Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

Уильяму Сесилу было 38 лет. Он имел богатый опыт – в прошлом он был секретарем Тайного совета при Эдуарде VI. Кроме того, с 1550 года он управлял имуществом и доходами Елизаветы и вел ее бухгалтерию. Сесил испытывал искреннее восхищение молодой королевой и высоко ценил ее «ум, гордость, прозорливость, благоразумие и невероятную тонкость».

Шесть дней спустя Елизавета отправилась в Лондон во главе великолепной свиты, состоявшей более чем из тысячи дворян и фрейлин. После нескольких остановок, 28 ноября, она торжественно въехала в столицу верхом на богато украшенной белой лошади. Народ встречал ее с восторгом, скандируя ее имя, пока она направлялась к Тауэру, где должна была остановиться.

Католический епископ Лондона Эдмунд Боннер вышел встретить Елизавету, но королева не позволила ему поцеловать ее руку. Этот клирик был известен как один из самых кровожадных преследователей протестантов и пользовался дурной славой в городе. Елизавета прекрасно понимала, что каждый ее жест будет тщательно проанализирован, и таким публичным пренебрежением она ясно дала понять: с религиозной политикой своей сестры Марии Тюдор она окончательно порвет.

Хотя страна находилась на грани банкротства, на празднования в честь коронации королева не пожалела средств. 14 января, накануне великого дня, она отправилась из Тауэра в Вестминстер в роскошном паланкине. Юная королева была одета в ослепительное длинное платье из парчи, шитое золотыми нитями и отделанное горностаем. На голове у нее сияла золотая корона с драгоценными камнями. В течение четырех часов, под легким снегом, она шествовала в сопровождении лордов и дам по улицам, пышно украшенным к этому дню. По всему маршруту ей подносили дары, букеты цветов, читали стихотворения в ее честь, а она с благодарностью принимала проявления любви своих подданных.

«Если кому-либо и был дан дар покорять сердца людей, это была именно королева, – писал один из очевидцев. – И если она когда-либо проявила этот дар в полной мере, то это было именно тогда: сочетая кротость с величием, она с достоинством склонялась даже перед самым простым народом». Когда девочка во время одного из аллегорических представлений вручила ей Библию, переведенную на английский язык – запрещенную при Марии Тюдор, – Елизавета поцеловала книгу, с благоговением подняла ее над головой, а затем прижала к груди. А когда аббат и монахи Вестминстерского аббатства пришли приветствовать ее при свете дня, держа в руках свечи, королева резко оборвала их: «Прочь эти факелы! Мы и так все прекрасно видим». Всем присутствующим стало ясно: вместе с этой молодой и решительной королевой в Англию возвращалась Реформация.

Елизавета провела ночь во дворце Вестминстер, а на следующее утро твердой походкой прошла к старинному аббатству в одиночестве по ковру из синего бархата, расстеленному на пути. Войдя внутрь, она заняла место на коронационном троне перед алтарем под торжественные звуки труб. Длинная и пышная церемония прошла по тем же канонам и ритуалу, что и у ее предшественников. Елизавету помазали елеем и облачили в традиционное коронационное одеяние, которое составляли: туника и сандалии, шпоры и пояс, меч, сапоги, перчатки и, конечно, регалии – корона, скипетр, держава и мантия из горностая. Епископ надел на палец Ее Величества золотое кольцо с рубинами – символ ее союза с народом, которое она будет носить до самой смерти.

Однако в мессе, последовавшей за интронизацией, произошли значительные изменения: она проводилась не на латыни, как прежде, а на английском языке – согласно протестантскому вероучению. Кроме того, капеллану было запрещено поднимать освященную облатку – древний обряд католической литургии.

После коронации Елизавета не смогла в полной мере отдаться чувству торжества: дела государственной важности не терпели отлагательств. Англия находилась в глубоком кризисе, вызванном внутренними раздорами и религиозными противостояниями. От своей сестры Марии Тюдор она унаследовала нестабильное королевство и почти пустую казну. В первые месяцы ее правления страну тревожили конфликты с Францией и Шотландией. Несмотря на молодость, Елизавете предстояло справиться с серьезными проблемами: окончательный разрыв с Римом, решение вопроса о замужестве, заключение мирного соглашения с Францией, войну с которой начала ее сестра, и хрупкий союз с Испанией.

Однако наибольшую угрозу представляла Шотландия – верный союзник Франции. В апреле 1558 года дофин Франциск, сын французского короля Генриха II, вступил в брак с Марией Стюарт – королевой Шотландии и племянницей Елизаветы. Эта пятнадцатилетняя девушка, воспитанная при французском дворе, была дочерью короля Якова V Шотландского и его второй жены Марии де Гиз. Кроме того, Мария Стюарт была прямым потомком Маргариты Тюдор – старшей сестры Генриха VIII. Для католических держав Европы единственным законным браком английского короля считался союз с его первой супругой – Екатериной Арагонской, и потому они признавали Марию Стюарт законной наследницей престола, а Елизавету – самозванкой. Претензии Марии на английскую корону стали постоянным источником напряженности между двумя королевами.

В условиях этих политических потрясений Елизавета с самого начала могла рассчитывать на поддержку своего шурина – короля Испании Филиппа II. Он хоть и был ревностным католиком, но не собирался поддерживать притязания Марии Стюарт на английский престол и тем самым допустить, чтобы Франция завладела Англией. Именно тогда, совершенно неожиданно, испанский монарх выразил готовность жениться на Елизавете. Подобное казалось немыслимым, особенно с учетом его непопулярности в Англии после брака с Марией Тюдор. Однако ее советники рекомендовали рассмотреть этот шаг.

На самом деле сам Филипп вовсе не желал вновь вступать в брак с Тюдор, а тем более с молодой женщиной, исповедовавшей протестантизм. Но он был готов принести личную жертву ради мира и религиозной стабильности. В сообщении своему послу он писал: «Несмотря ни на что, учитывая важность этого брака для блага христианского мира и сохранения веры… я решил отбросить все иные соображения и послужить Господу, попросив руки королевы… при условии, что она примет мою веру и будет поддерживать ее в своей стране». Елизавета никогда не воспринимала предложение Филиппа всерьез, но в первые месяцы своего правления не торопилась его отклонять – его поддержка помогла ей укрепить свою легитимность на троне.

Спустя два с половиной месяца после коронации Елизавета впервые вступила на сложную арену международной дипломатии. После продолжительного конфликта между Францией и Испанией, в который Англия была втянута по инициативе Марии Тюдор, державы подписали мир. В апреле 1559 года был подписан Като-Камбрезийский договор, положивший конец сорокалетней борьбе между Испанией и Францией. Для того чтобы еще больше укрепить союз между двумя католическими державами, было решено заключить брак между королем Филиппом II и будущей королевой Изабеллой Валуа, дочерью французского короля Генриха II.