Код Дурова 2: Telegram, глобальная власть и опасная свобода слова - Николай Викторович Кононов

постучался взволнованный Влад. Прокуратура прислала Дурову повестку, вызов на допрос. В тот же день они с Мильнером запускали проект Start Fellows, выдающий стартапам 25 000 долларов без требования доли в них. Дуров отбирал заявки, а Мильнер переводил деньги.

Я позвонил Дурову по скайпу. Он сидел в бейсболке, на которую накинул капюшон худи, и жевал что-то типа вегетарианского гамбургера, запивая минеральной водой. На лице его застыло то выражение растерянного безумца, которое поразило меня на первом интервью.

За год до этого разговора на благотворительном аукционе Дурова попросили нарисовать картинку для детдома. Он разделил лист на четыре части – красную, желтую, зеленую и синюю, а поверх нарисовал собаку с черными зрачками. Один глаз собаки был крупнее и сверкал, как дуло или тоннель. Ухо украшал зашитый шрам. Это наиболее точный портрет Дурова из всех, что я знаю.

«Что вы намерены делать?» – спросил я. «Ничего, – пробормотал Дуров. – Опять звонили, просят закрыть группы. Влад и Лев, наверное, будут уговаривать. Я уже привык. Они знают, что я не боюсь». Мы обсудили стартапы и распрощались.

Через час в твиттере Дурова появилась фотография хаски в наброшенном капюшоне и с высунутым языком. Внизу красовалась подпись, что это ответ прокуратуре. Твиту предшествовал скан повестки, к которому Дуров приписал, что на допрос не успел, бумага пришла слишком поздно.

Как я теперь понимаю, в тот день Дуров боролся со страхом потерять все. Одно дело – переговоры, где ты, чувствуя за спиной многомиллионную аудиторию, стоишь на своем. Другое – состязание с государством, чья компетенция – давить. Ценивший тотема Сурков уходил из Кремля. С Володиным Дуров не был знаком.

Вернувшегося в квартиру на Крестовском острове Дурова потревожил звонок в дверь. На лестничной площадке суетились омоновцы в камуфляже и, видимо, следователь. Дуров отшатнулся. Страх пополз по телу, и надо было решать – пускать его, кормить надеждами, что само рассосется, или же выбрасывать из тела. Прими как факт, что ты ничем на самом деле не владеешь, и тебе будет не страшно все потерять.

Дуров не открыл. Осторожно выглянув в окно, он увидел камуфляжные пятна во дворе. Позже служба безопасности рассказала, что чуть не устроила перестрелку, не желая пускать «маски-шоу» внутрь. Дуров выслушал, зашел во «ВКонтакте» и процитировал Карлейля для своих 2,7 млн подписчиков: «Насколько человек побеждает страх, настолько он человек».

Ни на следующий день, ни позже санкций не последовало. То ли система отвлеклась на многотысячные акции протеста – вязала оппозиционеров у Исаакиевского и катала их по городу в автозаках, – то ли Сурков успел шепнуть что-то коллегам…

Дуров гнал страх подальше. Группа поддержки тогда еще не очень знаменитого оппозиционного политика Алексея Навального[11] исчерпала лимит пользователей, и Дуров велел программистам убрать этот лимит. Позже он опубликовал в «Ленте.ру» колонку о том, что оставил группы не из любви к оппозиции, а из-за того, что если бы закрыл их, то юзеры перетекли бы в Facebook.

Люди оправдывают свои действия в прошлом, – рассуждал Дуров потом, когда все закончилось и началась уже история Telegram. – Я в этом смысле не совсем материалист, у меня мистическое отношение к таким вещам. Я, конечно, красиво объяснил все на «Ленте», но не знаю, почему тогда отказался закрывать группы. Что-то внутри меня воспротивилось. Не знаю.

Кривые пересеклись лишь один раз, в самом низу графика, когда синяя догнала оранжевую и больше уже не пропускала ее вперед. Впрочем, ближе к концу горизонтальной оси, которая обозначала время, оранжевая подбиралась к сопернице вплотную. Казалось, соприкоснувшись, они заискрят…

Когда я зашел в гости в Mail.ru, война с «ВКонтакте» приутихла и стороны лишь изредка обменивались колкостями. Было ощущение, что это временное затишье и холдинг обдумывает ход, который повергнет дом Зингера в руины.

Раскинувшись на оранжевом пуфе в застекленном отсеке зала «Одноклассников», где за столами сидели программисты и дизайнеры, Илья Широков объяснял, как перегонит Дурова. «Одноклассники» запустили свою платформу для игр, причем хиты рекламировали за свой счет. Аудио– и видеохостинги привлекали юзеров удобством и дизайном: например, песни одной группы можно собрать в альбом и загрузить его оригинальную обложку.

Широков открыл свою страницу и показал, как треки Pink Floyd у него скомпонованы в диск The Wall. Соцсеть сменила логотип на перевернутую на бок аббревиатуру ОК в виде человечка. Превратив «Одноклассников» в продукт, интуитивно понятный даже новичку, Широков опередил «ВКонтакте» в малых городах и поселках.

Дуров отреагировал как сноб:

Как только утихнет волна новоподключившихся к интернету, провинциалы сами постепенно перейдут на более качественный ресурс. Готовы ли мы разменять наше доминирование в столицах и мегаполисах (9 млн человек ежедневно заходят во «ВКонтакте» только из Москвы и Петербурга) на пенсионерок из провинциальных поселков и деревень ради того, чтобы остаться «самой массовой сетью»? Нет, не готовы. Потому что опыт показывает: если вас вышибли из столиц, в регионах вы можете иметь лишь временный успех. Рано или поздно провинциалы подтягиваются за жителями столиц. Если «Одноклассники» и догонят «ВК», то лишь до тех пор, пока более прогрессивные пользователи не покажут им то, что несоизмеримо удобнее и современнее. Каждый из нас знает множество людей, перешедших из «ОК» в «ВК», но обратных случаев практически нет.

До поры до времени он смотрел сквозь пальцы на сокращающийся аудиторный разрыв. В январе 2012 года разница оказалась мизерной: 30 млн против 31 млн пользователей в сутки. На мартовской конференции «Одноклассники» заявили, что почти догнали «ВКонтакте». Но именно в этот момент «ВКонтакте» уходил в новый отрыв, и к лету разница в аудитории колебалась вокруг 5 млн пользователей.

Через месяц Усманов встретился с Гришиным и Широковым. В Москву приехал и Дуров. Олигарх собирал подопечных на серьезную беседу. В Mail.ru, похоже, не знали об истинной цели Усманова. Так же как и переговоры в Шереметевском дворце, детали этой встречи участники не комментировали, но, сопоставив впечатления разных сторон (в том числе с помощью коллег из Forbes), можно восстановить примерный ход разговора.

Сначала Усманов огорошил Гришина и Широкова известием, что слиться Mail.ru и «ВКонтакте» не суждено. Слова, которые он произносил, – «две разные культуры», «конкуренция», «стимулировать друг друга» – вызвали лютый баттхёрт у менеджеров. Но еще сильнее они загрустили, когда Усманов намекнул, что Дурову следует самостоятельно управлять компанией. Фактически это означало, что ему отдадут в управление пакет Mail.ru во «ВКонтакте». Тотем получит право одобрять свои же решения, и никто ему больше не указ. Затем Усманов анонсировал то, что они с Дуровым обсуждали во дворце: он думает о выкупе