История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди

Гарантии императора Фридриха II, прописанные в 1226 году в Золотой булле Римини (названо по месту выдачи), уместились менее чем в двух дюжинах строк. Гораздо большее значение имели свидетели: 20 наиболее влиятельных лордов и священников империи; их могущество могло быть пущено в ход в случае, если Конрад начнет строить козни [9].

Первые рыцари прибыли в Хелминскую землю в 1228 году и тут же принялись строить деревянные опорные пункты вдоль Вислы. Потом их заменили характерные для ордена крепости из красного кирпича в Мариенбурге (Мальборке), Мариенвердере (Квидзыне), Кенигсберге (Калининграде) и Гданьске. К 1300 году у рыцарей было не менее 23 опорных пунктов в Пруссии. Поскольку почти все ресурсы ордена все еще были в Святой земле, вначале там была лишь пара десятков рыцарей, так что они сильно зависели от польских войск и добровольцев, которые присоединялись к ним в походе. Сначала борьба шла легко. Пруссы быстро покидали поле боя под натиском вооруженных рыцарей, а их хлипкие оборонительные сооружения рушились под огнем катапульт. Но пруссы использовали леса как укрытие и вскоре научились создавать собственную осадную артиллерию и использовать арбалеты. Даже в спокойных регионах время от времени вспыхивали восстания – разрушали крепости и деревни, а рыцарей захватывали и сжигали заживо прямо в кольчугах.

Тем не менее к 1273 году Пруссия была подавлена, а ее последний языческий лидер, Геркус Монте, повешен на дереве. С того момента власть полностью находилась в руках рыцарей. Они разделили землю на равные куски, завербовали агентов, чтобы те нашли немецких переселенцев, и стали заманивать новичков всем, чем обычно заманивали: землей для возделывания, свободой от налогов, ограниченным самоуправлением. Иммигранты, являющиеся представителями дворянства, получали имения в обмен на военные обязанности для ордена. Вокруг крепостей ордена стали возникать новые города, населяемые опять же иностранцами, которые жили под версией Магдебургского закона (также известного как Хелмнский или Клюмский закон). Они имитировали архитектуру германских городов на западе, но за неимением камня здания приходилось строить из красного кирпича. Были и новые епархии, с церквями, набитыми рыцарями – чтобы убедиться, что будут избраны правильные епископы. Церкви, монастыри, процессии с реликвиями (у ордена была горстка обломков Животворящего Креста, которые они могли раздавать) и места паломничества превратили некогда языческие земли в священные христианские [10].

За этим последовала германизация. Ненамеренная, поскольку орден позволил прусским деревенским жителям сохранить свой совет старейшин и следовать своим законам, а также не поощрял смежные браки. Но масштабы иммиграции оказались слишком серьезными для коренных пруссов. Одна история повествует, что последний прусский бард пел песни при дворе великого магистра в 1350-х, но там не было никого, кто понимал бы его слова, поэтому его попросили уйти, кинув в него тарелку гнилых грецких орехов. Однако это не более чем история – рыцари нуждались в переводчиках для общения с пруссами вплоть до XVI века. После этого язык и фольклор древних пруссов были потеряны. Все, что сохранилось от древних пруссов до наших дней, – их странные каменные статуи забытых воинов, вооруженных мечами и рогами для питья, около метра в высоту, возведенные в полях и вдоль деревенских дорог. (Почти все сейчас находятся в музеях.) [11]

В 1239 году пал тот самый орден братьев меча. Разбитый альянсом балтийских племен и находясь в сложных отношениях с номинальным предводителем, епископом Рижским, орден слился с Тевтонским. Хотя меченосцы по-прежнему были отдельным отрядом, теперь ими командовал великий магистр. Однако тевтонские рыцари сохранили традиционные экспансионистские амбиции братьев меча, направленные на русские княжества на востоке и на богатый город Новгород. Александр Невский и его защита Новгорода на заледеневшем Чудском озере в 1242 году положили конец этим амбициям. (Битва, известная как Ледовое побоище, в частности изображена в знаменитом фильме Сергея Эйзенштейна «Александр Невский» 1938 года.) Река Нарва, соединяющая Чудское озеро с Финским заливом, послужила границей католического продвижения на восток от балтийского побережья.

На востоке земли Тевтонского ордена и земли братьев меча граничили с литовскими. Литовцы были последним балтийским племенем, принявшим христианство. Современники воображали, что они не просто сарацины, но и сражаются со звездой Давида на щитах, то есть, получается, как-то связаны и с иудаизмом. Проблема была в том, что Литва была лидирующим балтийским государством. Ею правил один дом, во главе которого стоял великий герцог, который назначал родственников управлять теми или иными территориями. Во время монгольского нашествия и разрушения русских княжеств великие герцоги прибрали к рукам значительные территории этого региона. К середине XIV века они оккупировали то, что сейчас является Беларусью и севером Украины, и наступали на Смоленск и Киев. К 1375 году Литва занимала не менее 700 тысяч квадратных километров, что делало ее крупнейшим государством Европы.

При этом в Великом княжестве Литовском была самая низкая плотность населения во всей Европе: около двух человек на квадратный километр. С экспансией пришло православное русско- и украинскоязычное население. Великие герцоги ловко переняли западнорусский язык, написанный модифицированной кириллицей, в качестве способа коммуникации, а также они защищали православные конгрегации. (Мы используем термин «западнорусский» намеренно: даже в наши дни этот язык называется и украинским, и белорусским, и русинским, в зависимости от того, чье националистическое мнение превалирует в разговоре.) Католицизмом они тоже баловались: было разрешено построить церковь и францисканский монастырь в Вильнюсе, столице Литвы, и также герцоги часто выставляли недавно принявших веру дочерей на брачный рынок в Польше, Богемии и других местах. В 1382 году Анна Чешская[12], принцесса с литовскими корнями, даже стала английской королевой, выйдя замуж за Ричарда II Плантагенета, к ужасу церковных законников [12].

В 1291 году Тевтонский орден лишился последнего форпоста в Священной земле, после чего перебрался в Мариенбург в Пруссии. Теперь орден полностью посвятил себя крестовым походам на литовцев, и эта война продлилась 130 лет. Но орден был малочисленным – в лучшем случае в Пруссии и Ливонии сражалось около тысячи рыцарей, большинство из которых сидели в гарнизоне. Так что все зависело от постоянного потока волонтеров с запада, которые приезжали на сезон, бороться с тем, что рыцари называли «дикостью». А их всегда хватало. Князья и рыцари первыми записались в добровольцы, в том числе король Иоганн Люксембургский; возможно, из-за отражения ультрафиолетового света на снегу он и лишился зрения. За ними последовали десятки тысяч более скромных рыцарей, сквайров и искателей приключений [13].

В Литве была первая международная охота, и «экспедициям» (Reysen) была нужна крупная добыча – языческие князья были совершенно не против пировать по 12 часов или забивать по сотне зубров в день.