Воспоминания о польской войне 1831 года - Николай Дмитриевич Неелов

были двинуться к устью Вепржи, где, пользуясь сплавом по этой реке, устроить мост, который имели намерение спустить по Висле и, перебросив при Тырчине, переправиться на левый берег и начать снова наступление к Варшаве. Отряд графа Витта, состоящий из 3-го резервного кавалерийского корпуса, четырех гренадерских полков дивизии Набокова и трех гренадерских полков корпуса Муравьева, перейти в то же время на левый берег Вислы по мосту, устраиваемому при Казимирже, а 5-й резервный кавалерийский корпус Крейца перейти по мосту, устраиваемому при Рахове, и уже по левому берегу следовать на соединение с армией. Литовский корпус по-прежнему должен был оставаться под Прагой и прикрывать Брест-Литовское шоссе и в особенности Седлец, где находились главные магазины и госпитали, и для усиления этого корпуса дано было повеление графу Палену 2-му, со 2-м пехотным корпусом и 1-ю бригадою 3-й гренадерской дивизии, остававшейся в Вильне, следовать из западных губерний по Брест-Литовскому шоссе также к Седлецу и Калушину. Гвардейский корпус, перешедший уже границу Царства Польского в Белостоке, имел назначение оставаться в окрестностях Ломжи и Остроленки, прикрывать Августовское воеводство и содержать через Буг постоянную связь с Литовским и 2-м пехотным корпусами. Что же касается до Люблинского воеводства, где находился в Замосце отряд Дверницкого, и литовских губерний, на верность которых нельзя было положиться, тем более что при наших неудачах начинали там вспыхивать возмущения и легко могли быть поддерживаемы польскими отрядами, которые бы успели туда пробраться, Государь император повелел фельдмаршалу Сакену с 1-й армией, т. е. с 3-м и 4-м пехотными и 4-м резервным кавалерийским корпусами, направиться в Волынь, частью войск 4-го пехотного корпуса и 4-м резервным кавалерийским корпусом занять Волынь, а генерал-адъютанту Ридигеру с 3-м пехотным корпусом поступить также в состав действующей армии и занять Люблинское воеводство. Начальником штаба у графа Сакена был генерал-адъютант Красовский, а генерал-квартирмейстером – генерал-майор Вейраух. Сверх того, образована особая армия из 5-го пехотного корпуса и резервных батальонов, порученная генералу от инфантерии графу Толстому. Начальником его штаба назначен Довре, дежурным генералом Клейнмихель, и эта армия имела назначение занимать Белостокскую область, Виленскую и Гродненскую губернии. Словом, война разгорелась, театр ее сделался обширнее – сосредоточивались в Польшу, в Литву и в Волынию почти все русские войска, и всему этому была причиной нерешительность Гроховского сражения. Время, проведенное войсками на отдыхе, употреблено было Дибичем на устроение предположенных мостов через Вислу; работы производились деятельно. Герштенцвейг с частью гвардейского отряда прикрывал работы при Тырчине, а Муравьев со своими полками при Рахове. Чтобы обезопасить корпус Розена от нападений со стороны Варшавы, намеревались уничтожить Прагский мост, пускали несколько раз от Карчева вниз по течению Вислы брандеры; но однако же все эти попытки не имели успеха. И потому Розену предписано было, занимая по-прежнему частью войск предместье Праги, оставить Гейсмара на позиции при Вавре, а самому, в случае нападения на Гейсмара значительного числа неприятельских сил, занять со всем корпусом позицию при Дембевелках или Калушине и держаться до прибытия 2-го пехотного корпуса.

Из этого видно, во-первых, что из Гвардейского, Гренадерского, 1, 2, 3 и 6-го пехотных, 3-го и 5-го резервных кавалерийских корпусов и гвардейского отряда Куруты Дибич по тому раздроблению, в котором находились его войска, мог употребить для главного действия, долженствовавшего решить участь войны, менее нежели половину своей армии, и имел у себя под рукой для первоначального действия две гренадерские дивизии, 1-й пехотный корпус и гвардейский отряд, что составляло не более четверти всей армии; во-вторых, план его был слишком сложен, войска переправлялись в трех пунктах по частям, и в пунктах, отдаленных друг от друга более нежели на 50 верст; следовательно, для успешного выполнения этого плана надобны были условия: 1) быстрота и точность в действиях русских войск; 2) чтобы поляки, двинувшись со всей армией против войск, переправившихся при Тырчине, не успели их атаковать прежде присоединения отрядов Витта и Крейца и 3) чтобы Розен удерживался упорно до прибытия 2-го пехотного корпуса и не давал возможности своим рановременным отступлением открыть неприятелю действия на тыл главных сил русской армии.

Скржинецкий проник в намерения Дибича и собрал военный совет для составления плана дальнейшего действия. Хржановский предложил направить главные силы армии через Модлин против Гвардейского корпуса, основываясь на том, что разбитие гвардии отвлечет Дибича от переправы. «Я знаю характер Дибича, – прибавлял Хржановский, – и ту важность, которую придают в русских войсках Гвардейскому корпусу – и Дибич, чтобы поспешить ей на помощь, оставит свое намерение». Прондзинский, напротив того, подал голос напасть на Гейсмара, опрокинуть его, разбить Розена и открыть действия на тыл русской армии. Скржинецкий, не находя возможности остановить переправу русской армии с фронта, опасался, однако же, действием против гвардии отдалиться на значительное расстояние от Варшавы, и согласился с мнением Прондзинского. План этот был основан вполне на настоящих обстоятельствах и положении, в котором будут находиться в известное время обе противодействующие армии. А именно, он предположил, ограничась только одним незначительным противодействием с левого берега Вислы, устроению моста при Тырчине, по удалении главных сил русской армии к Вепрже, выйти со всей армией из Варшавы, опрокинуть Гейсмара, напасть врасплох на корпус Розена, пока он еще не подкрепился графом Паленом 2-м, поворотить вправо на тыл русской армии, и если не разбить ее, то остановить переправу и привести ее в совершенное расстройство взятием транспортов, вагенбургов и вообще действием на ее операционные и коммуникационные линии. Притом, он мог иметь в виду соединиться на Вепрже и с Дверницким, и отправить отряды в Литву для поддержания там восстания. План превосходный! Но как оба главнокомандующие привели в исполнение свои планы, увидим впоследствии.

Гренадеры должны были оставить на квартирах больных, слабых и часть обозов, с тем чтобы эти обозы доставляли продовольственные запасы к своим войскам из районов, в которых они были расположены. В Сточеке остался из нашей дивизии подпоручик князь Шаховской, заболевший корью, и вместо его поступил к Полуэктову Чернышев, бывший на ординарцах у цесаревича. Мы не понимали тогда плана главнокомандующего, но убеждены были в одном, что он намерен переправиться через Верхнюю Вислу, где же именно, не знали, может быть и от того, что редко виделись с главной квартирой и как-то охладели ко всем новостям. Движение к Вепржи нас не удивило, но удивило направление, данное 2-й гренадерской дивизии на Родариш, Окржею и Држончгов, тогда как дорога между Годаришем и Окржеей не была никем осмотрена и оказалась так дурна, что даже пехота шла с трудом, а для артиллерии должны были устраивать почти беспрерывные гати