

— И ты согласилась.

— Да.

— Через несколько дней после расставания.

— Измены.

— Ты всё время…

— Называю вещи.

— Вы уже тогда были близки?

Вопрос был настолько нелепым, что я рассмеялась.

— Когда «тогда»?

— До.

— До чего?

— До того вечера.

— Ты хочешь доказать, что Никита изменил мне из-за Марка?

— Я не говорю.

— Говоришь.

— Никита сказал, что Марк давно на тебя смотрел.

— Никита много говорит.

— Ты тоже замечала?

— Что?

— Как Марк смотрит.

Я вспомнила лестницу.

Руку.

Паузы.

Сразу разозлилась на себя.

— Это не твоё дело.

— Понятно.

— Что тебе понятно?

Катя нажала кнопку машины.

Та не включилась.

Она ударила ладонью по крышке.

— Никита всё время сравнивает.

— Кого?

— Нас.

Я молчала.

— Говорит, ты не устраивала сцены до Петербурга. Что раньше была спокойнее. Что с тобой можно было обсуждать планы. Что ты всегда помогала.

В её голосе появилась обида.

На меня.

Будто я продолжала мешать их отношениям своим прошлым.

— Ты получила его, — сказала я. — Разбирайся.

— Я никого не получала.

— Тогда отпусти.

— Не могу.

Честный ответ.

Катя закрыла глаза.

— Я думала, когда вы расстанетесь, всё станет нормально.

— Когда мы расстанемся?

— Когда он скажет тебе.

— То есть знала, что не сказал.

— Знала.

— Мы это уже выяснили.

— Я думала, потом всё закончится.

— Но он смотрит на меня.

— Да.

— И виновата снова я.

— Я не сказала.

— Ты пришла в прачечную спрашивать, не была ли я с Марком до измены. Зачем?

Катя не ответила.

Я поняла.

— Никита попросил?

— Нет.

— Тогда ты хочешь убедиться сама.

— Я хочу понять.

— Что?

— Почему он не может отпустить.

— Потому что дело никогда не было в выборе между нами.

Катя нахмурилась.

— А в чём?

— В том, чтобы ему было удобно.

— Ты всё объясняешь так, будто он ничего не чувствует.

— Он чувствует. Себя.

— Ты его ненавидишь.

— Сейчас — да.

— Тогда почему снимаешь фильм о вас?

— Уже не о нас.

— Все знают, что о вас.

— Ошибаются.

— Марк тоже знает?

— Он режиссёр.

— Он знал и раньше.

Я замерла.

— Что?

Катя отвела взгляд.

Слишком поздно.

— Что именно Марк знал?

— Ничего.

— Ты только что сказала.

— Я имела в виду сценарий.

— Нет.

Катя взяла корзину.

— Забудь.

Я встала между ней и дверью.

— Что Марк знал?

— Отойди.

— Сначала ответь.

— Опять будешь не выпускать меня из собственной прачечной?

— Не изображай.

— Ты сама сказала, что не хочешь обсуждать публично.

— Здесь никого.

— Камера может быть.

Я оглянулась.

На стене действительно висела камера наблюдения.

Без звука.

Наверное.

— Что он знал?

Катя сжала ручку корзины.

— Он видел Никиту.

— Это Марк рассказал.

— Не только.

— Что ещё?

— Рабочие видео.

Внутри стало холодно.

— Какие?

— Ваши съёмки.

— Что с ними?

— Никита говорил, что Марк всё просматривал.

— Он режиссёр. Конечно.

— Там было видно, что вы вместе.

— Кто — мы?

— Ты и Никита.

— Естественно. Мы снимали фильм.

— Не в сценах.

Я вспомнила backstage.

Камера продолжала работать после команды «стоп».

Поцелуи.

Разговоры.

Билеты.

Квартира.

— Что именно там было?

Катя молчала.

— Ты видела?

— Некоторые.

— Когда?

— Никита показывал.

Ещё один удар.

— Зачем?

— Хотел объяснить, что всё сложно.

— Показывал тебе, как целует меня?

— Не специально.

— Что значит не специально?

— Он открывал материалы. Там были куски.

— Какие?

— Ты приносишь ему кофе. Он называет тебя своей девушкой. Вы говорите про дом.

Я почувствовала, как шум прачечной отдаляется.

— Дата?

— Не знаю.

— После того, как вы начали?

Катя опустила глаза.

— Да.

— И Марк видел?

— Он просматривал весь архив.

— Откуда ты знаешь?

— Никита говорил.

— Никита может врать.

— Может.

Это слово она произнесла устало.

— Но Марк монтировал первый материал, — продолжила Катя. — Он точно видел.

— Он сказал, что у него были только наблюдения и подозрения.

— Записи — не наблюдения?

Я смотрела на неё.

Катя впервые не пыталась оправдаться.

Не просила понять.

Она хотела ранить.

Потому что Никита смотрел на меня.

Потому что Марк стоял рядом.

Потому что теперь ей тоже нужен был виноватый.

Но это не означало, что она лгала.

— Почему говоришь сейчас?

— Потому что ты считаешь его честнее всех.

— Я так не считаю.

— Тогда почему доверяешь фильм?

— Не твоё дело.

— Он знал не меньше меня.

— Нет.

— Знал, что Никита солгал о расставании.

— Он признал.

— Признал, что видел вас один раз.

— Два.

— А записи?

Я ничего не ответила.

Катя подошла ближе.

— На них всё было. Никита целовал тебя после дублей. Говорил, что вы поедете домой. Шутил про квартиру. Марк это видел.

— Ты уверена?

— Спроси.

— Я спрашиваю тебя.

— Да. Уверена.

— Почему?

Катя сжала губы.

— Потому что Никита однажды сказал: «Даже Марк понимает, что я пока не могу её бросить».

Фраза ударила сильнее всего.

Пока.

Не может.

И Марк понимает.

— Когда сказал?

— После первой недели.

— Первой недели чего?

Она поняла.

— Наших отношений.

Я отступила.

Моя стиральная машина подала сигнал.