История Николаевского кавалерийского училища (1823-1917 гг.) - Мария Борисовна Афанасьева

Распорядок дня в военном учебном заведении был строго определен на протяжении всей истории учебного заведения. В Гвардейской школе воспитанники вставали уже в 6 утра по звуку барабана. При этом младшим надлежало вставать немедленно, а старшие классы могли позволить себе потягиваться еще четверть часа. Если воспитанник позволял себе задерживаться в постели дольше положенного, дежурный унтер-офицер или ефрейтор мог грозно отчитать соню, стащить с него одеяло или даже лишить чая или обеда[360]. Далее юноши отправлялись в умывальню, затем после завершения всех гигиенических процедур строились на молитву. После молитвы юнкера и подпрапорщики шли строем в столовую, где могли отведать чая (при желании с молоком) и полакомиться свежими булками.

После чая воспитанники отправлялись в классы и до девяти часов могли заниматься подготовкой уроков. Приходили учителя и проводили по две лекции до и после обеда. Между лекциями ребятам позволялось отдохнуть 5 минут в рекреации. После первого перерыва юнкерам приносили завтрак, состоявший из соленой булки или пирога с говядиной или капустой[361]. После утренних лекций начинались фронтовые занятия, продолжавшиеся до половины второго. После завершения упражнений вспотевшие и подуставшие юнкера шли переодеваться, чтобы проследовать с дежурным офицером на обед. Все гигиенические и щегольские приготовления надлежало успеть осуществить к обеду, ведь во время обеда юнкерам предстояло показываться на глаза начальству. На каждом обеде директор старался обязательно присутствовать, проявляя личностную вовлеченность не только в руководство учебным процессом, но и желал понаблюдать за своими питомцами в быту и повседневной обстановке.

Питание юнкеров осуществлялось в столовой и буфете, отличаясь разнообразием десертных блюд. Пища, по словам самих воспитанников, была хорошего качества – здоровая и сытная[362]. Было разработано семидневное меню, состоявшее из разнообразных блюд. Помимо мясных блюд, которые готовились из различных мясных деликатесов, воспитанникам пансиона отпускалось даже парное молоко. Специальный стол для лазарета включал блюда из домашней птицы и дичи – кур, индеек, тетерок, гусей, рябчиков. В меню имелось даже баварское пиво, подававшееся в честь особых случаев для юнкеров[363]. Во время летнего полевого выезда существовало свое особое меню, адаптированное к условиям лагеря. Во время поста предлагалось постное меню: на протяжении первой и четвертой недель Великого поста, а также по средам и пятницам, а желавшие могли поститься в продолжение всей четыредесятницы. Готовность обеспечить своих питомцев даже ресторанными блюдами отражает привилегированный статус этого учебного заведения.

После обеда у воспитанников был отдых до трех часов, затем начинались вечерние занятия, продолжавшиеся до шести вечера. После окончания занятий ребята пили чай, а затем до восьми часов «всякий делал, что вздумается», то есть занимался чтением, танцами, музыкой. В ходе этих развлечений происходило неформальное общение ребят друг с другом. В восемь вечера все воспитанники должны были находиться у своих коек для подготовки уроков на следующий день, а все разговоры запрещались. В девять занятия заканчивались, и юнкеров вели на ужин, а в десять полагалось ложиться спать. Лампы тушились и заменялись тусклыми ночниками. При этом даже в ночное время не воспрещалось заниматься учебой, но при собственной свечке, чтобы не мешать сну других воспитанников.

Распорядок дня юнкеров после преобразований 1860-х гг. изменился незначительно – лишь в сторону увеличения учебной нагрузки. День начинался с утреннего пробуждения. Юнкера вставали в 6 с четвертью. Дежурные портупей-юнкера вставали, чтобы к заре уже быть готовыми. В половине седьмого билась утренняя заря, и дежурные портупей-юнкера будили своих товарищей[364]. В 1890-е гг. юнкера вставали чуть позже – без четверти семь – и ложились спать в половине десятого вечера. Причем существовало правило, разрешавшее вставать по праздникам еще на час позже[365].

Процесс пробуждения был следующий. В половине седьмого подавался сигнал «слушай», по которому вставали все дежурные и дневальные. Без четверти семь вставали все остальные юнкера. Интересно, что по традиции первыми вставали «звери» и шли в умывальную комнату. За ними направлялись «корнеты»[366]. В четверть восьмого по сигналу «сбор» юнкера строились к утренней молитве[367]. После нее шел утренний чай, затем начинались занятия.

В 7 часов 50 минут подавался сигнал «аппель» (кавалерийский сигнал, подававшийся на трубе для сбора отдельных всадников), по которому юнкера собирались в своих аудиториях. Согласно расписанию с 8 до 11 часов 50 минут шли занятия. В 11 часов 50 минут заканчивались лекции, после которых юнкера относили свои учебные пособия в спальни и в 12 часов дня строились на площадках для завтрака. В 12 часов юнкеров ждал завтрак. По приказанию дежурного офицера вахмистры вели эскадрон и сотню в столовую. После молитвы юнкера садились по столам в соответствии с установленным порядковым расчетом. После завтрака юнкера готовились к строевым занятиям.

Строевые занятия в будни проходили с 12.30 до 14.30. По субботам старший курс занимался с 12.30, а младший – с 10.30, причем продолжительность занятий по вторникам, пятницам и субботам ограничивалась до трех с половиной часов[368].

После строевых занятий юнкера восполняли свои силы в столовой во время обеда, который давали в 17 часов, а по вторникам, пятницам и субботам – в 16 часов. Подавался сигнал «сбор к обеду», после которого эскадрон и сотня выстраивались на своих площадках. Юнкера строем шли в столовую, пели молитву и садились за стол[369]. Столы накрывались на 12 человек, при этом использовалась посуда высокого качества – в распоряжении Школы был серебряный сервиз с надписью «Школа гвардейских юнкеров»[370].

Во время приема пищи юнкерам запрещалось пересаживаться и вести громкие разговоры. Старшие по столам следили за тем, чтобы юнкера не клали на стол локти, сидели прямо и не заливали скатерти, употребляя пищу аккуратно. Раздача порций возлагалась на старших по столу. Обед состоял из двух блюд, которые подавались поочередно. Несмотря на запрет выносить еду из столовой, юнкера нередко тайно выносили из столовой черный хлеб, чтобы давать его лошадям[371].

По окончании обеда юнкера могли отдыхать на кроватях в течение часа. В другое время лежать на кроватях воспрещалось, и за этим бдительно следили дежурные офицеры.

После обеда начинались репетиции, которые продолжались до 20 часов, причем по вторникам и пятницам репетиции шли по особому расписанию. Расписание репетиций составлялось отдельным документом. Репетиции начинались в 6 часов вечера с переменой от 7 часов 25 минут до 7 часов 35 минут, завершаясь окончательно в половине девятого[372]. Тогда же наступал вечерний чай и перекличка. По сигналу «сбор» эскадрон и сотня строились на площадках для вечерней переклички[373].