Код Дурова 2: Telegram, глобальная власть и опасная свобода слова - Николай Викторович Кононов

платформ подтолкнула массовый твикинг всего. Фотосервис Instagram – типичный пример. Учиться фотографировать долго, техника дорогая, освоить Photoshop дано не каждому. При этом камера встроена в большинство телефонов. Следовательно, надо дать возможность преобразить натюрморт с завтраком из подгорелых тостов или нерезкий автопортрет в искусство – с помощью фильтров…

Размышляя об этом, Дуров понимал, что он не уникальный творец, а именно твикер. Пять лет назад он твикнул для России идею Facebook, а теперь задавал себе вопрос: «Как бы я хотел, чтобы выглядел смартфон? Что он должен уметь? Какие есть в мобильнике упущения и анахронизмы? Как продолжить идеи социальных сетей в телефоне?»

Еще не оставив планов экспансии «ВКонтакте», он попробовал получить глобальное признание. Написал в Wikimedia Foundation письмо, что хочет пожертвовать Wikipedia миллион долларов. Основатель сетевой энциклопедии Уэйлс как раз собирался выступать в Мюнхене на конференции DLD. Дурова вписали в программу рядом с ним.

Дуров старался. Возникнув на сцене в черном – штиблеты, жилет с капюшоном, он с улыбкой пережил, как его представил ведущий («Приветствуем клон Facebook из страны медведей и водки»), и рассказал о «ВКонтакте», не без сарказма поясняя слайды о ее величии. Vk.com – номер один среди соцсетей по времени, которое пользователь проводит внутри: «Если хотите профукивать еще больше времени, будьте любезны, присоединяйтесь к нам».

Затем Дуров перескочил на величие Wikipedia и сказал, что 70% его личного поиска информации в интернете заканчиваются в творении Уэйлса. Показал график, на котором видно, что полезные, образовательные сервисы оказали человечеству бóльшую услугу, чем развлекательные. Под конец речи он анонсировал пожертвование фонду Wikimedia под аплодисменты конференции.

Затем он уступил место на сцене Уэйлсу. Тому надлежало выказать осмотрительность и не бросаться в объятия «черного человека». «Вы такой молодой, – сказал он, – 27 лет. И спускаете миллион долларов». Далее Уэйлс намекнул, что в курсе сложных отношений «ВКонтакте» с правообладателями и полицией нравов. Дуров отреагировал как всегда: мы действуем строго по закону.

После выступления его интервьюировал Businessweek. Вопросы те же: пиратский контент, легкое недоверие. Дуров включил доброжелательность на максимум, бурно жестикулировал, вертел в руках невидимый кубик Рубика и вспоминал историю со Spotify. Мол, приезжали, а мы им – раз – и от ворот поворот, потому что у нас музыки больше, чем у них. Законы не нарушаем, нет-нет…

Уэйлс принял миллион, но отношение его к «ВКонтакте» не изменилось. Facebook собирался проводить IPO, и журнал Wired нарисовал карту конкурентов Цукерберга. В России, констатировал автор, соцсеть безнадежно проигрывает команде из дома Зингера. «ВКонтакте» он описывал как копию раннего Facebook. Автор ностальгировал, но его всхлипы отдавали сарказмом.

«Я хотел бы совершить небольшую революцию в том, как люди общаются, – рассказывал мне Дуров, сидя в баре на последнем этаже Ritz, который оккупировали пожилые американцы. – "ВКонтакте" вряд ли будет перерождаться. Из зайца нельзя сделать слона. Мне жаль Цукерберга и Брина – они построили империи и теперь стареют на глазах. Они не могут отключиться и сфокусироваться на том, что важно сейчас. Дорси ушел из Twitter и тогда изобрел Square». Кто-то из американцев поперхнулся чаем, и остальные с громкими криками застучали по его спине. «У Цукерберга дом, семья, кампус, – произнес Дуров, оборачиваясь, чтобы разглядеть соседей. – А я живу в съемной квартире, чтобы не быть ни к чему привязанным». Вскоре он наткнулся в твиттере на запись: «Цукерберг вступил в брак, теперь пора Дурова женить» – и ответил: «Проще убить».

