История Николаевского кавалерийского училища (1823-1917 гг.) - Мария Борисовна Афанасьева

улучшилась – новое здание содержало множество помещений, имевших различное назначение. Появились удобные читальни, церковь, курительные комнаты, открыл свои двери музей Лермонтова.

Занятия верховой ездой являлись неотъемлемой частью подготовки юнкеров-кавалеристов. Для этого было построено два обширных манежа с освещением, что давало возможность обучать две смены юнкеров одновременно и даже производить обучение в вечернее время. При проведении учений деревянные пролеты между арками могли быть сняты, и в таком случае оба манежа могли соединяться в один[338].

В связи с необходимостью изыскивать дополнительные средства для улучшения бытовых условий и строительства необходимых новых зданий по мере развития учебного заведения «артельные взносы» росли, становясь и вовсе непосильными для многих дворянских семей. В 1838 г. плата за обучение составляла 400 рублей в пехоте и 450 рублей в кавалерии[339]. Возможность поступить на казенный кошт появилась для 35 воспитанников упраздненного пансиона при Царскосельском лицее 1829 г. Их взносы покрывались за счет средств Кабинета его императорского величества[340].

Рост расходов из-за строительства новых помещений, конюшенных и других закупок способствовал значительному повышению сумм государственного финансирования. На содержание Школы отпускалось примерно 60 тысяч рублей ассигнациями ежегодно. К тому же в те годы Школа получила богатый фонд упраздненного дворянского эскадрона, – 92 500 рублей.

В 1838 г. расходы представлены следующими статьями: жалование учителям (50 000), столовое содержание воспитанников (36 500), обмундирование строевое (28 864), обмундирование классное (14 384), учебные пособия (6 000), лазарет (7 469) и другие траты[341]. Эти расходы были несколько выше обыкновенных главным образом по причине преобразования учебного заведения.

Обратимся к более поздним данным, отражающим развитие уже реформированного учебного заведения. Так, например, в 1847 г. в учебное заведение поступило от казны всего 48 726 рублей, в то время как поступления из других источников составили 130 294 рублей 67 копеек. В абсолютных показателях на нужды Школы в 1847 г. было израсходовано всего 135 204 рубля 37,5 копейки. Также были израсходованы дополнительные средства из казны (17 855 рублей 65,5 копейки). Помимо денежной формы обеспечения Школа получала различные формы натуральных поставок. В натуральной форме доставлялись на фураж овес, сено и солома для лошадей (на сумму 14 661 рубль 6,75 копейки).

Казенные расходы подразумевали следующие отчисления:

1) из Главного казначейства в качестве добавочного жалования за выслугу генералам, штабс– и обер-офицерам в военно-учебных заведениях (10 и 5 лет) 5 431 рубля 53 копейки;

2) единовременное пособие на обмундирование офицерам и классным чиновникам 2 312 рублей 97 копеек;

3) пособие штабс– и обер-офицерам 1 285 рублей 70 копеек;

4) квартирные деньги учителям 198 рублей 40 копеек;

5) из департамента военных поселений 169 рублей 97, 75 копейки;

6) квартирные деньги военным офицерам 169 рублей 97,75 копейки;

7) содержание дома 7 487 рублей;

8) очищение, освещение, отопление 10 592 рубля 66 копеек;

9) из комиссарской комиссии 169 рублей 97,75 копейки;

10) содержание церкви 571 рублей 35 копеек;

11) канцелярские расходы 285 рублей 75 копеек;

12) покупка верховых лошадей 1 434 рубля 92 копейки;

13) боевая амуниция 47 рублей 84 копейки;

14) жалование, столовые и порционные деньги – генералам, штабс– и обер-офицерам, медику, нижним чинам, жалование эконому, классным чиновникам и духовным лицам 18 908 рублей 54,5 копейки.

Другие источники финансирования включали в себя:

1) остаток с прошлого года (в 1847 г. оставалось 48 134 рубля 2,75 копейки;

2) на содержание казенных пансионеров из Главного казначейства 8 476 рублей 54 копейки;

3) из Кабинета его императорского величества 344 рубля;

4) из комитета, высочайше утвержденного 18 августа 1814 г., 344 рубля;

5) из Статс-секретариата Великого княжества Финляндского 344 рубля;

6) отчисления своекоштных воспитанников 69 794 рубля 22 копейки;

7) из Государственного заемного банка на принадлежащий Школе капитал процентов 2 161 рубль 44 копейки;

8) доход от продажи негодных лошадей 345 рублей 57 копеек;

9) возврат ранее уплаченных средств 345 рублей 87,75 копеек.

Итого: 130 294 рубля 67 копеек[342].

Таким образом, к концу года в остатке на 1 января 1848 г. в профиците осталось 43 816 рублей 94 копейки, которые переходили на следующий учетный год. Можно заключить, что казенных средств, выделявшихся на организацию работы Школы, критически недоставало, а основные показатели по содержанию учебного заведения достигались путем привлечения дополнительных средств. Командиру школы приходилось часто ходатайствовать о поступлении вспомогательных источников финансирования, чтобы покрыть текущие расходы. Профицит к концу года был достигнут лишь благодаря привлечению дополнительных средств со стороны и высокой платы за обучение своекоштных воспитанников.

В 1840-е гг. году штат был полный, и более того – четверо воспитанников находились вне штата, таким образом, в учебном заведении обучались 232 человека. Сложив всю совокупность годовых расходов (153 060 рублей) и разделив ее на число воспитанников, можно увидеть, что подготовка одного юнкера стоила примерно 660 рублей. В отчете следующего года представленные суммы расходов были несколько ниже – 555 рублей, из них указано, что на личное содержание каждого воспитанника положено по штату 191 рубль[343].

Необходимость преобразований в 1860-е гг. проистекала из того, что число желающих учиться в Школе еще в 1850-е гг. значительно уменьшилось, и к 1864 г. некомплект приобрел уже совершенно невероятные масштабы и составлял 152 человека. Проблема недобора воспитанников крайне негативно отражалась на эффективности расходования бюджетных средств. В училище к 1864 г. оставались лишь 76 юнкеров, из которых в эскадроне находилось 59 и в роте 17 соответственно. Становилось очевидным, что средства, направлявшиеся в училище, расходовались крайне нерационально. Были потрачены астрономические суммы, показывающие в пересчете на одного воспитанника не менее 1,5 тыс. только казенных средств за год[344].

Расчеты, проведенные в 1864 г. показали, что содержание каждого воспитанника при действующих условиях превратилось бы в еще более значительную сумму – 1872 рубля[345]. Крайне нерачительное расходование средств – с учетом того, что число выпускавшихся было невелико, – стало одной из главных причин, обусловивших преобразование этого заведения.

Постепенно число воспитанников увеличивалось, а финансирование становилось более эффективным. Уже в 1865 г. на содержание Николаевского училища и пансиона было ассигновано 227 805 рублей. В 1872 г. на содержание училища было выделено 217 068 рублей, а в 1873 г. – 215 026 рублей[346]. При отделении подготовительного пансиона удалось еще сократить расходы приблизительно на 40 тысяч рублей ежегодно[347]. В 1878 г. подготовительный пансион был переведен в здание упраздненного Военно-юридического училища на Офицерской улице[348].

Помимо казенных средств, в 1864 г. сбор с каждого своекоштного юнкера составлял 400 рублей, а с 1890 г. он увеличился до 450 рублей[349]. Происходило увеличение числа своекоштных юнкеров при сокращении казеннокоштных. К 1881 г. акция по привлечению молодых людей на льготных основаниях на казенный кошт была ликвидирована