Холодная война и защита гостайны. 1946–1953 гг. - Геннадий Александрович Куренков

В 1953 году были рассмотрены и даны рекомендации по изданию «Вестника танковой промышленности», сборнику Тульского механического института, по нарушениям Металлургиздата, Трансжелдориздата.

Некоторые вопросы имели весьма щекотливый характер, как, к примеру, с информацией по использованию немецких специалистов после войны. Так, уполномоченный СМ СССР в марте 1947 года ответил на письмо ответственного редактора журнала «Оптико-механическая промышленность» в связи с обращением немецких специалистов фирмы «Карл Цейсс» (Иена) с просьбой печатать свои статьи. Он полагал, что, опубликование в журнале «Оптико-механическая промышленность», как и в других открытых изданиях, статей специалистов фирмы «Карл Цейсс» (Иена) не может быть признано целесообразным и допустимым. Он отмечал, что, несомненно, опубликование статей этих авторов будет прямо и открыто указывать об использовании в нашей оборонной промышленности германских специалистов. Это являлось явно нежелательным. Работы указанных специалистов могут быть использованы только в закрытых секретных изданиях. Данное положение было согласовано с 4-м отделом 5-го управления МГБ[434]. Более того, циркулярным письмом уполномоченного СМ СССР № 24/1246с от 10 мая 1947 года запрещалось опубликование в открытой печати сведений, прямо или косвенно указывающих на использование на каких бы то ни было работах немецких специалистов (ученых, инженеров, техников и т. п.). Также опубликование их статей в журналах, газетах и других изданиях[435]. 26 июня 1947 года была запрещена передача новой карты СССР масштаба 1: 1000000 на 180 листах в ответ на просьбу посольства США в обмен на аналогичные любые карты США. Мы, как и следовало ожидать, отказали. Причиной отказа послужило то, что карта используется в авиации как полетная карта с грифом «дсп», на ней имеются оборонные цели и т. д.[436]

Примечателен и такой факт, что в некоторых случаях, видимо по оперативной установке в целях дезинформации, необходимо было преуменьшать публикуемые данные. Так, к примеру, Главлит в 1946 году в конкретном случае указывал, что о сухих и плавучих доках упоминать в уменьшенном числе[437].

Контроль сведений по полезным ископаемым

Отдельно следует отметить такой важный вид информации, как сведения по полезным ископаемым. Это важная информация, которая по определению составляет государственную тайну фактически во всех государствах. В Советском Союзе данная информация соответственно контролировалась и подлежала цензурированию. Полезным ископаемым была уделена одна из глав перечня сведений, составляющих государственную тайну и не подлежащих опубликованию. Открыто публиковались и оглашались уже известные сведения, которые официально проходили в документах и речах высших государственных, правительственных и партийных инстанций, официальных сообщениях ТАСС и Госстата.

По перечню (параграф 222), к примеру, нельзя было показывать сведения по добыче золота, общие запасы золота по СССР, краям, областям, процент содержания золота и других редких металлов, количество добываемой руды. Разрешалось показывать только процент добычи драгой и процент в пустых породах, не имеющих промышленного значения. Также запрещалось опубликовывать сведения о капитальном вложении в золотую промышленность, сведения по добыче золота, платины, серебра и драгоценных камней трестом, управлением, предприятием, прииском, как в абсолютных цифрах, так и в процентах[438].

Запрет касался не только золота, но и почти всех видов полезных ископаемых. Также было запрещено показывать, кроме сведений о крупных месторождениях полезных ископаемых, сведения о добыче железной и марганцевой руды[439]. Не раз вставал вопрос по защите информации со сведениями по богатому нефтью Ухтинскому месторождению. Так, в приказе уполномоченного СМ СССР от 28 марта 1946 года отмечалось, что впредь в печати и радио не разрешать опубликование каких-либо сведений и материалов, в той или иной степени характеризующих характер и объем работ, а также планы по Ухтинскому нефтяному месторождению Коми АССР[440]. В письме уполномоченного СМ СССР начальнику Ростовского обллита 12 сентября 1946 года указывалось, что решением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 11 сентября 1939 года запрещалось опубликовывать в печати данные о добыче угля, нефти, торфа[441], далее циркулярным письмом 8 февраля 1947 года и распоряжением уполномоченного СМ СССР запрещались к опубликованию сведения по промышленности: «1. а) В абсолютных цифрах план и его выполнение …добыче угля, торфа, нефти …3. По Ухтинскому месторождению КОМИ АССР…»[442] В письме Мурманскому обллиту 30 октября 1946 года указывалось, что впредь до особого разрешения Главлита никаких материалов в открытой печати о возобновлении угледобычи на Шпицбергене не публиковать[443].

Где было необходимо Главлит вносил изменения в степень ограничения информации. Так, в июне 1947 года Управлению Госгеологиздата было разрешено печатание «Балансов запасов полезных ископаемых» в типографии издательства в г. Москве только с грифом «секретно[444]. Были случаи, когда не всегда оперативно и в результате уже последующего контроля задерживались для распространения уже опубликованные сведения. Так, приказом уполномоченного СМ СССР 14 июня 1947 года начальникам Главных краевых, областных и городских управлений по делам литературы и издательств предлагалось изъять из книготорговой сети и библиотек общественного пользования брошюру Д.В. Наливкина «Геологическое строение и полезные ископаемые Молотовской области», издания 1946 года. Изъятые экземпляры было предложено уничтожить и об исполнении доложить[445], а приказом уполномоченного СМ СССР 29 сентября 1947 года всем начальникам крайобллитов предлагалось изъять книгу И.Б. Борозденко «Геология и полезные ископаемые Коми АССР», оставив по 2 экземпляра в спецфондах и библиотеках[446].

Особое значение придавалось информации по поиску урана и его месторождений, как в СССР, так и на освобожденной во время войны европейской территории. Кроме поиска, проводились оперативные мероприятия прикрытия. Так, в 1946 году в СССР были открыты и сразу же стали разрабатываться крупные месторождения урана более высокого качества. Однако интенсивные работы в Бухово (месторождения урана в Болгарии. – Примеч. авт.) продолжались: мы хотели создать у американцев впечатление, что болгарский уран нам крайне необходим. Подписанное Завенягиным, заместителем Берии, соглашение с правительством Болгарии о разработках и поставках урана, дезинформационные мероприятия, организованные Эйтингоном и группой офицеров, подтверждали важность для нас этих урановых разработок[447].

Информация, запрещенная по полезным ископаемым, постоянно подтверждалась и корректировалась. Так, сводными указаниями по цензуре № 2 (5) от 5 августа 1947 года второй раздел указания был посвящен информации по полезным ископаемым, в частности, имелся список запрещенных для оглашения радиоактивных, редкоземельных металлов[448]. В циркулярном письме начальникам главкрайобллитов для руководства райуполномоченным 22 декабря 1947 года в данный список входило 45 наименований. И это понятно, так как такие элементы являлись сырьем для атомной промышленности. 5 ноября 1951 года запрещаются сведения о применении при поиске полезных ископаемых и геологических разведывательных работах новых методов и новой аппаратуры[449].

По результатам прошедшего 28 августа 1947 года заседания Бюро Совета Министров СССР, на котором рассматривался вопрос «О перечне главнейших сведений, составляющих государственную тайну», наряду с другими сведениями, подтверждалось запрещение опубликовывать сведения по добыче золота, платины, серебра и драгоценных