Вернувшись из Лондона, Дуров зачудил. Разбрасывал пятитысячные банкноты из окна штаба на День города (внезапный эксперимент над самоорганизацией граждан: они объединялись в кланы и определяли вожаков), троллил сталинистов, а потом сорвался и полетел в Неаполь к основателю онлайн-сервиса знакомств Badoo Андрею Андрееву.

Андреев предложил ему авто, но Дуров сел в поезд, открыл ноутбук и покатил, переписываясь с разработчиками. От станции до места встречи он брел пыльными пустырями, где шатались стаи ободранных псов. Поговорив с Андреевым об идее со смартфонами, он составил тому компанию на фестивале Le Web. Парни вырядились – один в тройку, другой во что-то отчаянно спортивное – и позировали папарацци.

Вернувшись, Дуров поручил Цыплухину нанять моделей для эротической фотосессии в Зингере. После сессии они раздавали на Дворцовой площади футболки с монохромным изображением собаки…

Казалось бы, все это – разбрасывание банкнот, игры в Нео, мокрые майки, забеги по Дворцовой, глубокомысленные цитаты – выдает катастрофическое отсутствие вкуса. Но Дуров как ни в чем не бывало продолжал цитировать философов в личном блоге, а в медиа опубликовал программы переустройства Петербурга и его системы образования. Слог напоминал одновременно Хилла и Грэма. Казалось, из текстов Дурова можно надергать таких же манифестов и запихнуть в искусственный интеллект, чтобы тот составлял из этих ошметков новые тексты. Почему человек, который с малолетства изучал искусство, так любил этот стиль?

Дуров прилетел в Москву и предложил мне встретиться в том же Ritz. Я сел в машину с намерением допросить тотема, зачем он, решая начать новую жизнь с Telegram, вытряхнул из закоулков сознания всю эту патетику. Полночная Тверская генерировала человеческий трафик не хуже Невского. Поток бурлил, завивался и крутил водовороты из встреченных знакомых, прохожих, зевак, глазеющих на рубиновые звезды, которые мерцали с другой стороны площади.

Вход в отель Ritz оккупировали фанаты с картонными плакатами, бесновавшиеся у ограждения: пара голливудских звезд заглянула в столицу раскрутить новый фильм, и охранники сдерживали поклонников.

Заказав чай, Дуров поведал, как выбрал из банды не очень занятых во «ВКонтакте» и угорающих по мобильным приложениям парней. Основного разработчика, первокурсника Григория Клюшникова, он вытащил из толпы конкурсантов, писавших приложение vk.com под операционную систему Android. Григорий получил зарплату, сопоставимую с компенсацией кодеров «ВКонтакте», и продолжил учиться на программиста.

Лобби отеля оккупировали телохранители звезд и их менеджеры с аккуратными портфельчиками. Вокруг вертелись фрачные и декольтированные тени. Разговор свернул на будущее соцсети и продолжался около часа.

– Мне правда не так важны деньги: что 20 млн, что 200, – говорил Дуров. – Если бы я телефоны хотел делать, тогда да, они нужны. А приложение недорогое – хоть сто вариантов пиши. Поэтому я не хочу продавать свою долю «ВКонтакте». Продажа – это не свобода. Продажа с демпингом – рабство, бегство с поля боя. Это как-то не по-русски.

– Слушайте, – сказал я, – люди, с которыми вы в одной лодке, довольно жесткие. Их стиль из девяностых, они хитры и опытны, участвовали в переделах собственности, они вхожи в кремлевские приемные. Как вам удается защищать свои идеи?

– Ну, я верю в то, что говорю, – пожал плечами