Пышка не для Дракона - Лиссбет Котцова

class="p1">Мы снова замолчали.

Ветер тронул волосы.

Я подняла руку, убирая прядь с лица, и неожиданно встретилась с его пальцами.

Каэр тоже собирался убрать её.

Остановился раньше прикосновения.

Рука зависла на несколько сантиметров.

Он посмотрел на меня.

Не на волосы.

В глаза.

Я должна была отойти.

Очень простое действие.

Шаг назад.

И ничего бы не произошло.

Но не отошла.

Каэр медленно опустил руку.

Не коснулся.

Почему-то именно отсутствие прикосновения стало заметнее самого прикосновения.

Расстояние между нами вдруг оказалось другим.

Обычным.

Допустимым.

И одновременно слишком маленьким.

Я почувствовала тепло его тела, хотя ветер оставался холодным.

Взгляд сам опустился к его губам.

Всего на мгновение.

Ошибка.

Когда снова посмотрела в глаза, поняла, что он заметил.

Каэр не двигался.

Ждал.

Это было самое опасное в нём.

Не сила.

Не дракон.

Не приказ.

Возможность оставить выбор мне.

Я знала, что должна сейчас сделать.

Отойти.

Сказать что-нибудь.

Вернуться к письму, поставкам, Лиоре.

Вместо этого осталась.

Каэр чуть склонил голову.

Медленно.

Настолько, что я могла остановить происходящее в любую секунду.

И всё же не остановила.

Пока.

Глава 13. Не её поцелуй

Глава 13. Не её поцелуй

Каэр наклонился ко мне медленно.

Настолько медленно, что у меня было достаточно времени подумать.

В этом и заключалась проблема.

Если бы он действовал резко, если бы попытался решить за меня, если бы просто сократил расстояние без вопроса, всё было бы легко.

Я бы отступила.

Разозлилась.

Напомнила условия гарантии, личные границы и ещё десяток вещей, которыми научилась отгораживаться от него за последние недели.

Но Каэр не делал ничего.

Он ждал.

Оставлял последние сантиметры мне.

И я их хотела.

Вот это оказалось гораздо страшнее.

За моей спиной холодил ладони каменный парапет. Внизу мерцали огни Вейрхольма. После дождя воздух был чистым, резким, пах мокрым камнем, дымом и осенью, которая здесь ощущалась ближе, чем в Тейране.

Я слышала собственное дыхание.

Видела тёмные ресницы Каэра, тонкую линию старого шрама, чуть уставшее лицо после длинного дня.

Никакого дракона.

Никакого маршала.

Мужчина.

Тот самый, с которым я спорила над договором.

Который остановился после двух шагов, потому что я разрешила только два.

Который не смеялся над моим страхом.

Который запомнил, как я работаю с цифрами.

Который несколько часов назад впервые допустил, что Лиора могла искать причину диверсии, а не готовить её.

Мне хотелось его поцеловать.

Без всяких красивых оправданий.

Не потому, что он спас меня на дороге.

Не из благодарности.

Не потому, что тело Лиоры когда-то собиралось стать его женой.

Я сама хотела узнать, каким будет его рот.

Хотела почувствовать, останется ли Каэр таким же выдержанным, если между нами исчезнет последняя безопасная дистанция.

Хотела.

И именно это слово наконец привело меня в чувство.

Я.

Хотела.

А мужчина передо мной всё ещё видел Лиору.

Женщину, с которой был помолвлен десять месяцев.

Женщину, чьи привычки помнил.

Чьи реакции сравнивал с моими.

Чьё лицо сейчас находилось в нескольких сантиметрах от него.

Он хотел меня.

Но кого именно он хотел?

Этот вопрос сработал лучше холодной воды.

– Нет.

Каэр остановился сразу.

Не вздрогнул.

Не нахмурился.

Просто замер.

Его лицо оставалось близко.

Слишком близко для спокойного мышления.

Я сама сделала шаг назад.

Он не последовал.

– Хорошо, – сказал Каэр.

И всё.

Никакого «почему».

Никакой попытки выяснить, не ошиблась ли я.

Моё «нет» не стало началом переговоров.

От этого стало ещё тяжелее.

Я отвернулась к городу.

Внизу продолжали гореть окна.

Где-то далеко проехала телега. От стены донёсся голос караульного. Жизнь совершенно равнодушно продолжалась, пока я пыталась разобраться, почему сама остановила то, чего хотела.

Каэр оставался рядом.

На прежнем месте.

Не приближался.

Не уходил.

– Я...

Слова не сложились.

Редкое состояние.

– Вам не нужно объяснять, – сказал он.

Вот теперь я повернулась.

– Совсем?

– Вы остановили. Этого достаточно.

Почему мужчина, которого я ещё недавно считала склонным контролировать всё живое в радиусе собственной власти, так хорошо понимал именно это?

Было бы удобнее, если бы он хоть иногда соответствовал простой версии.

Жёсткий дракон.

Ошибочно осудивший бывшую невесту.

Привыкший приказывать.

Опасный.

Готово.

Можно злиться.

Держать дистанцию.

Не замечать, как меняется его взгляд, когда он перестаёт видеть во мне проблему.

Но Каэр постоянно портил эту конструкцию поступками.

– Дело не в том, что я не хочу, – сказала я.

Зачем?

Можно было промолчать.

Он не требовал.

Но после всех чужих тайн я вдруг особенно остро почувствовала, насколько мне не хочется создавать ещё одну.

Каэр медленно выдохнул.

Его взгляд стал темнее.

И вот теперь я получила окончательное подтверждение тому, что до этого могла списывать на собственное воображение.

Он тоже хотел.

Не почти.

Не «возможно, кажется».

Точно.

Взгляд задержался на моих губах всего на секунду, но этого хватило.

По коже разлилось тепло.

Обычное.

Человеческое.

Никакой магии.

Тем хуже.

– Тогда в чём? – спросил он.

Тихо.

Не требовательно.

Я открыла рот.

Закрыла.

Правильный ответ был очень простым.

«Потому что я не Лиора».

Но сказать его сейчас означало открыть дверь, за которой лежало всё.

Москва.

Такси.

Белый фургон.

Моя смерть.

Мама, которой я не позвонила.

Отец.

Квартира.

Тридцать шесть лет жизни, которых здесь никогда не было.

И тело женщины, которая, похоже, действительно умерла, освобождая место для меня.

Я оказалась не готова.

– Не знаю, как объяснить.

Это была трусость.

Но хотя бы честная.

Каэр посмотрел внимательно.

– Тогда не объясняйте сегодня.

Сегодня.

Не «никогда».

Не «мне всё равно».

Он просто дал мне ещё немного времени.

И от этого стало окончательно ясно, что времени у меня почти не осталось.

Я не могла позволить ему поцеловать меня, пока он не знал, кого целует.

Не после всего, что сама говорила о праве выбора.

Свобода выбора работает в обе стороны.

Каэр тоже имел право знать.

Я стиснула пальцы на холодном камне.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Лиора.

Имя ударило точно.

Не потому, что он сделал что-то неправильно.

Потому что именно это и было неправильно.

Я ушла.

Всю дорогу до комнат чувствовала его взгляд между лопаток.

И не обернулась.

Утром я была зла.

На себя.

Это оказалось удобнее, чем признавать всё остальное.

Я встала раньше обычного, хотя ночью почти не спала. Сначала час лежала и восстанавливала каждый момент возле парапета, как будто занималась разбором аварии.

Каэр наклонился.

Я не отступила.

Он ждал.

Я хотела.

Я остановила.

Что здесь