Брошенная невеста. Обманутая жена - Кристина Юрьевна Юраш

Нет, расчеты были верными. Я пока не видела грубых ошибок. Никаких потерянных нулей.

Герцог молча открыл нижний ящик стола, достал еще две толстые папки, потом третью. Положил их передо мной.

— Достаточно?

Я посмотрела на толщину бумаг.

— Для начала.

Он ничего не сказал. Просто наблюдал.

Я раскрыла первую папку. Потом вторую. Потом стала выкладывать листы в ряд прямо на столе, игнорируя порядок, который, вероятно, был важен для него.

— Простите, — спохватилась я, видя его взгляд на разбросанных бумагах. — Я могу?

— Продолжайте.

Я взяла чистый лист и перо. Начертила таблицу.

Сначала выписала месяцы.

Потом участки.

Потом ключевые показатели: прибыль от зерна, доход от аренды, расходы на корм.

Осень. Подъем урожая.

Зима. Снижение активности, но стабильная аренда.

Весна. Осторожный рост за счет прибавления поголовья, закупка семян.

Лето. Расходы выше, прибыль ниже, но в допустимых пределах.

Снова осень.

Снова подъем.

Линии получались почти одинаковыми. Не точными, нет. Дожди, морозы, болезни скота, неурожай — все это меняло цифры. Но даже в изменениях была привычка. Ритм.

Я работала быстро. Рука двигалась сама собой.

Так меня учил отец, расхаживая по конторе.

«Не верь одной цифре, Ирьяна. Одна цифра всегда может солгать. Смотри, как она ведет себя среди других. Сравнивай. И тогда ложь начнет торчать, как криво вбитый гвоздь».

— Кто вас этому научил? — негромко спросил герцог. Его голос прозвучал рядом, но я не вздрогнула.

Глава 77

Я на мгновение замерла. Перо зависло над бумагой.

— Отец. Он считал. Всегда. Всё. Деньги, ткани, корабли, людей, дочерей.

Странно было произносить это слово без боли. Без комка в горле. Просто как факт биографии. Перо на секунду застыло в моей руке. Чернила чуть дрогнули.

Потом я снова наклонилась к бумагам, пряча глаза.

— Но считать он меня научил хорошо.

Герцог молчал. Тишина в кабинете стала плотной, насыщенной.

Я взяла новый отчет. Тот самый, что лежал перед ним с самого начала, вызвавший его беспокойство. Перенесла цифры на свой лист. Провела линию графика.

И остановилась.

Перед глазами сразу стало тихо и ясно. Шум в голове исчез. Осталась только суть.

Здесь.

Так не бывает.

Я еще раз перепроверила. Сверилась с прошлым годом.

Позапрошлым.

Еще одним.

Сравнила расходы на перевозку, выплаты арендаторам, закупку корма, долю потерь.

Всё было на месте. Логично. Предсказуемо.

И только в новом отчете линия вдруг сломалась.

Не просто опустилась. Она стала другой. Искусственной.

Как будто человек, писавший этот отчет, не понимал, что земля не может вдруг стать вдвое продуктивнее без вложений или вдруг потерять половину дохода без видимых причин.

— Что? — спросил герцог. Он подался вперед, следя за моими движениями.

Я медленно повернула к нему лист со своими пометками.

— Вот.

Он наклонился. Его плечо почти коснулось моего. Я чувствовала тепло его тела, запах кожи и бумаги.

Я провела пальцем по нескольким линиям, оставляя легкий след чернил.

— Смотрите. Последние годы картина менялась, но всегда в пределах одного ритма. Осенью прибыль выше. Зимой меньше. Весной начинается рост. Летом идут расходы, но они не обрушивают общий показатель. Вот здесь, здесь и здесь — почти одинаковая волна. Это пульс хозяйства.

Он смотрел на лист. Внимательно. Уже не как мужчина, который снисходительно позволяет жене занять себя до прогулки. А как человек, которому только что показали трещину в фундаменте его дома.

— А теперь новый отчет, — сказала я и коснулась последней, выбивающейся линии. — Здесь занижена прибыль. Но расходы при этом выглядят завышенными. Понимаете? Если бы случилась беда — болезнь, пожар, неурожай, падеж скота, — это бы выглядело иначе. Неровно. Грубо. Появились бы непредвиденные траты. А здесь…

Я нахмурилась, подбирая слово.

— Здесь чьи-то интересы. Цифры подогнали под желаемый результат.

Герцог медленно взял лист. Его пальцы сжались на бумаге.

— Вы уверены?

— Нет. Я не была на этих землях и не видела амбары. Я проверяла зерно. Но если там ничего не менялось, если не было пожара, мора или нового сбора, то этот отчет либо составлен человеком, который не умеет считать, либо человеком, который очень надеется, что вы не будете сравнивать годы. Что вы посмотрите только на итог.

— Управляющий новый, — тихо произнес герцог. Его лицо стало каменным. Холодным.

Я подняла глаза.

— Новый?

— Первый месяц работы. Рекомендован графом Эмери.

Меня пронзило холодом. Эмери. Мой бывший жених.

— Тогда я бы проверила его, — сказала я тихо. — И его помощников.

Герцог посмотрел на меня. Очень долго. Так долго, что я вдруг вспомнила, зачем вообще пришла. Я ведь просто хотела сократить ожидание до урока.

А вместо этого сидела в кабинете мужа, окруженная отчетами, с чернильным пятном на указательном пальце, и разоблачала возможное воровство.

Я поспешно положила перо.

— Простите. Я, наверное, слишком увлеклась. Забыла о приличиях.

Глава 78

— Нет.

Он сказал это сразу. Резко.

Потом тише добавил, и в его голосе прозвучало что-то новое. Уважение?

— Не извиняйтесь.

Герцог еще раз посмотрел на листы, потом аккуратно сложил их в отдельную стопку. Отложил в сторону, подальше от остальных.

— Я отправлю человека сегодня же. Незаметно. Проверим амбары и книги на местах.

Я выдохнула с облегчением.

— Значит, мы справились? — улыбнулась я, как вдруг увидела жука. Прямо на его плече.

Жук полз по камзолу, но герцог его не замечал.

— Эм… — растерялась я, вспоминая слова Норы о странном пророчестве. — У вас там… жук ползет.

Герцог бросил взгляд на то место, на которое я указала, и я увидела, как он побледнел. Мне вдруг это показалось смешным. Дракон, герцог, от слов которого люди замирают и тут же бегут выполнять его приказы, боялся маленького жучка. Это вдруг показалось таким милым.

— Тише, — прошептала я, делая шаг вперед. — Я сейчас его сниму… Не волнуйтесь…

Я подошла близко, осторожно взяла жука и отнесла его к открытому окну. Он полз по моим пальцам, а потом взлетел и потерялся в зелени сада.

Позади меня послышался облегченный вздох.

— Вот и все, — улыбнулась я. — Мистер Жук полетел по своим жучачьим делам.

В уголке губ герцога появилась едва заметная улыбка. Теплая. Он взял меня за руку, слегка сжал